ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

— Спасибо, — сказала она. Брианна все еще хмурилась, но ее взгляд утратил отстраненность, теперь глаза женщины смотрели на лорда Джона с приводящим в замешательство вниманием… тем более, что подобное внимание было ему так знакомо…

— Когда они его повесят? — Брианна слегка наклонилась вперед, прижав локти к бокам. По ее животу снова прошла волна, явно в ответ на ее движение.

Лорд Джон немного откинулся назад, неуверенно поглядывая на ее живот.

— В пятницу на следующей неделе.

— Он сейчас в Велмингтоне?

Несколько смущенный ее хладнокровным допросом, лорд потянулся к оставленному бокалу. Он отпил глоток и покачал головой, чувствуя, как ласковое тепло разливается в его груди.

— Нет. Он еще в Кросскрике. Дело в том, что в судебном разбирательстве нет нужды, ему ведь уже вынесен приговор.

— Так значит, его повезут в Велмингтон только для казни? Когда?

— Понятия не имею.

Взгляд Брианны снова стал рассеянным, обращенным внутрь. И лорда Джона мгновенно охватили дурные предчувствия, потому что на это раз он отчетливо видел: Брианна вовсе не прислушивается к своему ребенку, а что-то рассчитывает.

— Я хочу увидеть его.

Лорд Джон решительно прикончил бренди.

— Нет, — твердо заявил он, со стуком ставя на стол бокал. — Даже если бы ваше состояние допускало поездку в Велмингтон… а оно наверняка этого не допускает, — добавил он, искоса глянув на чудовищно раздувшийся живот, — присутствие на экзекуции ничего, кроме вреда, вашему ребенку не причинит. Конечно, я сочувствую вам и полностью разделяю ваши чувства, моя дорогая, но…

— Ничего вы не разделяете. Вы понятия не имеете, что я чувствую. — Брианна произнесла это без малейших признаков волнения, зато с полной уверенностью.

Мгновение-другое лорд Джон внимательно смотрел на нее, потом встал и отправился за графином с виски.

Она следила за тем, как янтарная жидкость льется в бокал и подождала, пока лорд Джон поднесет бокал к губам.

— Я не хочу смотреть, как он умирает, — сказала она.

— Ну и слава Богу, — пробормотал он, делая солидный глоток спиртного.

— Я хочу поговорить с ним.

Виски, похоже, попало не в то горло, и лорд Джон отчаянно закашлялся, обрызгав бренди кружевное жабо своей рубашки.

— Может, вам лучше сесть, — предложила Брианна, окидывая лорда Джона критическим взглядом. — Что-то вы совсем паршиво выглядите.

— И с чего бы это, ума не приложу! — Тем не менее лорд Джон последовал совету Брианны и сел, сразу схватившись за шейный платок, чтобы вытереть лицо.

— Нет-нет, молчите, я знаю, что вы собираетесь сказать, — твердо заявила Брианна, заметив, что лорд собирается с духом. — Так что не тревожьтесь понапрасну. Можете вы это устроить — чтобы я его навестила до того, как его отправят в Велмингтон? И прежде чем вы скажете — «нет, конечно же, нет», — спросите себя, что я сделаю, если вы действительно это скажете.

— Ну, я полагаю, вы не намерены снова мне угрожать, а? — доверительным тоном поинтересовался лорд Джон. — Потому что если вы намерены…

— Конечно, нет. — Но все же Брианна соизволила слегка порозоветь при этом.

— Ну, ладно… но должен признаться — я не совсем понимаю, что вы…

— Я заявлю своей тетушке, что Стефан Боннет — отец моего ребенка. И скажу об этом Фархарду Кэмпбеллу. И судье Элдердайсу. А потом отправлюсь в казарму местного гарнизона… ну да, его должны там держать… и расскажу обо всем сержанту Марчинсону. И если он не захочет меня впустить, я обращусь к мистеру Кэмпбеллу и потребую, чтобы он выдал предписание о свидании. Я имею право увидеть его.

Лорд Джон, прищурившись, всмотрелся в Брианну; непохоже было, что это пустая угроза. Брианна сидела напротив него, массивная и неподвижная, как мраморная статуя, и столь же неспособная поддаться каким-либо убеждениям.

— И вы ни за что не откажетесь от идеи раздуть грандиознейший скандал? — Вопрос был явно риторическим и ответа не требовал; лорд Джон задал его только затем, чтобы получить минутку на раздумье.

