ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Хитори попытался изобразить пожатие плечами, что в «Страйке» с дополнительно подвешенным на спине джамп-модулем оказалось делом нелегким. Возразить ему было нечего. Кроме одного – операцией все-таки командует он, И поэтому она будет продолжаться, даже если квота потерь приблизится к ста процентам.

–До того как врубились «глушилки», мне передали, что у нас сбит еще один ховер, – сообщил Демуа, – Здесь действует еще кто-то, кроме Пограничного Контроля.

– Ты уверен?

– Нутром чую, – заявил легионер. Русский лингвософт давил на мозги и ему. – В секторе, где сбили ховер, вообще не должно было оказаться ни одного танка. Слишком велико удаление от их несущей платформы. Я разбираюсь в тактике «прыгунов».

– Все это замечательно, – оборвал своего заместителя Хитори. – Но на рассуждения у нас нет времени. Мы отправимся в этот сектор и посмотрим, что к чему. Возможно, к этому моменту наладится связь с остальными группами.

– Или с нами будет покончено, – пессимистично заметил Демуа.

Француз ошибался ровно наполовину. Ховер напоролся именно на прыгающий танк пограничников. Об этом свидетельствовала его взорванная корма, да и сам танк обнаружился неподалеку. Тоже изрядно потрепанный, с поджатыми опорами, левая из которых уже ни на что не годилась. Башенный люк был открыт.

Забравшийся на «прыгун» наемник показал знаками – пусто! Пилота в танке не было,

– Я был прав. – Демуа указал на снег. – Смотри.

От танка уходила четкая цепочка следов. Характерные отпечатки солдатских ботинок н рядом глубокие провалы, слишком крупные для человеческой ноги.

– Это шел пилот, – указал Демуа. – А второй – скорее всего боец в тяжелой броне. Если бы не хреновы «глушилки», запросили бы через спутник сверку профилей отпечатков. Но я думаю, это бронекостюм «Vitjaz». Табельная «скорлупа» армейского спецназа.

– Думаешь, армия? Как-то очень тихо для армии. Ни вертолетов, ни тактических платформ, ни бронепехоты. Русские любят размах, и чьи тогда это следы? – без перехода спросил Хитори.

Демуа в замешательстве уставился на то, что больше всего походило на сильно увеличенный отпечаток кошачьей лапы. Он уже совсем было собрался высказать некое предположение…

…когда ответ сам свалился им на голову.

Оно было размером с крупного тигра и даже чем-то напоминало его с первого взгляда. Если можно представить тигра без хвоста и со шкурой цвета грязного снега, без привычных полосок,

Со второго взгляда, особенно в движении, оно вызывало в памяти игрушечного киберпса Бонни. Того самого, выпущенного русской компанией «Неотех» на мировой рынок в прошлом году. Изготовленного в масштабе двадцать к одному. Только пасть милашки Бонни не щерилась зубной гребенкой, предназначенной откусывать и рвать в клочья. Хитори подумал, что по части клыков невиданная тварь превосходит даже любимцев директора, резвящихся в питомнике на Хоккайдо.

Клыки сомкнулись в первый раз, и вместо мыслей стала пустота, заполненная кружащимся снегом и мазками крови.

Криками. Грохотом четырех пулеметов. Ревом заспинных джетов, швыряющих своих хозяев вверх и в стороны. Взрывами кассетных боеприпасов, щедро раскидывающих вокруг себя шарики осколочных гранат.

Яростным шипением огнеметов, встроенных в рукава «скорлупы» Демуа. Опять взрывами. Одиночными выстрелами реактивного пистолета, слышными за многие километры вокруг. Тишиной. И смертью.

Гибель Демуа – это единственное, что четко отложилось в памяти Голографического Дракона.

Тварь ударила его, как соскочившая пружина, далеко выброшенной передней лапой с торчащими когтями-ножами. В нижнюю часть живота. Удар попал в точку соединения броневых пластин и проник под «скорлупу».

Демуа переломился пополам, упал на колени, неловко взмахивая рукой. Тварь перехватила ее зубами выше локтя, мотнула вытянутой головой, перекусывая сочленения экзоскелета и саму руку. Брызнула кровь, красивым правильным зигзагом ложась на снег, потеками застывая на гладком боку твари.

Француз повалился лицом вниз, подтягивая колени к животу. Дрогнул и застыл. Теперь уже насовсем.

