ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

С этого и началось. Организаторы кооператива, напористые ребята - двое с юга, двое с востока, двое из средней полосы, - за дело взялись круто: за полгода отстроили центральную усадьбу, правда, колхозную кассу при этом до дна выскребли. Дальше - больше: подсобные промыслы пошли с расчетом на зарубеж, закупили, наладили и пустили линию по производству «поп-корна», а затем и два колбасных цеха, какие-то СП возникли да холдинги с трастами, валютой запахло, колхоз вдруг акционерным обществом стал, а кооператив - строительной фирмой с загадочным названием «Билдинг», которая, естественно, оказалась владельцем контрольного пакета акций. Расширила поле деятельности, взялась за строительство частных коттеджей на землях колхоза и отчасти на его средства в счет будущих дивидендов. И пошло-поехало: по форме предпринимательство, а по содержанию форменный разбой. Многое такое развернулось, что Гридин уже под контролем держать не мог. Да ему и не давали. Откровенно не отстранили, делали вид, что «прислушиваются и учитывают», а на практике все решалось без него. Дело-то, правда, неплохо шло. Денежка текла и даже «зелененькая», да вот где оседала?…

Чем больше расширяла фирма свою деятельность, тем смурнее становилось на душе председателя и члена президиума. Многое стал Гридин понимать, о еще большем догадывался, а главное - знал, что увяз по самую маковку в нечистом болоте, из которого одна ему дорога - сначала за барьер, а потом за проволоку. Самые плохие документы были на его имя оформлены или его рукой подписаны. Ему и отвечать. Потому что стал честный когда-то труженик Гридин жуликом - другого места ему в «демократическом» обществе не нашлось.

Об одном теперь заботился - успеть бы Ларку на ноги поставить. Потому и допустил в фирму, где оформили ее референтом, по сути секретарем. На «презентациях» коленками сверкает, коктейлями балуется. Может, действительно этого Леню поддержать да к дочке приставить. Глянулся он чем-то Гридину, совсем не похож на тех, кто жадно вокруг нее вьется и облизывается. Да и для дела сгодится. Паренек-то, видно сразу, не простой, многое умеет. Давно его Рустам просил вот такого подыскать… Надежного…

В кабинете начальника районного УВД время шло медленно, толчками. В напряженном ожидании били по нервам щелчки прыгающей стрелки настенных часов. В черном окне металась от ветра и скребла по стеклу сухая ветка.

Начальник курил и барабанил по столу пальцами. Сидящий напротив коллега из Москвы в штатском костюме бегающими пальцами перебирал карандаши в пластмассовом стаканчике. Трое молодых людей молча застыли на стульях у стены - в ряд, как на опознании. На лице и руке одного из них белели свежие пластыри.

Начальник воткнул окурок в пепельницу, повернулся к селектору и нажал кнопку:

– Коля, ничего от Серого?

– Ничего, товарищ полковник, - послышался сквозь треск и шипение деревянный голос дежурного. - Я сразу сообщу, если что будет. И происшествий никаких.

– Об этом происшествии, если, не дай Бог, оно случится, мы не скоро узнаем, - ворчливо вздохнул начальник и опять потянулся за папиросами. - Курите, ребята. И отдыхайте пока. Вы свое дело сделали, чего сидеть-то?

– Да не волнуйтесь, товарищ полковник, - сказал тот, что с пластырями. - Все было путем. По нотам. И в гостиницу они пошли.

– Путем, - несправедливо буркнул полковник. - Сунули парня в волчье логово… По нотам! Шопен, соната номер три. - И суеверно постучал костяшками пальцев по столу.

– Ты его знаешь, что ли? - спросил Светлов, катая карандаш.

– Нет, откуда.

– Ну и не волнуйся. Этот парень не то что логово - две берлоги разнесет, если его не придержать. Он вам скучать не даст… Какой у тебя московский? - И, притянув аппарат, стал накручивать номер: - Иван Федорыч, у тебя есть что-нибудь?

– Нет. Да я и не жду пока.

– Вот так вот, да?

– Первую информацию он району даст, так условлено. Ты же знаешь.

– А чего же тогда у телефона сидишь?

– А ты чего мне названиваешь?