— Нет, — благодушно откликнулась Брианна. — Что я, собственно, могу потерять? — Она чуть приподняла одну бровь, насмешливо глянув на лорда Джона. — Полагаю, вы тогда расторгнете нашу помолвку. Но если вся колония будет знать, кто является настоящим отцом моего ребенка, то, я думаю, это лучше всякой помолвки удержит мужчин от того, чтобы приставать ко мне с предложениями руки и сердца.

— Но ваша репутация… — начал было лорд Джон, сам понимая, что надеяться тут не на что.

— Ну, это уж и совсем неважно, если всерьез говорить. Какая разница? Почему для меня хуже оказаться беременной потому, что меня изнасиловал пират, чем потому, что я просто шлюха, как меня любезно назвал отец? — Легкая нога горечи прозвучала в голосе Брианны при этих словах, и лорд Джон воздержался от дальнейших высказываний. — В любом случае, тетушка Джокаста вряд ли выгонит меня на улицу, просто потому, что это лишь усилит скандал. Так что с голоду я не умру, и мой ребенок тоже. А если вы о том, что скажет какая-нибудь миссис Макнейл или еще кто-то, так мне на это плевать.

Лорд Джон схватил бокал и снова хлебнул виски, на этот раз куда более осторожно, при этом одним глазом поглядывая на Брианну, поскольку не представлял, чего еще можно от нее ожидать. Он был весьма удивлен, услышав о том, что произошло между ней и ее отцом… но расспрашивать подробнее не решился. Вместо этого он снова поставил бокал на стол и спросил:

— Почему?

— Что — почему?

— Почему вы чувствуете необходимость в разговоре с Боннетом? Вы говорите, я не понимаю ваших чувств, и это, безусловно, правда. — Лорд Джон позволил себе произнести эти слова с заметной сухостью в тоне. — Но каковы бы ни были эти чувства, они явно подталкивают вас к энергичному действию, иначе вы не стали бы прибегать к столь драматическим средствам достижения цели.

Губы Брианны изогнулись в улыбке, потом и в ее глазах вспыхнул смех.

— Мне ужасно нравится, когда вы вот так говорите, — сообщила она.

— Готов говорить так с утра до ночи. Однако вы уходите от ответа на мой простой вопрос.

Брианна вздохнула, достаточно глубоко, чтобы заставить колыхнуться огонек свечи. Потом величественно поднялась и принялась рыться в складках своего пеньюара. Где-то там скрывался карман, — потому что в конце концов Брианна извлекла на свет небольшой клочок бумаги, потершийся на складках и сильно замусоленный; его явно сворачивали и разворачивали много-много раз.

— Прочтите это, — сказала она, протягивая листок лорду Джону. А сама отвернулась и отошла в дальний конец комнаты, туда, где возле камина стояли ее холсты и мольберт.

Взглянув на письмо, лорд Джон вздрогнул; черные буквы показались ему знакомыми… Он до сих пор лишь однажды видел почерк Джейми Фрезера, но ему и одного раза было достаточно; уж очень характерным было начертание букв.

«Доченька…

Я не знаю, увижу ли тебя когда-нибудь снова. Конечно, я горячо надеюсь, что это случится, и что все недоразумения между нами уладятся, — но это все теперь только в руках Божьих. Я сейчас пишу как раз на тот случай, если он рассудит иначе.

Ты как-то раз спросила меня, правильно ли будет убить из мести за ту великую беду, что случилась с тобой. Я сказал тебе, что ты не должна этого делать. Ради твоей собственной души, ради твоей жизни, ты должна найти в себе силы, простить. Свободу завоевать трудно, но она уж никак не является плодом убийства.

Но не бойся, что он избежит мщения. Такие люди в самих себе несут семена собственной гибели. И если он умрет не от моей руки, так его убьет кто-нибудь еще. Но только не твоя рука должна нанести ему последний удар.

Послушайся меня, ради той любви, которую я испытываю к тебе».

А чуть ниже было приписано: «Твой любящий и преданный тебе отец, Джейми Фрезер». Но эти слова Джейми зачеркнул, заменив простым «Па».

— Я с ним так и не попрощалась.

Лорд Джон, изумленный, поднял голову. Брианна стояла спиной к нему; она смотрела на незаконченный пейзаж, водруженный на мольберт, как будто это было окно.

136
{"b":"11394","o":1}