Поборов тупое оцепенение (а может, оглушенный медблок «Страйка» сподобился выдать положенную порцию боевых стимуляторов), Хитори поднял руку с закрепленным на ней пулеметом,

Стрелять из позиции «полулежа» было чертовски неудобно, но даже при всем желании он не мог иначе. Тварь когтями зацепила его левую ногу с внутренней стороны бедра. Лезвия когтей, имевшие молекулярную заточку, рассекли мышечные и нервные волокна. Нога Хитори стала бесполезным неподвижным придатком.

А сейчас, в дополнение к ноге, он лишится еще и головы. В точности как первая жертва «тигропса» – ронин, так и свисающий тряпкой поперек орудия танка. На месте шеи гладкий багровый срез.

Приближающейся твари тоже досталось. Но гораздо меньше, чем можно было ожидать от боя с четырьмя великолепно подготовленными солдатами удачи. Какая там удача?! Все, что им удалось, – это опалить «тигропсу» морду – ее биопластиковый абрис поплыл. И несерьезно прострелить ему бронированный бок. Смешно.

Интересно, запущены ли такие твари у русских в массовое производство, или им повезло натолкнуться на опытный экземпляр? И не это ли та самая «иголка», на поиски которой его отрядили умирать в этом богом забытом месте?

Нет, последнее вряд ли.

Руку с пулеметом повело, спустя секунду включился жесткий компенсатор отдачи. Боевой автомат «Кербер» приближался, изящными скачками уходя от плюющегося огнем ствола. Дуга, по которой ему приходилось двигаться, завершалась в точке, где, прислонившись к борту танка, сидел Рицуко Хитори.

Оставалось еще шесть метров. Четыре. Резкий прыжок назад удлинил расстояние до семи метров, зато брошенная японцем граната разорвалась впустую. Вновь шесть. Пять, Дракон уже мог видеть, как изменяется диаметр оптической диафрагмы кибера. Три.

И тогда Хитори впервые услышал «рыбьи голоса».

Его коммуникатор, настроенный на поиск сигналов в наведенном русскими «белом шуме», внезапно ожил. В ушах Рицуко зазвучал голос. Совершенно равнодушно, без малейшей интонации, он цедил в эфир слова неизвестного Хитори языка. Нескончаемо долгую фразу, лишенную явного смысла. Позже, меняя вручную частоты, Дракон будет слышать ее на каждом канале, не зная, что вместе с ним изумляются миллионы людей во всем мире.

Но тогда для него не было никакого «позже». А была застывшая в тягостном раздумье боевая машина, от которой он пополз, волоча раненую ногу. Пулемет вхолостую щелкнул затвором, автоматический заряжатель тоже опустел. Значит, ему оставалось только ползти.

Ползти назад, кровавя снег и проклиная все на свете. А пуще всего тяжесть собственной «скорлупы» и чертового джамп-модуля, в котором, оказывается, оставалось еще топливо. А если так, то бросать его было рано, мог пригодиться, будь он неладен!

И пригодился.

«Кербер» неуверенно шевельнулся, оторвал от земли переднюю лапу. В его синтетико-органическом мозгу что-то свихнулось от неслышного звука «рыбьих голосов». И это давало Хито-ри призрачную надежду на спасение.

Ставшую почти реальностью.

Ховер, идущий на максимально возможной высоте, выскользнул из-за деревьев. Снизился, закладывая вираж. Из десантного отсека Дракону махали руками, кричали что-то неслышное за ревом моторов. Но сажать ховер на поляну его люди, похоже, не собирались. Что ж, обойдемся без этого,

Опираясь на борт танка, он кое-как поднялся, принял что-то похожее на стартовую позицию для реактивного прыжка. Движок за спиной надсадно взревел, сжигая последние частицы топлива, разгонная струя выпарила снег под ногами. Тут же с шелестом раскрылись прозрачные маневровые плоскости, продлевая время полета.

Едва не зацепившись этими двухметровыми крыльями за верхушки сосен, он чудом оказался возле зависшего ховера. Ловчий трос с клеевой присоской стукнулся о нагрудную пластину его «Страйка», намертво прилипая к ней. Хитори отстрелил свой «джет» вместе с крыльями, и ронины втащили Дракона в десантный отсек.

70
{"b":"1136","o":1}