ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Сонный милиционер равнодушно глянул на мою бумажку и, посторонившись, пропустил меня к лифту. Возле лифта располагалась книготорговая точка, работавшая, по идее, с восьми утра. Однако здешняя лоточница не принадлежала к числу «жаворонков» и потому длинный стол, для книг предназначенный, был уныл и пуст, как душа коньковского рэкетира. Оставалась, правда, небольшая надежда, что на обратном пути я все же застану хмурую очкастенькую пигалицу при исполнении ее торговых обязанностей: книги здесь были гораздо дешевле, чем в целом по Москве. Разумная льгота для тех, кто ведает печатным делом всея Руси. И не очень обременительная для государства – все равно тутошняя публика принадлежит к числу чукчей-нечитателей. Лоток и держится в основном за счет посетителей вроде вашего покорного слуги.

Я вошел в кабину лифта и надавил на кнопку с цифрой «шесть». Если бы в кабине со мной находился еще кто-нибудь, я поднялся бы сначала на четвертый, а два пролета преодолел пешком. Для конспирации. На шестом этаже, слева от лестницы, располагалась неприметная дверь с кодовым замком и угрожающей табличкой «Посторонним вход воспрещен!». Надпись на табличке успела порядочно выцвесть, но замок был в полной исправности: не лаял, не кусал, а в дом не пускал. Как и год назад, и все пять лет назад, во времена ныне покойного министра Полуэктова. Но я-то код знал и вошел.

– Здрасьте, Як-Семеныч, – приветливо сказал мне компьютерный юноша в сизой ковбойке, только на мгновение оторвавшись от терминала. На экране вспыхивали взрывы, лилась кровь, мальчик за дисплеем при помощи только двух клавиш уничтожал всех своих врагов.

– Салют, Михаил, – ответил я с начальственной фамильярностью в голосе. – Я смотрю, ты все играешь. Как ни зайду к вам, у тебя очередная «стрелялка»…

– Так ведь скучно, Як-Семеныч, – пробормотал компьютерный Михаил, разнося в клочки очередного экранного монстрика. – Дел на копейку, а сиди здесь от звонка до звонка.

– Тогда ладно, пока поиграй. Разрешаю, – я сел на свободный стул, включил еще один компьютер и, пока тот нагревался, приходил в рабочее состояние и искал нужный мне файл, я уже в который раз мысленно возблагодарил хитроумного Полуэктова, царство ему небесное.

О подлинной роли этой комнаты на шестом этаже я сам узнал примерно с полгода назад по чистой случайности, а многие, убежден, не знают о ней до сих пор. Уже позже, по косвенным данным, я примерно реконструировал историю возникновения этой пещеры Аладдина. Полуэктов, самый первый министр печати Свободной России, хотел знать побольше и умел за это платить. Он справедливо рассудил, что раз уж в России новые издательства плодятся, как опята, и останавливать их размножение бессмысленно, то министерство должно, по крайней мере, быть в курсе издательских дел и ненавязчиво контролировать то, что контролю еще лоддается. В ту пору отношения наши с Америкой поминали период первой и особенно пылкой влюбленности после долгих заморозков. И поэтому в обход «поправки Джексона-Вэника» Полуэктов получил для нужд демократической России новейшее компьютерное оборудование, а у «Пингвина» купил, не торгуясь, информационно-поисковую систему, которую сами же американцы русифицировали за отдельные деньги. Как я понял, все эти манипуляции были почти наверняка министерской самодеятельностью, ни с кем не согласованной. Да, Полуэктов был не такой дурак, чтобы согласовывать с Верховным Советом или даже самим его председателем факт закупки явно цэрэушных компьютерных разработок. Почти наверняка министр проводил финансирование этого проекта под каким-нибудь нейтральным прикрытием и в этом преуспел. Сильно подозреваю, что ни Служба ПБ, ни МВД и ФСБ, ни один из последующих начальников Госкомпечати и даже теперешний сотрудник проекта Миша до конца не догадываются: умные машины хранят в своей необъятной памяти не что-нибудь, а свод постоянно пополняемых электронных досье. Грубо говоря, американская система на шестом этаже особняка Госкомпечати тихонько шпионит за всеми российскими издательствами и копит полученные отовсюду данные на отдельных файлах. Время от времени здешний Миша, почесываясь, собирает вершки для очередных квартальных министерских отчетов, но вот корешками после Полуэктова никто, по-моему, не интересуется. Кроме Штерна, понятное дело.

