ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Последнюю фразу я произнес из чистого суеверия, ибо, как правило, каждая из моих пуль, безо всяких если, попадала в цель. Но дополнительные обоймы все равно не помешают. Да и Жанне Сергеевне не вредно лишний раз напомнить о том, что дело, ей затеянное, чревато разными последствиями. Включая и трагические.

— Все будет сделано, — уверенно ответила мне птичка. — Ключи от квартиры и от машины получите уже завтра к вечеру. Квартира будет на Знаменке. А машина… Подержанный «мерседес» вас устроит?

Я удивленно кивнул.

Вот тебе и птичка! Кажется, Жанна Сергеевна очень серьезно решила бороться за выживание своего издательства и мелочиться не собиралась. Если сейчас она мне вместо патронов к «Макарову» предложит ящик снайперских винтовок и зенитную пушку, то, значит, я лопух и сильно недооценил свою новую клиентку.

— Вот только с патронами не знаю, как быть, — сказала госпожа Володина виноватым тоном, как прилежная школьница, забывшая дома дневник. — Никогда не покупала… Может, я дам денег, а вы где-нибудь сами сможете раздобыть? — с надеждой спросила она меня, — Или, может, мне съездить на Тишинку? Там, говорят, любую вещь можно купить. А для одной обоймы сколько надо патронов?…

Я протестующе замахал рукой, мысленно обозвавши себя остолопом. Проверочку ему, видите ли, устроить захотелось! Цену он, видите ли, набить себе решил! Морду тебе, Яша, за такие штучки надобно набить, а не цену. Еще бы минута — и этот бы воробышек помчался с хозяйственной сумкой на Тишинку, покупать у местных рэкетиров мне патроны… М-да.

— Не надо патронов, Жанна Сергеевна, — проговорил я, испытывая отнюдь не первые за сегодняшний день угрызения совести. — Я… Мне… В общем, мне, наверное, пока хватит.

— Вот и хорошо! — обрадованно всплеснула руками госпожа Володина. — А то уж я не знала… На самом деле и с квартирой-то просто удачно совпало, — призналась она со вздохом. — Просто двое моих друзей на днях уехали в Голландию, на семинар, и мне оставили ключи. Если я найду им квартиранта на несколько дней, они не будут в обиде. Правда?

— Правда, — улыбнулся я. — А «мерседес» чей? Тех же друзей?

— Вовсе нет, — как мне показалось, с некоторой обидой отозвалась Жанна Сергеевна. — «Мерседес», к вашему сведению, мой собственный. В Мюнхене купила, два года назад. Меня туда лекции приглашали читать…

— На тему?… — с интересом спросил я.

— Советская пресса времен перестройки, — с достоинством произнесла птичка. — Я до того, как основать издательство, в МГУ работала. У меня и кандидатская есть…

— Верю, верю, — покорно сказал я, уже досадуя на себя, что начал этот допрос. Во мне, оказывается, еще не умер следователь МУРа, такой, знаете ли, въедливый сукин сын. Все ему знать надо. Верно говорят, что привычка есть вторая натура. У меня она вдобавок иногда переходит в первую. Берет, значит, и переходит. В натуре, мужики.

Пока мои привычки возвращались на положенное место, мы с Жанной Сергеевной перешли из кухни в комнату. Комната оказалась намного уютнее, чем мой рабочий кабинет, набитый папками картотеки. Стены здесь были завешаны коврами, в одном углу прямо на полу стоял телевизор, в другом — возвышался книжный шкаф и висело большое зеркало в раме, у противоположной стены располагались широкий диван, торшер и журнальный столик. Хозяйка включила торшер, и мы присели на диван.

— Выпьете что-нибудь? — спохватилась вдруг Жанна Сергеевна. — Я совсем забыла предложить вам это раньше… Простите, Яков Семенович!

Я скептически взглянул на свое отражение в зеркале. Мафиозный итальянский пробор успел растрепаться, зато еврейский шнобель вызывающе вылез вперед, утратив почему-то всякое сходство с мужественным носом кавказской национальности. Действительно странно, что Жанна Сергеевна не предложила мне стакан водки сразу же, как только я вошел: мой потрепанный вид явно располагал к выпивке и даже без закуски.

Приняв мое молчание за знак согласия, девушка-птичка метнулась к своему книжному шкафу, который оказался не только книжным. Как и в особнячке на улице Щусева, в этом шкафчике имелась сбоку малозаметная издали дверца бара.

