ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Я невольно усмехнулся своим мыслям и окончательно успокоился. Сразу они меня не убили, хотя и могли. Считай, уже проиграли.

— Простите, с кем имею честь?… — поинтересовался я.

— Для покойника вы выглядите бодро, Яков Семенович, — усмехнулся джентльмен. — И потому слишком любопытны… Впрочем, в ближайшие пятнадцать минут можете называть меня… скажем, Петром Петровичем.

— А через пятнадцать минут как мне вас называть? — с любопытством спросил я. — Вы носите каждое имя не более четверти часа? Тогда это, извините, неэкономно.

В отличие от Сани Егорьева, Петр-допустим-Петрович чувством юмора обладал и тонко улыбнулся.

— А через пятнадцать минут мое и вообще чье-либо имя вас уже не будет интересовать, — произнес он — Оглянитесь-ка по сторонам Только не делайте резких движений. Идет?

Я неторопливо огляделся. С четырех сторон на расстоянии прыжка от меня пребывало еще четверо элегантных джентльменов. Они делали вид, что прицениваются к новинкам на стендах и прилавках, а сами внимательно буравили нас глазами. У каждого из них левый борт пиджака чуть выдавался вперед по сравнению с правым — словно все они страдали легкой левосторонней полнотой. Как я и предполагал, все они и не подумали сдать свое оружие на входе. Что ж, пеняйте на себя. Мне остается теперь только вынудить их пустить эти пистолеты в ход. Конечно, не здесь, а именно на третьем этаже. Здесь шальной пулей могло зацепить кого-то из посторонних; на третьем же, пока хорошенько не отремонтированном, находились в основном склады. Там тоже появлялись книгоноши — но не толпами по крайней мере. Выбирать приходится меньшее из зол.

— Убедились? — спросил меня пятнадцатиминутный Петр Петрович. — Бежать вам некуда. Итак, где дискета?

Я пожал плечами:

— Кажется, мы договаривались насчет обмена. Будет Макдональд — будет и ваша дискета…

Сам я понимал, что мои требования со стороны выглядят абсолютно бредовыми. Наверняка роман, из-за которого я рискую головой, представляет собой такую же чепуху, что и какая-нибудь книга «Грязные-грязные руки» с кровавым пистолетом на обложке, которую я видел несколько минут назад. Скорее всего, издание этого несчастного Макдональда не принесет птичке, кроме неприятностей, никаких особенных прибылей. Так ради чего же я все это делаю? Ради Жанны Сергеевны? Из-за того, чтобы поквитаться с убийцами Гоши Черника? Скорее всего, из-за собственного упрямства. Раз начал — нельзя уже отступать. Идиотские принципы. На моей могильной плите будет выбита надпись: «Покойный не отступил». Славно-славно. Тебе, Яков Семенович, в оптимизме не откажешь.

Петр Петрович с нажимом переспросил.

— Так где дискета?

— На третьем этаже, спрятана, — ответил я заготовленной заранее фразой. Очень убедительное, кстати, вранье. Я ведь действительно МОГ ее там спрятать. С целью последующего обмена. — Но без меня вы ее все равно не найдете.

Петр Петрович сделал нетерпеливый знак рукой, и пара окрестных джентльменов мгновенно закрыла меня от посторонних взглядов своими спинами, а четыре руки быстро обхлопали мои карманы. Кроме потайного, естественно.

Я усмехнулся.

— Смешно? — удивился один из тех двоих, кто наводил шмон.

— Щекотно, — объяснил я. — Работай-работай, видишь, начальник нервничает.

Обыск моих карманов не дал никаких результатов.

— Шеф, — вполголоса проговорил второй джентльмен. — У него и оружия-то нет. Только документы, бумажник и шариковая ручка…

— И ключи, — добавил я предупредительно. Петр Петрович покачал головой:

— Как же так, Яков Семенович? Идете на такую ответственную встречу — и без оружия. Как-то даже не согласуется со всем тем, что мы о вас узнали.

— Ваши сведения устарели, — сказал я. — Теперь я пацифист. Кроме того, я и не собирался в вас стрелять. Совершим обмен и разойдемся по-хорошему…

Услышав эти слова, оба джентльмена, проводившие личный досмотр моего имущества, негромко захихикали. Словно им тоже вдруг стало щекотно.

— Ладненько, — не стал больше спорить Петр Петрович. — Обмен — так обмен. Поднимаемся на третий. Только не вздумайте бежать, — предупредил он. — Мои подчиненные — ребята без комплексов. Чуть что — хватаются за пистолеты, за ними не уследишь.