Мой компьютер проиграл первые такты «Турецкого марша», давая мне понять, что досье «Тетриса» найдено. Великолепно! Знай генерал-полковник Сухарев об этом фокусе, он не стал бы тревожить Якова Семеновича Штерна и сам бы получил необходимые данные. Однако Яков Семенович не собирается делиться своими секретами с первым встречным. В конце XX века вся необходимая тебе информация уже кем-то и для чего-то собрана. И мастерство частного детектива в том и заключается, чтобы знать, откуда эту самую информацию можно зачерпнуть. Пусть генерал-полковник воображает, что я сейчас сижу под окнами «Тетриса» и слежу за ним в подзорную трубу или, допустим, роюсь в «тетрисовской» урне. Главное ведь – результат, верно? Верно. Я стал неторопливо просматривать файл, про себя отмечая, что я тут уже знал, а что было новенького. По всем данным выходило, что издательство господ Терехова, Трифонова и Искандерова было заведением относительно чистым – то есть не грязнее других. Может быть тут и впрямь отмывались деньги, но делалось это через солидных посредников, прилично и, пожалуй, не смогло бы бросить тень на автора «Воспоминаний Президента». Единственное, что меня темного смутило, – так это адрес издательства: судя по учредительным документам, офис «Тетриса» располагался где-то на улице Радио, дом 5-а. Я плохо знал улицу Радио и не помнил, чтобы там имело место хоть что-то похожее на книжное издательство. Ладно, это легко проверить сегодня же. А пока…

– Мишель, – требовательным голосом скомандовал я компьютерному юноше. – Распечатай-ка мне вот этот файл на принтере, да бумагу возьми получше…

Если в здание Госкомпечати сегодня вошел чиновник Госкомприроды Яков Штерн, то в комбату на шестом этаже поднялся уже сотрудник Департамента налоговой полиции Яков Штерн. И не просто сотрудник, а куратор, призванный осуществлять здесь учет и контроль. Выдавая себя в разговорах с Мишей за налогового полицейского, я не опасался разоблачения: деятельность этой службы в последнее время окружена такой завесой секретности, что никто в точности знать не мог, чем же конкретно данный Департамент занимается. Насколько мне известно, налоги в России собираются из рук вон, и, следовательно, сотрудники Департаменты доблестно валяют дурака за приличную заплату. Не думаю, что здесь когда-нибудь взаправду появится настоящий налоговый полисмен. Да и что настоящему, здесь делать? В «Doom» играть с Мишелем?

Компьютерный Миша напоследок дострелил какую-то зеленую чешуйчатую тварь и с сожалением поднялся с места. Что-то ворча себе под нос, он подключил лазерный принтер, заправил его бумагой и мельком глянул на дисплей.

– О, «Тетрис», – заулыбался он, как будто встретил старого знакомого. – А я думал, Як-Семеныч, что только такая игрушка есть…

– Господин Михаил Конев, – строго заявил я, переходя на официальный тон. – Мы с тобой тут не в игрушки играем. Работай и не задавай лишних вопросов. А то у меня может возникнуть желание покопаться в твоей налоговой декларации. Сдается мне, что ты сильно не доплачиваешь в казну.

Я догадывался, что Мишель в свободное от игр время слегка левачит на казенной технике и гонорар получает отнюдь не по ведомости.

– Да я не задаю, я так… – упавшим голосом наказанного двоечника пробормотал этот компьютерный мальчик, сразу теряя интерес к экрану.

– Вот и хорошо, – смягчившись, сказал я. Немного поглядел, как принтер штампует аккуратные листочки с текстом, и позволил себе отлучиться в сортир на четвертом этаже.

И если бы не везение, там в сортире Госкомпечати и закончились бы сегодня жизнь и деятельность частного детектива Я.С. Штерна. Представляете, куда бы пришлось вешать мемориальную табличку?

Конечно, госкомитетский туалет – это вам не уборная на Казанском вокзале: во-первых, здесь кругом царит нежно-розовый и чисто отмытый кафель; во-вторых, в кабинках пахнет не хлоркой, а каким-то цветочным ароматом. Наконец, в-третьих, здесь по утрам – восхитительное безлюдье; не надо толпиться в очереди и можно выбрать любой апартамент. Хошь с голубым унитазом, хошь с розовым, под цвет стен, а для эстетов – пожалте черный… Мои размышления о здешнем безлюдье оказались очень быстро опровергнуты. Пока я стоял спиной к дверям, лицом к окну, наслаждаясь видами и раздумывая, не стать ли мне эстетом, какая-то сволочь сзади стремительно саданула меня по башке с явным намерением раскроить мне череп. Вернее, насчет намерений неизвестного террориста я сообразил несколько позже – в тот счастливый момент, когда я все-таки пришел в сознание на чисто вымытом кафельном полу.

21
{"b":"11374","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Исцеление от травмы. Авторская программа, которая вернет здоровье вашему организму
Секрет легкой жизни. Как жить без проблем
Голодный дом
Airbnb. Как три простых парня создали новую модель бизнеса
Неймар. Биография
Лонгевита. Революционная диета долголетия
Афера
Блог проказника домового