— Что будете пить? — спросила между тем Жанна Сергеевна, позвякивая бутылками.

— А вы что будете? — по традиции ответил я вопросом на вопрос.

— Я, пожалуй, шерри… — задумчиво произнесла птичка, обозрев свои запасы спиртного.

— Вот и я то же самое, — откликнулся я, чтобы избежать раздумий по такому пустяковому поводу. В глубине бара я, правда, углядел сосуд с куда более симпатичным мне джином, но решил не рисковать. Вдруг бутылка пуста или, того хуже, Жанна Сергеевна держит этот напиток для гостей почище? Выйдет очень неудобно.

Птичка ловким движением придвинула к дивану поближе журнальный столик, водрузила на него бутылку, наполнила рюмки.

— За удачу! — торжественно сказала Жанна Сергеевна.

— За удачу! — согласился я, про себя подумав, что за такую важную вещь следовало бы выпить что-нибудь покрепче. Шерри, по правде сказать, несерьезный напиток. Правда, про него какой-то поэт написал хорошие стихи. Все лишь бредни, шерри-бренди, ангел мой…

— Итак… — произнесла Жанна Сергеевна, незамедлительно наливая по второй. — Могу ли я теперь услышать отчет о проделанной сегодня работе? Или, по вашим правилам, вы составляете его в письменной форме?

— Отчего же, можно и в устной, — успокоил я хозяйку. — Желание клиента для нас — закон. Другое дело, что отчет покамест будет кратким. — И я, не вдаваясь в подробности, поделился некоторыми своими соображениями об издательстве «Меркурий» и о достижимости дискеты в сейфе особнячка на улице Щусева. Имена своих информаторов я, разумеется, опустил.

— Так это реально? — сразу поинтересовалась Жанна Сергеевна, вновь наполняя опустевшие рюмки. — Я имею в виду сейф.

— Завтра будет видно, — ответил я. — Завтра я иду на разведку в логово врага.

— А дискету когда?… — нетерпеливо спросила птичка.

— Постараюсь и дискету завтра же, — обнадежил я мою клиентку. — Но только это будет значительно позже… Детали неинтересны, — добавил я вслед, увидев в глазах Жанны Сергеевны жадное любопытство. — Да вам их и знать необязательно. Так спокойнее будет. И вам, и мне.

По лицу Жанны Сергеевны пробежала разочарованная гримаска, но она не стала спорить, и я мысленно воздал должное ее выдержке. Будь сам я на ее месте, я бы не преминул выцарапать из сыщика все подробности предстоящей операции. Птичка же мудро смекнула, что в данном случае результат важнее процесса. В отличие, допустим, от других случаев, с частным сыском никак не связанных.

Мы выпили еще по одной, и я почувствовал, что наконец-то могу расслабиться. Разнообразные события прошедшего дня слиплись в один пестрый ком. Мысленно я сжал этот ком до размера мячика для пинг-понга и мысленно же запустил этот мячик прямо на Солнце. Комок мгновенно испарился, и я почувствовал заметное облегчение. Аутотренинг — изобретение простенькое, но эффективное. Вот и все на сегодня. Теперь я спокоен. Теперь даже новости по ТВ можно смотреть, не опасаясь дополнительных стрессов… Да, кстати, новости — это очень неплохая идея. Я украдкой взглянул на циферблат своих часов. Ага, сейчас как раз пойдет выпуск свежих новостей на тринадцатом канале.

— Жанна Сергеевна… — мягко проговорил я.

— Да-да, — тотчас отозвалась птичка, вместе с рюмкой придвигаясь ко мне поближе.

— Жанна Сергеевна, у вас телевизор работает? — Я ткнул пальцем в сторону молчаливого телеящика в углу.

Птичка удивленно вскинула головку. Похоже, она не ожидала этого вопроса. Вернее, она ожидала вопрос, но, как мне показалось, совсем не этот.

— Сейчас новости, — пояснил я. — Наверное, стоит посмотреть.

— Ага, — сообразила все-таки птичка и, не выпуская из одной руки рюмки, другой рукой стала шарить по дивану в опасной близости от моих ног. Я испугался не столько внезапного посягательства на мою нравственность, сколько за свои брюки: рука с рюмкой, наполненной доверху, кажется, двигалась синхронно. И при первом же неверном движении…

21
{"b":"11373","o":1}