ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Превышение полномочий
Крав-мага. Система израильского рукопашного боя
Как испортить первое свидание: знакомство, разговоры, секс
Принц Дома Ночи
Аромат от месье Пуаро
Лабиринт Ворона
Кремлевская школа переговоров
Черный клановец. Поразительная история чернокожего детектива, вступившего в Ку-клукс-клан
Десант князя Рюрика
A
A

За секретарским столом в приемной сидел все тот же вьюноша с техническими наклонностями. В прошлый раз он чинил телефонный аппарат, а сегодня пытался отремонтировать разбитый стул, у которого из четырех ножек осталось две. Видимо, здесь и впрямь похозяйничал Минотавр.

– Добрый день! – отрывисто сказал я, еще не отдышавшись. – Моя фамилия Штерн. Мне назначено.

Юный секретарь Иван мельком глянул на меня и попытался дотянуться до телефона, не выпуская из рук стула-инвалида. Стул немедленно вырвался и упал с грохотом на пол. Тут же без постороннего вмешательства ожил селектор.

– Что за шум? – спросил строгий генерал-полковничий голос.

– Пришел человек по фамилии Штерн, – пискнул в микрофон секретарь Ваня.

– Хулиганит? – с тревогой осведомился генерал-полковник.

– Это я стул уронил, – честно признался секретарь. – Случайно.

– Тогда Штерн пусть войдет, – распорядился голос Сухарева из селектора. – И так опоздал.

Я бодрой рысью проскользнул в кабинет. Кабинет и его хозяин господин Сухарев были, как прежде одинаково величественны. И, как и в прошлый раз генерал-полковник при первом моем приближении задвинул ящик своего номенклатурного стола. Я успел лишь заметить в ящике что-то белое и без фотографий. Значит, не порнуха. А может, я все навыдумывал, и Его Превосходительство просто-напросто прячет от меня секретные документы? Скажем, меню Президента.

– Хорош! – покровительственно сказал генерал-полковник, знаком указав мне на кресло.

Я сел и вопросительно поглядел на Сухарева. Если это было приветствие, то довольно странное.

– Костюм у тебя хорош! – уточнил генерал-полковник. – В прошлый раз ты в комбинезоне приходил. Я думал – выдрючивается парень. А теперь вижу, что вкус есть. Одобряю. На заказ шил?

Я уже собирался признаться, что костюм свой я купил в ГУМе на дешевой распродаже и ношу его уже третий год, но тут дверь кабинета растворилась. Без стука и без приветствия ворвался крайне озабоченный седовласый полковник с картонной папочкой и, подбежав к Сухареву, что-то встревоженно забубнил ему прямо в ухо. Мне сразу стало не по себе. Уж не случилось ли чего с Президентом, пока его начальник охраны ослабил бдительность? Я уже представил вой сирены, треск телефонов и беготню леопардов с автоматами, готовых стрелять во всех подозрительных личностей…

– Ничего не разберу у тебя! – раздраженно проговорил Сухарев. – Говори нормальным голосом.

Седовласый полковник тревожно зыркнул мою сторону, но приказ есть приказ, и неприятна новость была изложена нормальным тоном. Сам того не желая, я узнал о коварном демарше начальника Таманской дивизии генерала Дроздова. Оказывается, Дроздов только что дал интервью еженедельнику «Слово и дело» и на вопрос о любимом своем занятии дерзко ответил, что, мол обожает пить чай с сухарями. С сухарями! Явно камень в огород генерал-полковника.

Я полагал, что после этих слов генерал-полковник немедленно вытурит взашей седовласого балбеса, однако Сухарев принял новость близко сердцу.

– Сволочь! – выругался он сквозь зубы. – Чай он, значит, любит, фуфло афганское. Сухарями похрустеть ему охота…

– Вот я и подумал, – поддакнул седовласый паникер. – Скоро выборы Президента, каждый норовит престиж подорвать. Я…

– Что предлагаешь? – не дал ему договорить генерал-полковник. – Только конкретно!

Седовласый моментально сунул под нос Сухареву свою картонную папочку.

– Есть хорошая фактура, – радостно забубнил он, не забывая бросать косые взгляды в мою сторону. – Насчет морального кодекса российского офицера… Жена у него… вот поглядите… И сын ушел из дому…

Генерал-полковник мельком глянул в папку и вернул ее обратно полковнику.

