ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Луна-парк
Мы из Бреста. Путь на запад
Чего хотят женщины. Простые ответы на деликатные вопросы
Рейд
Если бы наши тела могли говорить. Руководство по эксплуатации и обслуживанию человеческого тела
Превращая заблуждение в ясность. Руководство по основополагающим практикам тибетского буддизма.
Четыре года спустя
Путь самурая
Дети мои
A
A

И он продиктовал, что, по мнению Кэти, нужно починить.

— Я сразу сказал, что дом требует ремонта, — заметил Адам, когда хозяин закончил. — Но после того, как все будет сделано, он станет самым подходящим пристанищем для любовницы светского человека — с одной стороны, не слишком роскошным, а с другой — достаточно комфортабельным.

— Отлично! Пусть рабочие приступают к ремонту немедленно. Кроме того, я хочу устроить у себя небольшую вечеринку, чтобы ввести Кэти в свой круг. Назначим вечеринку, пожалуй, на вторник. Приглашения разошли не откладывая — тем же, что и всегда. Да, обязательно пригласи виконта Лоудена… Нет, пожалуй, я сам этим займусь!

— Вряд ли получится, — покачал головой Адам, — он в Нью-Йорке и вернется только через две недели.

— Вот как? Интересно. Он приехал в Бостон только месяц назад и уже отбыл в Нью-Йорк. Что ему там понадобилось?

— Не имею ни малейшего представления.

— Так выясни! Если слухи, что он прибыл с официальной миссией, верны, то поездка в Нью-Йорк может быть составной частью его плана!

— Ты рассчитываешь, что Кэти Армстронг поможет тебе выяснить, зачем приехал Лоуден?

— Да, я надеюсь на нее.

Адам взглянул на него с подозрением:

— Послушай, а вы и впрямь собираетесь только притворяться любовниками, или ты имеешь на нее виды по-настоящему?

Итан представил себе, как на его постели в соблазнительной позе лежит обнаженная Кэти и манит его, улыбаясь той пленительной, многообещающей улыбкой, перед которой не устоять ни одному мужчине на свете… Видение было настолько ярким, что по телу йтана прошла волна вожделения.

Однако он тут же осадил не в меру разыгравшееся воображение, и в следующее мгновение, когда он заговорил, его голос был абсолютно спокоен и холоден:

— Если я и имею на нее виды, то это не твое дело. И вообще, хватит болтать, принимайся за работу!

— Сдаюсь и подчиняюсь! — шутливо поднял руки секретарь. — Еще приказы будут, сэр?

— Да, будут, — ответил йтан, не принимая его веселого тона. — Вчера вечером Дороти сказала, что как только министр Норт заручится поддержкой в палате лордов, то из Лондона придет приказ об аресте лидеров вигов.

Адам присвистнул от удивления:

— Вот это да! И, судя по тому, как идут дела, ждать этого приказа осталось недолго!

— Правильно! Я думаю, он придет к концу марта, и власти сразу выпишут ордера на арест наших лидеров, а щепетильность Гейджа полетит в тартарары. Ты не знаешь, Адамс и Хэнкок уже покинули город?

— Еще нет. Они хотят уехать только после общего митинга.

— Сэмюэль неисправим! — раздраженно воскликнул Итан. — Устраивать сейчас митинги и собрания, игнорируя запрет Гейджа, неразумно! К чему дразнить гусей?

— Видишь ли, они хотят таким образом отметить пятилетнюю годовщину Бостонского кровопролития[12], чтобы люди помнили о принесенных ради освобождения жертвах.

— Я понимаю, чего они хотят, — отмахнулся Итан, — но меня мучают дурные предчувствия. Митинг приведет лишь к новым стычкам с англичанами.

— Что касается меня, то я с тобой согласен, — пожал плечами Адам, — но ты попробуй сказать об этом Сэмюэлу!

— Знаю, знаю, он очень упрям! Надеюсь, что они с Хэнкоком уедут из города сразу после митинга. Так будет лучше для них, особенно с учетом того, что рассказала Дороти.

— Еще новости были?

Итан коротко рассказал Адаму о появлении в Бостоне французского эмиссара Шевена.

— Постарайся разузнать о нем как можно больше, — распорядился он. — И придумай, как мне остаться с ним с глазу на глаз на губернаторском балу.

— Это все? — уточнил Адам.

Итан не ответил — он о чем-то задумался, барабаня пальцами по столу.

— Пожалуй, есть еще одна вещь, о которой я хотел тебя попросить, — после минутного молчания проговорил он. — Пусть все газеты вигов на первых полосах сообщат о готовящемся приказе из Лондона и о надвигающихся арестах. Нужно подать предстоящую кампанию против вигов как дело решенное и абсолютно противозаконное! — Итан поймал взгляд секретаря. — Ты понимаешь, о чем я?

