ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Тем временем Стив Макдональд еще раз настойчиво повторил свой вопрос. Как будто ему станет легче, если он узнает, что именно за зверь сел нам на хвост.

— Скорее, рэкетс… — проговорил я задумчиво. В конце концов, птичкино дело объяснять, по какой причине некое супериздательство «Меркурий», дочернее предприятие суперкомпании «ИВА», решило присвоить себе ВСЕГО Стивена Макдональда.

Услышав конкретный ответ, американец неожиданно успокоился. Как видно, он боялся только всего необычного. Террористы в аэропорту и рэкет на хвосте были, судя по всему, для него заурядным явлением. Я с уважением подумал, что этот Стив наверняка, прежде чем писать свой очередной триллер, изучает все на местности и посещает какую-нибудь горячую точку. Покойный Гоша Черник, напротив, никогда не был озабочен проблемами правдоподобия, вместе с МУРовскими бригадами выезжал редко и неохотно, уголовные дела листал через силу. Все это сдерживало Гошину фантазию, загоняло ее в рамки. Он предпочитал выдумывать невероятные вещи, не отходя от письменного стола…

Я невольно вздохнул, вспомнив, что Черник, увы, больше никогда не сядет за свой стол. Никогда. Каркнул ворон «Невемор». Откуда это, между прочим? Уже не припомню. Когда имеешь дело с книгами, в твою голову влетает столько чужих строчек, что перестаешь различать, кто, что и откуда.

— Нитшего… — подбодрил меня Стивен неожиданно, решив, будто я вздыхаю в связи с рэкетс. — Это есть интернэйшнл… сорри… меж-ду-на-род-ный проблем.

— Они отстают! — радостно сообщила нам Жанна Сергеевна.

За окнами потемнело, а ближе к Москве число машин на шоссе увеличилось; уже возникла небольшая толпа автомобилей, среди которых можно было попробовать затеряться. По крайней мере, несколько «мерседесов», похожих на наш, уже могли сбить с толку преследователей. Я, не сбавляя скорости, несколько раз предпринял наглые обгоны, и, когда мы аккуратно въехали на бывший Ленинградский проспект (я все забывал его современное — вернее, древнее! — название), хвоста не осталось и следа. То есть хвост существовал, но у нас была реальная фора. Ездите на «мерседесах», мысленно проговорил я. Не доверяйте «волгам», «бьюикам» и тем более «фиатам». Последнюю машинку, правда, я приплел сейчас напрасно: желтое пятно на стоянке мне, скорее всего, померещилось. Преследовали нас, как видно, действительно рэкетс из «ИВЫ», а не киллерс на «фиате» неизвестно откуда. Вероятно, у них разделение труда. Одни появляются по четным числам, другие — по нечетным.

Я слегка расслабился, но не настолько, чтобы потерять бдительность. Наш план под названием «Похищение Макдональда» только вступал в свою главную фазу: фазу объяснения Жанны Сергеевны со своим автором. Это предполагалось сделать в мое отсутствие (идея птички). Поэтому, въехав на Тверскую, я притормозил у ближайшей станции метро и сказал Стивену:

— Не будем рисковать. Нашу машину они могли хорошо запомнить. Поезжайте-ка лучше на метро, а я, если что, их отвлеку…

— Йес, — легко согласился Макдональд и полез за бумажником.

— Нет-нет, — замотал я головой, — это входит в стоимость номера.

— Йес, — упрямо проговорил американец и все-таки всучил мне пару крупных купюр. Оказывается, езда со скоростью ему понравилась. Ну да, естественно: какой же янки не любит быстрой езды?

Я пожал плечами, сообразив, что отказываться от баксов, в конце концов, неконспиративно. Да и потом в моей ситуации лишние деньги не помешают: расходы растут, а у птички клянчить новый аванс — не в моих правилах.

