ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

— Дом без крыши — все равно, что человек без шляпы. Стоит пойти дождю, и ты промокнешь до костей, — говорит Початок.

И они с новой силой принимаются за крышу. Вдруг они замечают вдали облако пыли, и в этом облаке — пять рыцарей на конях. Рыцари во весь опор скачут по направлению к лагерю.

Вот они уже осаживают коней у самого дома Початка и Недорода.

Подняли забрала и с любопытством смотрят на двух строителей, сидящих на крыше.

Самый важный и красивый из рыцарей — принц Роккапребальца, знаменитый на весь мир. Но Початку и Недороду это невдомек. Для них все рыцари на одно лицо. Они даже не знают, что принцу подчиняются все, начиная от простого солдата и обозника и кончая самим кондотьером. Не знают они и того, что принц приехал, чтобы проверить, как идет осада. Он вне себя от ярости, что кондотьеру и его воинству до сих пор не удалось захватить вражеский замок. С крыши своего дома двое друзей без тени страха смотрят на принца, как на свою ровню, словно и они тоже сидят на конях.

— Что вы делаете? — спросил принц.

— Строим дом.

— И долго вы намерены здесь пробыть?

— Как можно дольше, — ответил Початок.

— Когда же вы собираетесь взять штурмом замок?

— На замок нам начхать, — сказал Недород. — Главное, чтобы камней и досок для крыши хватило.

— Какие у вас еще планы?

— Разбить огород и соорудить курятник. Будем разводить салат и кур, — объяснил Початок.

— А потом?

— Со временем посадим несколько яблонь.

— Так-то вы ведете войну?! — гневно воскликнул принц.

— Да, только такая война нам по душе, — подтвердил Недород.

Принц пришпорил коня и помчался во весь опор через лагерь, пугая людей и домашнюю птицу.

ХОЗЯЙСКИЙ ГЛАЗ

Когда принц Роккапребальца вошел в палатку кондотьера, тот сидел за столом и ел утку. Тысячемух, привязанный к его спине, правой рукой ловко подносил кондотьеру куски утиного мяса.

Кондотьер, человек осторожный, никогда не сводил взгляда с двери. При появлении принца он мгновенно вскочил, подняв и Тысячемуха. Левой рукой кондотьер постарался незаметно смахнуть на землю обглоданные кости и остатки еды. Судорожно проглотил последний кусок мяса. Тысячемух протянул принцу правую руку, а тот подал ему свою, думая, что пожимает руку кондотьера. Но тут же сообразил, что дело неладно.

— А это кто такой? — спросил принц, показав на Тысячемуха.

— Никто.

— Как никто? — изумился принц.

— Это моя правая рука. Свою я потерял в сражении и решил заменить ее другой.

— В каком сражении? — хмуро спросил принц.

— При взятии вражеского замка.

— Однако замок вы так и не взяли!

— Мы были близки к этому, — вывернулся кондотьер.

Но принц нахмурился еще больше.

— Осада длится слишком долго. А ваши солдаты тем временем строят дома и разводят салат.

— Только согласно плану, мой принц.

— Какому еще плану? — удивился принц.

— Мы воздвигаем дома, чтобы враг бросал в строителей камни. Из этих камней мы построим целое селение. И после победной войны вы получите сразу два селения: Верхний Семидомник, иными словами вражеский замок со всеми его строениями, и Нижний Семидомник, то есть селение, которое мы создаем.

— Не мелите чепухи, мой кондотьер. Камней ведь не прибудет и не убудет. Если вы построите Нижний Семидомник, исчезнет Верхний Семидомник, не так ли?

— Со временем, мой принц, мы обнесем дома крепостной стеной, и у вас будет точно такой же замок, какой вы хотели захватить.

— Я вам плачу за то, чтобы замок был взят штурмом. Вы наемные солдаты, а не каменщики! — мрачно сказал принц.

Тысячемух по ошибке в такт словам принца ударял кулаком по столу, чем привел в изумление и принца и кондотьера. Подстегиваемый своей правой рукой, которая грозно взлетала в воздух и с грохотом опускалась на стол, кондотьер совсем расхрабрился. Он заявил, что требует уважения к себе и к своим солдатам. Он вовсе не каменщик, а великий полководец, и наплевать ему на деньги.