Отлично, подумал я. И не надо следить. Доктор Фрейд, кажется, учил, что комплексы не надо загонять вглубь. А раз их вообще нет — то просто замечательно. Кто хочет, пускай стреляет.

Петр Петрович (еще в течение восьми с половиной минут) сделал знак оставшимся своим элегантным орлам, и те, взяв меня в плотное кольцо, стали конвоировать, ведя вверх по лестнице. Надо отдать им должное, маневр свой они совершали слаженно и красиво. Наблюдатель наверняка решил бы, будто по лестнице поднимается компания самых близких друзей.

На третьем этаже было почти пустынно. Ремонтная бригада сегодня не работала, а потому огромные жестяные листы, предназначенные для декоративной отделки перекрытий, в беспорядке лежали на полу и были прислонены к стенам. Большие стекла, готовые быть вставленными во внутренние рамы галереи, ждали своего часа в больших деревянных кузовах с подпорками. В перспективе здесь должен будет располагаться грандиозный торговый зал, и когда это произойдет, на третьем тоже яблоку негде будет упасть. Сейчас же здесь было полным-полно свободного места. И никаких яблок.

— Яков Семенович, — сказал мне предводитель вооруженных джентльменов, осмотревшись и вполне довольный увиденным запустением. — Теперь вам уж точно деваться некуда. Вы проиграли. Верните дискету, ответьте на пару моих вопросов… а там посмотрим.

— Сначала вы ответьте, — попросил я, осторожно смещаясь в сторону жестянок и стекла. Надеюсь, смысл моих телодвижений был Петру Петровичу и компании пока неясен.

Петр Петрович взглянул на часы и проговорил:

— Спрашивайте, но только быстро.

— Айн момент! — согласился я. — Каким же образом вы меня вычислили? Если, конечно, не секрет.

— Какие же от вас теперь секреты? — проговорил Петр Петрович-для-особых-поручений. — Все элементарно. Ваш трюк с телефоном был недурен… кстати, как вы это сделали?

Я развел руками: дескать, сам не знаю, как-то получилось…

— Ну, неважно, — махнул рукой Петр Петрович. — Это уже не имеет значения. У нас, видите ли, прекрасная записывающая аппаратура. Плюс к тому наши аналитики уже знали уровень вашей квалификации…

— Сейф? — уточнил я.

— Вот именно, — согласился Петр Петрович. — И еще эти трюки с маскировкой. И вдобавок ко всему маниакальные разговоры о романе Макдональда… Словом, мы определили круг ваших интересов, а потом уже за ночь прокрутили ваш голос трем сотням людей из соответствующих сфер… Я понятно излагаю? — неожиданно прервал себя мой собеседник.

— О да, — искренне ответил я, выигрывая еще шажок. — Неужели трем сотням? Хотя… с вашими деньгами…

— Деньгами, которые вам и не снились, — строго сказал Петр Петрович. — Ну, довольно. Я потешил вашу любознательность. Теперь удовлетворите мое любопытство. В принципе, мы уже знаем, кто именно вас послал и чего хотят эти люди. Мы просто хотели бы получить от вас подтверждение. Так, для порядка.

Я сказал, тщательно выговаривая слова:

— Имя клиента, извините, сообщить не могу. Права не имею. А нужен мне всего только роман Стивена Макдональда «Второе лицо». Записанный, сами понимаете, на дискете… Так что, меняемся?

Мне надо было раздразнить эту публику, и я своего добился.

— Где дискета, черт побери?! — повысил голос Петр Петрович.

Я сделал еще один шаг в сторону и в секунду извлек из потайного карманчика дискету, столь необходимую «ИВЕ» с «Меркурием». Если бы я еще знал почему!…

— Вот! — сказал я, делая еще шажок так, чтобы оказаться между запасами жести и стекла. — А теперь давайте Макдональда.

Петр Петрович произнес почти равнодушно:

— Вы меня окончательно разочаровали, Яков Семенович. Вы повели себя как зеленый дилетант. Неужели вам с самого начала не было ясно, что ни на какой обмен — тем более такой дурацкий! — мы не пойдем? На ваше несчастье, дискета не была толком защищена и вы могли видеть текст… Уберите его, он мне надоел, — приказал он своим архангелам, вяло кивнув в мою сторону. — А потом заберите то, что он украл.

46
{"b":"11373","o":1}