Они вышли из машины. Американец нес в левой руке чемодан, а правую галантно предложил даме. Я заподозрил, что переговоры могут быть успешными. Что нам, собственно, делить с Америкой? Всем уже известно, что русский и штатник — братья навек. Наше похищение по-американски незаметно превращалось во встречу на Эльбе; осталось только побрататься и пересмотреть самые кабальные условия договора на издание «Второго лица». Сама идея братания птички Жанны Сергеевны с симпатичным писателем, честно говоря меня не очень вдохновляла. Я бы даже предпочел, чтобы Макдональдом вдруг оказался тот жирный боров с Брайтон-Бич, который сегодня в аэропорту запутался в своих чемоданах. С тем-то брататься захотелось бы в строго отведенных для братания рамках. Ну да ладно, стал успокаивать я Отелло в самом себе, который — представьте! — вдруг тоже начал подавать признаки жизни. Жанна Сергеевна — мой клиент, а не моя собственность; она сама должна знать, как ей лучше себя вести. Сам факт, что Отелло в моей душе неожиданно проснулся после затяжной спячки, меня порадовал и испугал. Порадовал в том смысле, что, оказывается, ужасный брак с Натальей не выжег во мне всех нормальных человеческих чувств. Испугался же я потому, что вдруг сообразил: мое отношение к птичке Жанне Сергеевне давно уже перешло грань легкого служебного романа. Кажется, к ряду Муха, Кремер, Рыжков следует непременно добавлять фамилию Штерн. Еще один сгорел на работе. Точнее, сгорит обязательно. Мое участие в последней авантюре показало мне самому, что я уже дошел едва ли не до последней степени безрассудства. Нет, до предпоследней. Последняя — это явиться в «ИВУ» с взрывчаткой на пузе и взять в заложники Иринархова… Хотя, сообразил я, он еще, кажется, в тюрьме. Но вот-вот выйдет на свободу. Сразу с корабля — на бал. Ясное дело, большому кораблю — большое плаванье…

Так, играя в слова, я добрался до автостоянки. У меня хватило ума по пути накинуть плащ на свои аксельбанты и оторвать от греха подальше бороду швейцара-шофера из «Интуриста».

На этот раз стоянку охранял давешний парень, перед которым я разыгрывал немца. Увидев мой «мерседес», он, очевидно, припомнил щедрые чаевые и припустился ко мне.

— Гутен таг! — сказал он гордо. Как видно, несколько немецких слов он выучил специально для меня. Услужливый юноша.

— Гутен абенд, — меланхолично ответил я, поглядывая на часы: по времени выходил точно абенд — вечер. Тем не менее я вознаградил начинающего полиглота несколькими баксами сверх нормы и дойчмарками — по прейскуранту. Парень просиял.

— Данке шон! — торжественно произнес он еще одну заученную фразу.

— Битте. — Я пожал плечами и, подумав, отстегнул ему еще пятерку. Пусть хорошенько усвоит, что знание языков — к деньгам. Авось хоть это открытие станет для парня жизненным стимулом: он запишется на курсы, втянется, начнет читать и, чем черт не шутит, найдет свою стезю. Например, уйдет в Большой Рэкет. Там, по слухам, теперь за знание языков тоже стали приплачивать своим бойцам…

Я доехал до чудо-телефона, когда уже совсем стемнело. Предосторожности ради я не подошел сразу к автомату, а сперва прогулялся вокруг, отслеживая возможную засаду. Вдруг «ИВЕ» за это время уже удалось просчитать мой фокус и вычислить заветного летучего голландца? Если долго мучиться…

Ладно. Будем считать, что рекогносцировка произведена. Я нащупал в кармане лаковую поверхность визитки, при тусклом свете дальнего фонаря прочел цифры и набрал первый из номеров. Еще днем я сообразил, что если на дискете и впрямь данные о депутатах Думы, на корню купленных «ИВОЙ», то мне обязательно понадобится помощь именно ЭТОГО человека. Я не был, конечно, уверен, что и ЭТОТ телефон окажется под контролем: с его хозяином мы виделись один раз, хотя и при драматических обстоятельствах. Но все равно пусть будет спокойнее и ему, и мне.

Пошли длинные гудки, а затем трубку сняли.

— Алло, — произнес я в трубку.

— Здравствуйте, — сказал веселый голос. — Это квартира журналиста Дмитрия Баранова, но хозяина нет дома. С вами говорит автоответчик. У меня сегодня деловая… — Дима Баранов на пленке чуть заметно хмыкнул, — деловая встреча, и вернусь я поздно. Если хотите, звоните мне завтра, но чур — не раньше двенадцати дня. Буду отсыпаться. А хотите — оставьте сообщение после этого гудка… — Пошел писклявый гудок, и я повесил трубку.

Оставлять сообщение мне не хотелось. Сам я обожал пользоваться автоответчиком, но, звоня другим, старался, по возможности, не доверять свой голос пленке. Слово — не воробей, вылетит — и тебя поймают.

61
{"b":"11373","o":1}