– Ну, мало ли…

– Ну и я - мало ли…

В кабинет заглянул еще один сотрудник. Все повернули к нему напряженные ожиданием лица. Но он виновато покачал головой и в свою очередь спросил усталыми глазами: ничего?

Истерично завизжал зуммер. Полковник схватил трубку.

В конце коридора я увидел четыре мужские фигуры, слабо освещенные отблесками уличной рекламы, и сунул руку в карман куртки.

Двое пропустили меня, словно не замечая, и оказались сзади. Двое подошли ко мне. Один из них был в форме и с автоматом.

– Лейтенант милиции Митрохин, - представился тот, что в штатском, показал раскрытое заранее удостоверение. - Пройдемте в ваш номер.

– А в чем дело? Я милицию не вызывал.

– Пройдемте, сейчас все объясним.

Я вытащил руку из кармана - они чуть было не вцепились в нее, но вовремя усекли, что в ней не миномет, а деревянная болванка с ключом от номера.

Я отпер дверь, вошел первым и чуть замешкался - показалось, что в комнате еще кто-то есть. Но это мелькнуло мое отражение в зеркале трюмо.

Двое остались в коридоре - уже легче. Да и окно приоткрыто, этаж всего лишь второй, под окном газон.

Поручик мягко спрыгнул с кресла и подбежал ко мне.

– А это что такое? - почему-то удивился Митрохин.

– А это кот, - пояснил я. - Мужеского пола.

– Кто вам позволил держать в номере животное?

– А я никого и не спрашивал.

– Предъявите, пожалуйста, документы, - вежливо сказал лейтенант.

– На кота? - нахально не понял я.

– Ваши, - сдержался он. - И на машину.

Его коллега с автоматом снял трубку телефона, стоящего на полочке трюмо, очень плотно прижал ее к уху, набрал номер и понес наивную туфту:

– Товарищ майор. Голубков докладывает. Мы на месте. Да, здесь. Пока без обыска? Хорошо, понял. - Еще что-то послушал, покивал и опять сказал: - Понял!

– А в чем все-таки дело? - недовольно спросил я, доставая документы.

– Совершено дорожно-транспортное происшествие…

– И вы меня подозреваете?

– Почему же обязательно подозреваем? Просто ведем проверку. Служба. Не вам объяснять, - добавил он многозначительно-доверительно.

Но я - ухом не моргнул, глазом не дернул. И лейтенант тоже. Он изучил мои документы, вздохнул:

– Ваша машина здесь, внизу?

– Вам это хорошо известно.

Он усмехнулся.

– Придется пройти осмотреть ее. В вашем присутствии. - Он засунул документы в карман. - Пойдемте.

Я пожал плечами и подхватил Поручика.

– Кота с собой возьму, раз уж у вас такие порядки. - Я уже знал, что сюда не скоро вернусь.

К машине мы подошли втроем. Двое остались у входа в гостиницу. Умные…

Митрохин с Го лубковым - деловые! - ходили вокруг машины, приседали, осматривая крылья и колеса, посвечивали фонариком и вполголоса неразборчиво переговаривались.

А я скромно стоял рядом с котом на руках и почесывал его за ушком.

Мне этот затянувшийся провинциальный цирк стал уже надоедать. Но они сами прервали первое отделение.

– Отоприте багажник, - сказал Алехин.

Щаз-з! Как же! Может, и ширинку расстегнуть?

– Там нет ничего, только запаска, - наконец-то я проявил явное беспокойство.

– Тем более. Откройте, откройте.

– Хорошо, - я опять пожал плечами. - Только секретку отключу.

Голубков стоял у багажника, лейтенант у левой дверцы. Я легонько отстранил его, опустил Поручика на правое сиденье и, ныряя в машину, с силой ударил Митрохина носком в голень. Врубил заднюю скорость - Голубков отлетел в сторону: то ли я его задел, то ли он сам среагировал, меня это не волновало, - рванул по газону и с визгом вырулил на проезжую часть.

Выстрелов вслед не последовало, как я и предполагал. Погоняв машину по городку, я тихо пристал к церкви, где еще днем приметил исправный телефон-автомат.

Лариса мгновенно сняла трубку, словно с нетерпением ждала звонка. Уж не дура ли она?

– Привет тебе, - сказал я. - Это Леня. Выручишь меня? Должок отдашь?

6
{"b":"11380","o":1}