ЛитМир - Электронная Библиотека

Возле ГИВЦа — городского информационно-вычислительного центра — отличная автостоянка. Полупустая! В Москве такую днем с огнем не найдешь, а ночью и подавно! Все-таки жизнь в провинции имеет свои преимущества. Особенно теперь, когда почти повсюду есть колбаса. А иногда даже и сосиски.

Припарковав машину и тщательно заперев дверцы, я поднимаюсь на высокое крыльцо. Чуть ли не из всех окон безвкусного, хотя и с претензией на современность, здания торчат уродливые коробки кондиционеров. Бакинские, старая модель. Стандартные стеклянные двери, нелепо изогнутый козырек над ними. Вахтер долго мусолит пропуск Управления, подозрительно сверяя фотографию с моей физиономией. Наконец, зевая в рыжие прокуренные усы, возвращает красную книжечку и начинает бестолково объяснять, как найти кабинет директора. Мне, в общем-то, директор не нужен. Но без его разрешения трудно будет попасть в машзал — даже с моей красной книжечкой. А мне обязательно нужно посмотреть на безумствующие машины самому. Я еще не знаю, зачем. Компьютер, а тем более целый хоровод их — это не автомобиль, в котором по едва заметному стуку или изменению «голоса» мотора опытный механик может определить, в чем загвоздка — в коленвале или коробке скоростей. И все же…

Кабинет директора оказался закрытым. Начальник смены, немолодая миловидная женщина с кроваво-красными губами, едва взглянув на мои пропуск и предписание, объясняет:

— Михаила Олеговича срочно вызвали в исполком. Он просил извиниться за него и оказать вам всяческое содействие.

Ага, это Виталий Петрович позаботился о режиме наибольшего благоприятствования. Да и пропуск Управления кое-что значит.

— Я хотел бы познакомиться с техдокументацией вашей компьютерной сети. Состав, топология, версия операционной системы и так далее.

— К сожалению, — виновато улыбается Евгения Федоровна, — все это закрыто в сейфе у Михаила Олеговича, а сейф заперт в кабинете.

— Ого! Спрятано понадежнее, чем смерть Кощея Бессмертного!

— В соответствии с инструкцией, — оправдывается начальница смены. — В порядке компенсации могу показать вам наш парк.

Отлично. Психологический контакт установлен. В моей профессии это немаловажный фактор. Иногда одна-две улыбки и пара незатейливых острот дают больше, чем сутки напряженной работы. А с этой молодящейся женщиной оказалось еще проще. Один-единственный по-мужски заинтересованный взгляд — и она уже угадывает мои тайные желания.

Вместе с Евгенией Федоровной мы наблюдаем, как монтажники заканчивают прокладку оптических кабелей «Невода», любуемся стопкой дисков с новым программным обеспечением и, наконец, осматриваем машинный зал. Два «Эльбруса-восьмых», две больших «еэски», полдюжины «эсэмок». И даже зачем-то пара «Нейронов». Не старинных персоналок, выпущенных в конце восьмидесятых, а перехвативших это название мастодонтов с нейроноподобной структурой логических элементов.

Ну что же, вполне приличный парк. Есть где погулять вирусогену.

Через десять минут, поблагодарив Евгению Федоровну и получив в ответ очаровательную кроваво-красную улыбку, я уже сижу в дисплейном классе перед роскошным терминалом. «Винчестер», два гибких, сменный оптический диск, отличный монитор с контрастным экраном… Компьютерный рай.

Я открываю цифровые замки на крышке своего объемистого кейса и вынимаю дискеты с вирус-детекторами.

Программы-убийцы, подобно хищным птицам, одна за другой срываются с моего терминала, бит за битом проверяя ячейки памяти компьютеров. И через некоторое время возвращаются, не неся в когтях никакой добычи. Видимо, придется вылавливать эту нечисть по контрольным суммам или размеру. Соответствующее программное обеспечение у меня, конечно, тоже есть. Но пускать его в дело лучше в период минимальной загрузки машин, то есть — ночью. А пока продолжим соколиную охоту. Любимейшее, после турнирных боев, занятие средневековых рыцарей. И тоже — небезопасное. Ведь каждую секунду из какого-нибудь малозаметного овражка «операционки» или объектной библиотеки может показаться голова огнедышащего дракона. И тогда…

Кто-то, незаметно подкравшись сзади, наклоняется над моим плечом, и я вздрагиваю от испуга.

