ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Но так уж получилось, что Кенни Линдсея дома не оказалось…

— Дункан Иннес за ним зашел, около часа назад, — пояснила миссис Линдсей, стоя на пороге своего дома и прикрываясь ладонью от лучей опустившегося к вершинам гор солнца; они били ей прямо в глаза. — Я ничуть не сомневаюсь, они к вам отправились. Может, вы с дочкой зайдете, Mac Dubh, отведаете чего-нибудь?

— Ай, нет спасибо, миссис Кенни. Моя жена уже дожидается нас с готовым ужином. Но может быть, вы сможете мне сказать, вот эта штучка — не с пальто Кенни, а?

Миссис Линдсей всмотрелась в пуговицу, лежавшую на раскрытой ладони Джейми, и отрицательно покачала головой.

— Нет, точно нет. Я же сама только недавно пришила к его пальто новые пуговки, только что вырезанные, вот как! Он их выточил из оленьей кости! Уж до чего они симпатичные, скажу я вам! — с гордостью заявила миссис Линдсей, довольная искусством своего супруга. — На каждой вырезана рожица, смеющаяся, как бесенок, и все рожицы — разные! — Взгляд миссис Кенни задумчиво остановился на Брианне. — Да, я вот что вспомнила… насчет брата мистера Кенни, — сказала женщина. — У него такая симпатичная небольшая ферма неподалеку от Кросскрика — двадцать акров табака, и хороший ручей есть на его земле… Он приедет на ежегодное собрание в Мон-Геликон. Может, и вы туда собираетесь, Mac Dubb?

Джейми с улыбкой покачал головой, развеселившись от этого откровенного намека В колонии было слишком мало незамужних женщин, и хотя Джейми сразу дал знать всем окружающим, что его дочь уже помолвлена, попытки сватовства не прекращались.

— Боюсь, в этом году не получится, миссис Кенни. Может быть, в будущем, но сейчас я не могу тратить время на поездку.

Они вежливо распрощались и повернули к дому; низкое солнце бросало длинные тени, бежавшие по тропе впереди них.

— Ты думаешь, эта пуговица имеет какое-то значение? — с некоторым недоумением спросила Брианна.

Джейми едва заметно пожал плечами. Встречный ветерок взъерошил волосы на его голове, и Джейми затянул потуже кожаную ленту, удерживавшую их.

— Не могу сказать наверняка Может, она и ничего не значит… а может, и значит. Твоя мама рассказала мне о том мужчине из Кросскрика, о котором говорил Ронни Синклер… он еще расспрашивал насчет виски.

— Ходжепайл? — Брианна не удержалась от улыбки, произнеся это имя. Джейми тоже улыбнулся, но тут же к нему вернулась серьезность.

— Да… Если пуговица принадлежит кому-то из Фрезер Риджа — ну, они все отлично знают, где находится наша винокурня, и они вполне могут прийти туда и посмотреть, и ничего в этом нет страшного. Но если там побывал чужак… — Он посмотрел на Брианну и снова пожал плечами. — Чужому человеку не так-то легко пройти по нашим местам незамеченным… если он не прячется намеренно. Но ведь если человек приходит с честными намерениями, он заходит в какой-нибудь дом, чтобы его накормили и напоили, и мне бы сразу сказали… а я ничего такого не слышал в последние дни. И это не может быть индеец — на их одежде не может быть ничего похожего на пуговицы.

Ветер усилился, пронесся порывом поперек тропы, взметнув рыжие и желтые листья, и они понеслись вверх по склону, к дому Джейми. Фрезер и Брианна некоторое время шагали молча, прислушиваясь к тому, как затихает лес; птицы еще время от времени издавали свои трели, но под деревьями уже сгущалась ночная тень. Северный склон горы, что высилась по другую сторону долины, уже утонул во тьме и затих, а солнечные лучи сияли над ним огненным заревом.

Поляна, на которой стояла их хижина, была все еще залита светом, сочившимся сквозь золотые кроны каштанов. Клэр была в садике перед домом, она одной рукой прижимала к бедру большую миску, а другой бросала в нее бобы, которые обирала с плетей, вившихся по высоким деревянным опорам. Ее стройная фигура обрисовалась темным силуэтом на фоне заходящего солнца, а волосы сияли, как золотой нимб.

— Иннисфри… — невольно вырвалось у Брианны.

— Иннисфри? — Джейми вопросительно посмотрел на девушку.