– Слишком долгая возня, – объявил он. – Ответный удар должен быть симметричным… Ты вот что: позвони в этот паршивый еженедельник и скажи от моего имени… Что если они, вонючки…

– Неэффективно, – осторожно возразил седовласый. Не такой уж он, оказывается, был балбес. – У них тираж два миллиона. Лучше бы как-нибудь мирно. Например, дать ответное интервью…

– Тоже неплохо, – не стал спорить Сухарев. – Даже отлично. Напиши-ка быстренько для них мое интервью. И в конце там должен быть вопросик. Насчет любимого занятия. А я отвечу, что обожаю охоту на дроздов. Вот так, открытым текстом: НА ДРОЗДОВ! – Генерал-полковник довольно посмеялся своей выдумке. – Ладно, ступай.

Полковник, подхватив свою папочку с компроматом, деловитой трусцой покинул пределы сухаревского кабинета.

– Что за публика! – доверительно проговорил генерал-полковник. – Все так и норовят палки в колеса совать. Любую мелочь против тебя же и обернут. Выборы, выборы летом, будь они трижды неладны! Любой скандал им на пользу, а не нам. Не приведи господи, народ-дурак выберет клетчатого…

Я не без сочувствия кивнул. Претендент в клетчатом пиджаке нравился мне еще меньше, чем Президент нынешний. Лично я из двух зол предпочитал выбирать меньшее. И знакомое.

– Ну, давай там, что накопал, – внезапно, без малейшего перехода, потребовал от меня Сухарев. – Накопал ведь?

Я послушно достал из-за пазухи свои листочки с отчетом и подал их генерал-полковнику. Мне почему-то представлялось, что Сухарев немедленно углубится в чтение, однако он только глянул на первую страницу с адресом, потом сразу на последнюю – со списком книг. Просмотрел, называется. И стоило ли мне трудиться?

– Жидковато что-то, – высказал свою претензию генерал. – И про книжки ихние ты больно коротко… Кто вот, например, такой этот Паркер? или Ляхов?… Или вот К. Вишняков. Что за «К»? Мог бы и поподробнее. Два дня у тебя было, не два часа.

У меня вертелось на языке чистосердечное признание в том, что за два дня я таки много успел. Успел получить по голове в сортире Госкомпечати, поиграть в кошки-мышки с агрессивной «Скорой» и попредседательствовать на крутой разборке под самым боком дивизии Дзержинского. До отчета ли мне было, Ваше Превосходительство?

– Я предупреждал, что за два дня… – с оскорбленным видом начал я.

– Не заводись, Штерн, – оборвал меня Сухарев и вновь заглянул в конец моего отчета. Наверное, смотрел количество страниц. – В общем и целом, сойдет.

Я облегченно вздохнул: пронесло. Замаячил гонорар. В прошлый раз генерал-полковник что-то такое говорил насчет награды за труды. И точно, Сухарев пошарил в стопке бумаг на столе и выудил оттуда разграфленную ведомость, уже аккуратно заполненную. Я приготовил шариковую ручку и потянулся к этой ведомости. Грешен, люблю слова «сумма прописью». Тем более что мой отчет, если вдуматься, совсем не плох. Соответствует поставленной передо мной задаче.

– Где мне расписаться? – спросил я у генерал-полковника.

– Не нужно тебе расписываться, – усмехнулся Сухарев. – Это, Штерн, наградная ведомость. Лишних денег, извини, у нашей Службы нет, но я включил тебя в общий список на награждение. Скоро получишь орден. «Дружбы Народов». Улавливаешь?

Я уловил, что денег мне не получить. Знай я заранее, что так все обернется, честное слово, изменил бы своим правилам и взял бы хоть аванс побольше. Да уж, орденами со мной еще никогда не расплачивались.

– Зачем мне орден? – пробурчал я.

– Чего-чего? – вскинул брови генерал-полковник. Я вспомнил, что нахожусь не в частной лавочке, а в учреждении, где не спорят. Лопают, что дают. А для спорщиков здесь имеются вооруженные пятнистые леопарды. Один из них мне, между прочим, уже дал позавчера по морде. Заранее. Военные называют это превентивным ударом.

– Э-э… – начал выворачиваться я. – Я исключительно в том смысле, что согласен на медаль. На медаль. И ту, собственно, не к спеху…

Генерал-полковник меня не слушал. Он рассматривал циферблат своих часов. Что-то его здесь не устраивало: то ли часовая стрелка, то ли минутная.

– Свободен, Штерн, – нетерпеливо произнес он. – Благодарю за службу. Ступай. – Можно было думать, что у генерал-полковника внезапно прорезалось срочное дело. Или там срочная секретная встреча. А, может быть, Сухарев принял мысленный флюид Президента.

33
{"b":"11374","o":1}