ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

— А какие песни? — Брианна тоже говорила тихо, ее с трудом можно было расслышать сквозь потрескивание поленьев в очаге. Я видела ее руку, лежавшую на плече Джейми. Ее указательный палец касался длинной, яркой пряди отцовских волос, время от времени поглаживая ее.

— Старые. Древние. Те, что я помню с самого детства, их пела мне моя мать, а моя сестра Дженни поет их своим детишкам…

Брианна вздохнула… это был длинный-предлинный вздох.

— Па, пожалуйста, спой мне какую-нибудь из них.

Джейми сначала заколебался, но потом повернулся к Брианне лицом и начал напевать гэльский речитатив, странный, лишенный мелодии. Увы, у Джейми полностью отсутствовал музыкальный слух; его голос самым причудливым образом то взлетал, то падал, и это было совершенно не похоже на музыку, однако сам по себе ритм текста звучал приятно для ушей.

Я уловила часть слов; это была песнь рыбака, обращенная к рыбам в озере и в море… рыбак в песне рассказывал своему ребенку о том, сколько и каких рыбин он принесет домой. Вслед за рыбаком заговорил охотник, говорящий с птицами и прочими тварями, просящий у них прощения за то, что он намерен их убить ради пропитания в течение долгой зимы, описывающий красоту перьев и мехов. Это была настоящая шотландская песня заботливого отца, мягкая литания защиты и веры в провидение.

Я тихо ходила по комнате, расставляя тарелки для оленины и деревянные чашки для бульона, нарезая хлеб и намазывая его маслом…

— Хочешь кое-что узнать о себе, па? — спросила Брианна мягко, когда Джейми на мгновение умолк.

— Что именно? — с интересом откликнулся он.

— Ты не умеешь петь.

Джейми расхохотался и передвинулся на скамье, садясь поудобнее.

— Да, это правда. Может, не стоит продолжать?

— Нет, продолжай, — Брианна придвинулась к нему поближе.

Джейми возобновил монотонное начитывание, но через минуту-другую снова прервался.

— А знаешь ли ты кое-что о себе, девушка?

Глаза Брианны были прикрыты, ресницы бросали на щеки длинные тени, но я видела, что ее губы улыбаются.

— Что именно, па?

— Ты весишь, как хороший взрослый олень!

— Мне отодвинуться? — спросила она, не шелохнувшись.

— Конечно, нет.

Брианна подняла руку и погладила Джейми по щеке.

— Mi gradhaich a thu, athair, — прошептала она. «Моя любовь вечно с тобой, отец».

Он крепче прижал ее к себе, наклонил голову и поцеловал дочь в лоб. В очаге взорвалось одно из поленьев, выбросив фонтан смоляных брызг и внезапно ярко осветив их лица, окрасив их золотом, углубив тени до полной черноты… Лицо Джейми в этот момент выглядело резким и бесстрашным, лицо Брианны было словно его смягченное, нежное отражение… Оба упрямые до невозможности, оба сильные… и оба, хвала Господу, мои.

Брианна заснула сразу после ужина, измученная пережитым. Я тоже чувствовала себя не лучшим образом, однако спать мне пока что не хотелось. Я и вымоталась до предела, и перенервничала из-за всех этих чудовищных эмоций, из-за того, что события повернули так, что с ними невозможно было справиться… и тем не менее это было необходимо. Нужно было каким-то образом взять все под контроль.

Но я не хотела ни с чем сражаться. Все, чего мне хотелось, так это выбросить из головы любые мысли о настоящем и будущем и вернуться к миру предыдущей ночи.

Мне хотелось забраться в постель с Джейми, лежать рядом с ним, ощущая тепло его тела, чувствуя себя в полной безопасности под укрытием пухлого одеяла, благодаря которому нам не страшен был холод, к утру воцарявшийся в комнате. Мне хотелось смотреть на угасающие угли и неторопливо разговаривать с Джейми, обмениваться с ним последними сплетнями и шутками, общаться на языке ночи… А потом бы слова иссякли, и настал бы момент прикосновений, и тела сами задавали бы вопросы и отвечали молча, легкими движениями… и наконец мы бы заснули.

Но в эту ночь над домом повисла тревога, и нечего было и думать о мирном ночном разговоре.

