ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

– Ты ведь альв, да?

– А как ты догадался?

– Только альвы имеют фюльгьи.

– Сам проговорился, – Эльф рассмеялся.

– А Нидьяр, насколько я понял, темный альв, как и ее отец с братьями.

– Да, ты прав. Только я не совсем альв, моя мать человек.

Так за разговорами с Эльфом дорога до Хеала пролетела совершенно незаметно. Почти у самого конца пути на обоз вновь было совершено еще одно нападение, на этот раз более организованное и продуманное. Было убито восемь воинов из охраны обоза и два охотника. К счастью, вовремя подоспели стражи дороги, и нападение было отбито.

В Хеале Хог не хотел задерживаться, ему было нужно дальше на юг. Он простился с охотниками. Пиннар, несмотря на отчуждение, безоговорочно выдал северянину его долю денег за охрану. Прежде чем уходить, Хог договорился с Эльфом встретиться утром следующего дня у Южных ворот на прощанье. Но, прождав до полудня, охотника он так и не дождался. Северянин уже уходил, когда прибежал Арх. К ошейнику белого пса была привязана записка.

«Пиннар мой учитель, и я не могу перечить ему, поэтому увидеться нам не удастся.

Желаю тебе удачи, Хог Хогарсон.

Мое истинное имя Андер.

Если будешь весной в Марке, заходи в трактир «Сумасшедший Охотник». Тогда и повидаемся. К тому же там соберется весьма неплохая компания. Тебе понравятся эти ребята».

В конце записки был единым движением пера нарисован неуклюжий смешной медвежонок.

Хог прочитал записку, и у него поднялось настроение, теперь он знал, что его где-то будут ждать. Теперь у него появилась уверенность, что все получится так, как он захочет.

Северянин потрепал Арха по голове.

– Иди обратно к хозяину.

Пес ткнулся холодным носом ему в ладонь и потрусил обратно, то и дело оглядываясь через плечо.

Дорога расстилалась перед ним, вновь он был один, но теперь не жалел об этом. Хог чувствовал, как нить тянет его. Это сглаживалось, когда рядом находились люди. Наверняка маг почувствовал, что с одним из его демонов что-то не так, и хочет проверить, в чем дело. С каждым шагом притяжение становилось все сильнее.

* * *

Шел первый день зимы. Только в этом году погода совсем свихнулась. Жара стояла почти летняя, зацветали сады. Старики говорили, что это сулит великие несчастья. В Северные ворота Арнаэлла, города, стоящего на границе Шэаны и Коэлла, вошел высокий человек. Он был ужасен на вид, кожа на лице пожелтела и обвисла складками, глаза ввалились, их охватывали темные круги, левая рука была покрыта отвратительными язвами. Стражники даже не хотели сперва его пускать, решили, что пришелец чем-то болен. Вызванный лекарь отмел эти подозрения, но, когда стражи отпустили путника, посоветовал навестить лечебницу.

Но Хог знал, что его недугу поможет вовсе не лечебница. Маг был совсем близко, северянин чувствовал его. Хогу он виделся, как паук, распустивший по миру липкие паутинки, ловушку для…

Осталось самое трудное – найти центр паутины.

Солнце собиралось садиться, и Хог решил, что стоит остановиться где-нибудь на ночлег, заодно не помешало бы поесть. Как раз недалеко виднелась вывеска, на которой был изображен костер, с висевшим над ним котлом, и большая кружка, украшенная шапкой пивной пены. Под вывеской было написано: «Котел и Кружка».

Внутри Хог обнаружил сумрачный полупустой зал. Похоже, трактир не пользовался популярностью. Северянина это вполне устраивало.

Заметив пренебрежительный взгляд слуги, Хог показал ему серебряную монетку и заказал ужин.

В ожидании еды можно было пока рассмотреть окружающих.

Тем временем музыкант, сидевший у одной из стен на небольшом возвышении, расчехлил свой инструмент. Хог лениво наблюдал за его действиями.

Служанка поставила перед северянином поднос с едой и большую кружку пива. Хог, у которого два дня и крошки во рту не было, чуть не захлебнулся слюной. Первые несколько минут он не мог ни о чем думать, даже проклятая нить не так беспокоила.

Нить! Надо что-нибудь придумать, чтобы ночью не оставаться одному, иначе тяга сведет его с ума.