Она слегка замялась, но от объяснения было не уйти.

— Это из одного стихотворения… а может, это часть какой-то поэмы, я не знаю. Папа всегда это цитировал, если возвращался домой и находил маму в ее травном садике… Он говорил, что она бы вообще жила вне дома, если бы это было возможно. Он часто шутил, что она… что она однажды уйдет от нас и найдет такое место, где можно будет жить в одиночестве, наедине с ее растениями.

— Ах, вот как… — Лицо Джейми было совершенно спокойным, широкие скулы порозовели от вечернего света. — А все стихотворение ты не помнишь?

Конечно, Брианна его помнила, но у нее слегка перехватывало горло, когда она читала короткое четверостишие:

Я встану сейчас и уйду, уйду далеко, в Иннисфри,
Построю там маленький дом, просто из веток и глины,
Посажу девять грядок бобов, пчел для себя заведу…
И буду там жить одна, под гул неумолчный пчелиный.

Густые брови Джейми слегка сдвинулись, сверкнув красным.

— Стихотворение, значит? И где же это самое Иннисфри?

— Может быть, в Ирландии? Он ведь был ирландцем, — пояснила Брианна. — И поэтом. — Она посмотрела в сторону ряда пчелиных ульев, стоявших на плоских камнях на опушке леса.

— Ага..

Несколько крошечных черно-золотых насекомых пролетели мимо них, направляясь к ульям, трепеща крылышками в душистом, сладком воздухе, — пчелы возвращались домой, закончив дневные труды. Джейми Фрезер стоял рядом с Брианной, не шевелясь, наблюдая за тем, как его жена собирает бобы, черные и золотые среди зеленых листьев…

Но она в конце концов оказалась не одна в своем раю, подумала Брианна о матери…

Кенни Линдсей отхлебнул немножко виски, закрыл глаза и покатал жидкость на языке, как самый настоящий дегустатор. Он сосредоточился, нахмурился, потом наконец проглотил напиток.

— Хо! — выдохнул он, содрогнувшись всем телом. — Черт побери! Да оно пробирает до мозга костей!

Джейми усмехнулся, услышав столь изысканный комплимент, и, наполнив еще одну небольшую чарочку, протянул ее Дункану.

— Да, на этот раз получилось лучше, чем в прошлый, — согласился он, осторожно нюхая собственную порцию, прежде чем попробовать ее на вкус. — Эта партия не дерет язык, точно.

Линдсей вытер рот тыльной стороной ладони и энергично кивнул, соглашаясь.

— Да уж, проходит как по маслу… Вулам хочет бочонок. Ему этого хватит на целый год, если учесть, что квакеры не слишком балуются выпивкой.

— Ты договорился о цене?

Линдсей кивнул, с наслаждением принюхавшись к аромату пресных лепешек и соуса, которые поставила на стол перед ним Лиззи.

— Сто фунтов ячменя за маленький бочонок, и половина того виски, которое получится из этого количества зерна.

— Это честно. — Джейми взял лепешку и принялся ее жевать с отсутствующим видом. Потом, вскинув одну бровь, посмотрел на Дункана, сидевшего напротив него за столом. — Ты не переговоришь с Маклеодом по пути домой? Ты ведь все равно поедешь мимо ручья Нэйлора, так? Может, и он готов заключить такую же сделку?

Дункан кивнул, жуя лепешку, и Джейми поднял свою чашку и посмотрел на меня, как бы произнося торжественный тост, — ведь сделка с Вуламом давала нам чистую прибыль в восемьдесят фунтов ячменя, а вырастить его было не так-то просто. И из этого зерна будет сварено новое виски.

— По бочонку в каждый из домов Риджа, два — Фергусу… — Джейми рассеянно потер мочку уха, подсчитывая. — Возможно, две фляги для Накогнавето… одну бочку оставить, пусть вылеживается… да, мы, пожалуй, можем выделить дюжину фляг для Ежегодного собрания, а, Дункан?

Дункан прибыл к нам как раз вовремя. Хотя Джейми сумел обменять недозревшее виски самого первого урожая в Салеме, получив за него у моравских братьев инструменты, одежды и многое другое, в чем мы отчаянно нуждались, — можно было не сомневаться, что куда лучший рынок представляют собой богатые плантаторы-шотландцы с берегов реки Кейпфир.

64
{"b":"11394","o":1}