Джейми метался по комнате, как очутившийся в клетке волк, хватал разные предметы, ставил их на место… Я прибрала со стола, наблюдая за ним уголком глаза. Я ничего не хотела сейчас так сильно, как поговорить наконец с ним, объясниться… и в то же время я боялась этого. Я ведь обещала Брианне не рассказывать Джейми о капитане Боннете. Но я за всю жизнь так и не научилась лгать… а Джейми отлично умел читать по моему лицу.

Я зачерпнула ковшом горячей воды из большого котла и вышла наружу, чтобы перемыть оловянные тарелки.

Когда я вернулась, я увидела, что Джейми стоит возле небольшой полки, на которой он держал свои перья, чернильницы и бумагу. Он и не подумал раздеться, чтобы лечь в постель, — но и не выражал намерения взяться за обычное вечернее письмо. Впрочем, он ведь и не мог сейчас писать, рука-то у него была повреждена..

— Хочешь, чтобы я что-то написала для тебя? — спросила я, видя, как он взял перо, повертел его в пальцах и положил обратно.

Он отвернулся, махнув рукой.

— Нет. Ну да, я должен бы написать Дженни… да и многое другое надо сделать, но я сейчас просто не в состоянии сесть и сосредоточиться.

— Я понимаю, что ты чувствуешь, — грустно согласилась я. Он посмотрел на меня, слегка удивленный.

— Да я бы и сам не смог сказать, что я чувствую, Сасснек, — с коротким смешком сказал он. — Но если тебе кажется, что ты это знаешь, расскажи мне.

— Ты устал. — Я подошла к нему и положила руку на его плечо. — Ты разгневан. Ты встревожен. — Я глянула на Брианну, спавшую на низенькой выдвижной кровати. — Возможно даже, твое сердце разбито, — добавила я мягко.

— Все вместе, — согласился он. — Ты права. Но еще и многое другое. — На нем не было шейного платка, но он дернул за воротник рубашки, словно даже тот душил его. — Я не могу тут оставаться, — заявил Джейми, окидывая меня взглядом. Я была пока что в обычной дневной одежде: юбка, рубаха, корсет. — Ты не против того, чтобы погулять со мной немножко?

Я тут же взяла плащ и накинула его на себя. Снаружи было совершенно темно; Джейми не сможет увидеть мое лицо, так что врать будет гораздо легче.

Мы неторопливо вышли из дома, пересекли двор, миновали загоны для скота и сараи, направляясь к лежавшему за ними небольшому полю. Я держала Джейми за руку и чувствовала, как напряжены его мышцы под моими пальцами.

Я не имела ни малейшего представления, с чего начать разговор, что сказать. Возможно, лучше пока просто помолчать, подумала я. Мы оба были слишком расстроены, хотя ради Брианны изо всех сил старались этого не показывать.

Да, я ощущала, как бурлит кровь под кожей Джейми, как его переполняет гнев. Это было вполне понятно; однако гнев — такая же летучая субстанция, как керосин… если его держать плотно закрытым в бутылке, то неизвестно, в какую сторону рванет пробка, вылетев из горлышка. Одно-единственное неосторожное слово могло вызвать взрыв. А если Джейми в ярости набросится на меня, я могу и сама разораться, а то и вцепиться ему в глотку… мое настроение было под стать настроению Джейми.

Мы довольно долго шли молча, сначала сквозь рощу на краю участка, засаженного кукурузой, от которой теперь остались лишь сухие стебли… потом вокруг рощи, поворачивая в сторону дома… и оба мы шагали так осторожно, словно пробирались по минному полю.

— Джейми, — заговорила я наконец, — что случилось с твоими руками?

— А? — он резко обернулся ко мне, озадаченный.

— Твои руки. — Я взяла одну из них, зажав между своими ладонями. — Ты не мог так искалечить их, выкладывая очаг.

— А… — Он остановился, позволяя мне ощупать свои распухшие суставы. Потом пробормотал: — Брианна… Она, она ничего тебе не рассказывала о том человеке? Она сказала тебе, как его зовут?

Я замялась — и он все сразу понял. Он слишком хорошо меня знал.

— Так значит, она сказала, да? — В голосе Джейми зазвучала угроза.

— Она взяла с меня обещание не говорить тебе, — брякнула я. — Я ей объяснила, что ты всегда догадываешься, если я пытаюсь что-то от тебя скрыть; но, Джейми, я обещала… не заставляй меня нарушать слово, пожалуйста!

78
{"b":"11394","o":1}