Хог поперхнулся, услышав голос певца, запевшего одну из древнейших баллад Коэлла. Откашлявшись, северянин поднял глаза, мысленно стуча себя по голове.

Широкополая шляпа с обвисшими полями скрывала лицо, мешковатая куртка и свободного покроя штаны обманули бы кого угодно. А он шел за ней на запад!

Голос Рыжей звенел в воздухе, заставляя сердце северянина биться в ритме слов.

После окончания песни Хог хотел сразу подойти к ней, но привлеченные чудесным голосом люди заполнили трактир, к певице было не пробиться. Весь вечер он слушал, не в силах заставить себя подойти.

Народ схлынул, когда наступила глубокая ночь. В «Котле и Кружке» остались только те, кто снимал здесь комнаты. Рыжая сидела на своем месте с кружкой в руке и о чем-то шепотом разговаривала с хозяином трактира. Хог подошел и остановился у того за спиной. Глаза девушки остановились на северянине, взгляды встретились.

– Это ты! – едва слышно прошептала она.

Хозяин вознамерился что-то сказать.

– Это мой старый друг, нам нужно поговорить наедине, – шепот Рыжей был едва слышен.

Трактирщик проводил их в отдельную комнату.

– Что с тобой случилось? – спросила Лисица, ее взгляд не отрывался от левой руки Хога. – Впрочем, можешь не отвечать, я и сама все вижу. Я могу остаться с тобой на ночь, ведь ты все равно стал бы искать кого-нибудь, чтобы не быть одному.

– Почему ты шепчешь? – спросил Хог тоже отчего-то шепотом.

– Не могу долго петь, голос пропадает.

Они стояли посреди комнаты, глядя друг на друга.

– Я искал тебя, – сказал Хог.

– Я знаю. Тебе лучше лечь спать, ты едва на ногах стоишь.

Северянин растянулся на узкой кровати. Рыжая сидела на стуле в изголовье. Хогу было легко и спокойно, он умиротворенно вздохнул, боясь спугнуть что-то светлое, и заснул.

* * *

Рыжая виделась ему и во сне, она стояла, опустив руки, ветер пытался растрепать ее заплетенные в косу волосы и бросал под ноги осенние листья. На ветвях окружающих деревьев сидели бесчисленные полчища воронов, они зловеще каркали.

Боль скрутила северянина, она начиналась от кисти левой руки и растекалась по всему телу.

Хог поднял секиру с горящей на лезвии красной полоской мерьи и занес для удара. Он разом может избавить сейчас себя от муки.

А рыжая стояла так неподвижно, в ее глазах была пустота. «Защищайся же!!!» – мысленно крикнул он, нанося удар.

– Проснись! – долетел издалека крик.

– Защищайся же! – закричал Хог, не в силах остановить собственную руку.

Тут лезвие секиры столкнулось с лезвием меча и отскочило, рассыпав багровые искры.

Страшная тяжесть навалилась сверху, придавив его к земле. Хог едва смог освободить руку, чтобы достать нож. Ему пытались помешать, но нож все равно вылетел из руки северянина смертельной птицей… и вонзился в темную тень за спиной Рыжей.

Мир наполнился грохотом и шумом вороньих крыльев, страшный крик отозвался в голове Хога как хороший удар, и северянин потерял сознание.

Пробуждение было долгим. Хог некоторое время лежал неподвижно, не в силах понять, что с ним. За окном завывала метель, напоминая северянину времена его детства, когда из-за мороза и вьюг нельзя было неделями выйти из дома, но это было так давно.

Хог открыл глаза. Сверху был деревянный потолок в разводах сырости. Тусклый мерцающий свет усыплял. Хог заставил себя сесть. У окна за столом сидел Эльф. Молодой охотник что-то писал.

Северянин огляделся. Рыжей в комнате не было. У дверей сидел Арх и светящимися в темноте глазами смотрел на него. Было тепло и тихо.

– Где она? – голос сорвался. На стуле лежала секира Хога с огромной зазубриной. Теперь он знал, с чьим мечом она столкнулась во сне.

– Ушла, – ответил Эльф. – Рыжей нельзя было больше здесь оставаться.

– А ты как здесь оказался, ведь учитель же тебя не отпускал?

8
{"b":"11389","o":1}