— Михаил Олегович уже пришел, — тихо говорит Евгения Федоровна заново накрашенными кроваво-красными губами. Я поспешно встаю. Кажется, я понравился этой вампирше. Наверное, потому, что у меня кровь первой группы.

На директора, высокого сухощавого мужчину с прокуренными усами — точно такими же, как у вахтера! — моя красная книжица действие произвела магическое. Он сразу же стал ниже ростом, засуетился, и даже кончики усов его выразили неописуемый восторг по поводу визита инспектора. Как хвост у собаки. В предписании, естественно, умалчивалось об истинной цели моего прибытия. Наивная предосторожность. Вирусогены прекрасно знают имена охотников. А лучших из нас — и визуально. Сему Малышева убили в Ростове на другой день после прибытия. И за двое суток успели замести все следы. Так до сих пор и неизвестно, что за вирус был там сотворен и с какой целью. А самое главное — кем.

— Говорят, вчера у нас уже был инспектор Управления, — осторожно полуутверждает, полуспрашивает Михаил Олегович. — Я, правда, временно отсутствовал, поэтому…

— Григорий Андреевич — специалист по болтам, а я — по гайкам, — поясняю я, принимая папки с документацией. — А в память «Эллипса» описание не введено?

— Введено-то введено… Только вот изменения, насколько я помню, внесены не все. Последний инцидент так точно не отражен. Все равно ведь придется скоро демонтировать, — оправдывается Михаил Олегович.

— Далеко не все, — холодно поправляю я.

— Кабель, который перебили в последний раз, в «Неводе» задействован не будет. Вот мы и не стали… лишнюю работу… Как нам тогда казалось, — поспешно добавляет директор, наткнувшись на мой удивленный взгляд.

Интересно, интересно. И Гриша мне ничего об этом не сказал. Не знал, что ли? В Управлении переполох, Витек готов подозревать самое худшее, а здесь — просто авария на линии связи… Протокол обмена в «кольце», естественно, поменяли, но где-то допустили ошибку. Вот и получился «эффект веника».

Я облегченно улыбаюсь. Это Гриша на всех страху нагнал. Все-таки ему еще рано самостоятельно охотиться. Только услышал шорох в кустах, и сразу в панику: медведь! А на самом деле…

Где-то крыса перегрызла кабель. Система переключилась на резервный. Его зацепил пьяный экскаваторщик. На складе кабеля не оказалось. Вообще-то он есть, и много, но не тот, который нужен. А нужный сняли с производства. И трубы все переполнены, а рыть новую траншею нечем: экскаватор сломался. И денег нет. Какой там бюджет у горсовета… И наверняка нашелся талантливый системщик, взявшийся за две-три недели перестроить обмен в сети так, чтобы можно было обойтись без оборванного кабеля. Превратить «кольцо» в «серп». Кого-кого, а талантливых инженеров у нас хватает. Трезвых экскаваторщиков — явно меньше. И если бы не ошибочка… Маленькая такая, в одном слове из многих тысяч… Как в свое время в команде, переданной на «Фобос-один»…

— А что с ним случилось, с кабелем-то? — спрашиваю я, все еще улыбаясь.

Михаил Олегович, чувствуя, что настроение мое по непонятным причинам улучшилось, улыбается в ответ.

— Ну что с ним могло случиться? Линия связи была проложена с небольшими отклонениями от проекта. Один смотровой колодец перенесли на десяток метров в сторону да и сделали его… тяп-ляп. Поэтому, когда в центральной котельной заснул дежурный и в трубах поднялось давление… В общем, этот колодец залило горячей водой. Стоял-то он не на месте! Его, конечно, быстро осушили, но разъединять оптические соединители не стали — понадеялись на их герметичность. И напрасно. Через месяц из-за коррозии все восемь каналов вышли из строя. Привезли запасной кабель, но сразу проложить не успели, а ночью у него конец отрубили, метров пятьдесят. То ли шланговая оболочка кому-то приглянулась огород поливать, то ли пацанам на дубинки понадобился. Кабель стал короток, а нарастить нечем да и нельзя: муфта в трубу не пролезет. И купить негде. Его, оказывается, два года назад с производства сняли. А к тому, что выпускается взамен, старые оптические соединители не подходят. А чтобы новые использовать, нужно проект откорректировать. А институт, который…

3
{"b":"11384","o":1}