— Еще бы! Прежде всего надо намекнуть, что Гейдж готов отступить от буквы закона и будет сажать вигов без улик и доказательств. Иначе, как произвол, такие аресты не назовешь, и на этом следует сделать упор, еще раз подчеркнув спесивость короля и недальновидность его министров. Да, я понял, чего ты хочешь, и, думаю, Сэмюэл с его сатирическим талантом напишет что-нибудь хлесткое на эту тему.

— Да, его талант для нас просто находка. Кто-кто, а Сэмюэл знает, что в этой войне наше главное оружие — пропаганда! — согласился Итан и озабоченно добавил, бросив взгляд на карманные часы: — Тебе следует поторопиться, если мы хотим увидеть статьи Сэмюэла в вечерних выпусках!

— Так что же, ремонт дома для Кэти Армстронг отодвигается на второй план? — поддразнивая его, ухмыльнулся Адам. — Или удобство твоей любовницы для тебя важнее дела революции?

— Не дерзи, молокосос! Разумеется, газетами ты займешься в первую очередь, — тоже с улыбкой ответил Итан. Упоминание о девушке вызвало в его памяти одну деталь недавнего разговора с ней, и он попросил уже собравшегося уходить секретаря: — Да, насчет дома для мисс Армстронг — позаботься о том, чтобы в нем вывели мышей, всех до единой! И ремонт должен быть закончен сегодня, найми для этого столько людей, сколько нужно.

— Но ты только что сказал, чтобы в первую очередь я занялся газетами! — наигранно возмутился Адам. — У тебя семь пятниц на неделе!

— Еще раз повторяю: не дерзи старшим! — с напускной суровостью отпарировал Итан. — Дерзость до добра не доведет!

10

Итан оказался человеком слова — когда в половине девятого утра Кэти вернулась с рынка, в снятом для нее доме напротив «Русалки» уже вовсю кипела работа. Понаблюдав из кухонного окна пивной, как две дюжины работяг, облепив, словно пчелы, крышу и стены, споро меняют дранку, вставляют новые оконные рамы, заделывают дыры в кирпичной кладке и покрывают свежей краской ставни, Кэти решила, что они и правда могут управиться к вечеру.

Вошедшая в кухню несколько минут спустя Молли тоже так считала.

— Похоже, уже сегодня ночью ты будешь спать в мягкой постели, девонька! — сказала она бывшей служанке, впрочем, без особого воодушевления.

— Да, милая Молли, похоже, что так! — улыбнулась Кэти, предвкушая этот счастливый миг.

— Напрасно ты так радуешься, — нахмурилась хозяйка пивной. — Не забывай, что дом, в котором ты будешь жить, тебе не принадлежит!

Улыбка сошла с лица девушки.

— Ты, конечно, права, Молли, — ответила она серьезно, — но раз уж я должна притворяться любовницей Итана, то почему бы мне заодно не пожить в свое удовольствие?

— Так-то оно так, — вздохнула добрая женщина, — только будь осторожна, не сболтни лишнего, когда будешь веселиться с новыми знакомыми. Кругом полно лазутчиков тори!

«И я одна из них», — подумала Кэти. Если бы Итан знал об этом, что бы он с ней сделал? Она зябко поежилась, вспомнив, каким холодом веяло от него в тот вечер, когда они заключили сделку, как легко и равнодушно он решил ее судьбу.

Что ж, поделом ему. Теперь настал ее черед. Когда она сдаст Итана Лоудену, его судьба тоже будет решена — Итана вздернут, а она… она выбросит его из головы!

— Милая, что с тобой? — услышала Кэти встревоженный голос миссис Мунро.

— Со мной? — переспросила она, глядя на Молли невидящими глазами. Потребовалось несколько секунд, чтобы до Кэти дошел смысл вопроса. — Со мной все в порядке, а что такое?

— Ты вдруг так побледнела, что у меня душа ушла в пятки. Ты не заболела?

— Нет, не беспокойся, Молли, я здорова.

К облегчению Кэти, неприятный разговор был прерван стуком в заднюю дверь. Когда девушка открыла, перед ней стоял мальчик-посыльный.

— В чем дело? — спросила она.

— Вы Кэти Армстронг? — ответил он вопросом на вопрос и, когда девушка кивнула, протянул ей листок бумаги, сложенный и запечатанный красным воском: — У меня для вас записка. Мне велено подождать ответа.

вернуться

12

Бостонское кровопролитие — стычка между английскими войсками и жителями Бостона в 1770 г., перед Войной за независимость. Англичане открыли огонь по толпе, угрожавшей им, и убили пять человек.

36
{"b":"11366","o":1}