Внезапно правая рука, а с ней и Тысячемух, вконец обнаглев, отвесили принцу Роккапребальца увесистую пощечину. Принц вскочил и обнажил шпагу. Кондотьер молниеносно отпрянул назад:

— Это был не я.

— Как не вы? Кто же тогда? — рявкнул принц.

— Моя правая рука.

— Приказываю вам жестоко ее покарать, — немного поостыв, сказал принц.

— Клянусь, я безжалостно расправлюсь с ней за дерзость.

— Каким образом?

— Я человек чести. И потому сожгу мою правую руку на костре перед строем солдат, — торжественно пообещал кондотьер.

Тут Тысячемух высунул голову из-за спины кондотьера и закричал, что он не согласен. Но никто не стал его слушать. Кондотьер выскочил из палатки, потянув за собой Тысячемуха, и приказал солдатам развести костер.

Все это он затеял лишь для того, чтобы пустить принцу пыль, вернее, дым в глаза — показать ему, что по первому сигналу весь лагерь приходит в движение. Беспорядок царил превеликий. Но, как всегда, нашлись любители жестоких зрелищ, один солдат отыскал жаровню, другой развел в ней огонь, что совсем уж не понравилось бедняге Тысячемуху.

В ОГНЕ ЖАРКО

Единственными, кто сохранил спокойствие среди всего этого переполоха, были Початок и Недород. Они не спеша заделывали крышу. Куском панциря Початок изнутри закрыл последнюю дыру. Прибив панцирь гвоздями, Початок спрыгнул вниз, и оба друга очутились в кромешной тьме. Они радостно прижались к стене.

— Теперь, если пойдет дождь или снег, мы будем сидеть себе в тепле да посмеиваться, — сказал Початок.

— А на головы бродяг и воров пусть обрушатся ливень, град и молнии, — отозвался Недород.

— И еще пусть их в пути застигнет землетрясение, — добавил Початок.

— Нам здесь и чума не страшна! — воскликнул Недород.

— Ты уверен?

— Сюда не заберется даже голод, а уж он в любое место забирается, — гордо объявил Недород.

Лучше бы он не упоминал о голоде. Только ты его назовешь, как он бросается на тебя, словно хищный зверь. Проникает сквозь стены, перескакивает через горы и реки днем и ночью, в жару и в холод, в засуху и в дождь.

Початок и Недород сразу вспомнили о Тысячемухе и стали громко звать его. Ведь корка хлеба им от него нет-нет да перепадала. Но Тысячемух не отзывался — он в это самое время в ужасе смотрел на костер.

Посреди лагеря солдаты разожгли огонь в жаровне, а когда пламя сожрало дрова, они превратились в раскаленные головешки. Принц Роккапребальца и все солдаты-наемники стояли и ждали, когда кондотьер сунет в огонь правую руку, как он торжественно обещал.

В мертвой тишине затрубили трубы. Но правая рука не поднялась — как висела, так и осталась висеть плетью. Тогда кондотьер схватил ее своей левой рукой и попытался сунуть в огонь. Тысячемух отчаянно взвизгнул, рванулся назад и дал растерявшемуся кондотьеру подножку. Оба упали и покатились по земле. Тысячемуху удалось сорвать ремни, и он бросился наутек. Солдаты за ним. Тысячемух подбежал к дому Початка и Недорода, вскарабкался на крышу, скинул на землю несколько камней и, зажмурившись, нырнул вниз. И конечно же, упал на плечи двух друзей, которые терпеливо ждали во тьме, а кого и что — сами не знали.

— Ты кто? — испуганно воскликнул Недород.

От страха и быстрого бега у Тысячемуха пропал голос. Но он сообразил левой рукой заткнуть рот Недороду, а правой — Початку, ведь солдаты, пешие и конные, уже окружили дом. Уже слышны были их гневные крики, проклятия, приказы офицеров. Початок и Недород молчат как рыбы. Они прекрасно знают, что если солдаты найдут их, то уж точно убьют всех троих. Так что лучше задыхаться, но молчать. А как только солдаты уйдут, бежать куда глаза глядят. Но Початку и Недороду ужасно не хочется бежать теперь, когда у них есть свой собственный дом. А все Тысячемух виноват.

Едва солдаты скрылись вдали, Початок и Недород обрушили на Тысячемуха град ругательств:

10
{"b":"11390","o":1}