ЛитМир - Электронная Библиотека

– Обед, – сказала она. – Ты голодна?

Отверстие не закрывалось; бывало, что кто-то из проходящих мимо швырял в него чем-нибудь. В него проникали дождь и пронизывающий ветер. В яме было сыро, холодно, мерзко. Вполне подходящее обиталище для преступников. Воров, богоотступников, бродяг, прелюбодеев… и подозреваемых в колдовстве.

Джейли и я жались друг к другу у стены, не слишком много разговаривая. Мало о чем было говорить, и ничем нельзя себе помочь, разве только набраться терпения.

Верхнее отверстие постепенно темнело; наконец наступила ночь, и все погрузилось во мрак.

– Как ты полагаешь, долго они намерены держать нас здесь?

Джейли подвинулась, вытянула ноги, и продолговатое пятно утреннего света упало на подол ее полосатого платья. Первоначально ярко-розовое с белым, теперь оно стало явно непригодным для носки.

– Не слишком долго, – ответила она. – Они ждут членов церковного суда. Артур в прошлом месяце получил письмо, извещавшее об их приезде. Там говорилось о второй неделе октября. Значит, вот-вот явятся.

Она потерла руки, чтобы согреть их, потом положила на колени, на маленький квадратик солнечного света.

– Расскажи мне об этих судьях, – попросила я. – Расскажи в точности, как все будет происходить.

– В точности я не знаю. Никогда не видела суда над ведьмами, хотя, конечно, слышала о таких судах. – Она немного подумала. – Ждали-то их не для суда над ведьмами, они должны были уладить один земельный спор. Поэтому с ними не будет палача, который колет ведьм.

– Кого?

– Палача. Ведьмы не чувствуют боли, – объяснила Джейли. – И у них не течет кровь, когда им наносят уколы.

Ах вот что! Укалыватель, вооруженный разными булавками, ланцетами и другими острыми инструментами, должен был производить подобные испытания. Мне смутно помнилось, что я читала об этом в книгах Фрэнка, но, кажется, такое практиковалось не позже семнадцатого столетия. С другой стороны, с горечью подумала я, Крэйнсмуир уж точно не был рассадником цивилизации.

– В таком случае очень жаль, что его с ними не будет, – сказала я, вздрогнув от ужаса при мысли о том, что кто-то будет наносить мне укол за уколом. – Мы без труда прошли бы через это испытание. По крайней мере я, – добавила я едко. – Мне кажется, они увидят ледяную воду вместо крови, если уколют тебя.

– Я не была бы столь уверена, – раздумчиво ответила Джейли, пропустив шпильку мимо ушей. – Я слыхала, что у этих палачей иглы особые, они складываются, когда их прижимают к коже.

– Но для чего это? Зачем возводить на кого-то ложное обвинение в колдовстве такими способами?

Солнце уже клонилось к закату, но послеполуденного света было еще достаточно, чтобы заполнить нашу нору его тусклым отблеском. Изящный овал лица Джейли ясно выражал только сожаление о моей наивности.

– Ты до сих пор не поняла? – спросила она. – Они хотят убить нас. Неважно, в чем нас обвиняют, не имеют значения и доказательства. Нас сожгут в любом случае.

Прошедшей ночью я была слишком потрясена нападением толпы и ужасающими условиями, в которые попала; единственное, на что я была способна, это прижаться к Джейли и ждать рассвета. Но вместе со светом дня во мне начали пробуждаться остатки присутствия духа.

– Но почему, Джейли? – с трудом переводя дыхание, спросила я. – Ты знаешь?

Атмосфера в норе была густая от вони, гниения, от грязи и сырости, и мне казалось, что непроницаемые земляные стены готовы обрушиться на меня, словно края плохо вырытой могилы.

Я скорее почувствовала, чем увидела, как Джейли пожала плечами. Луч света передвигался вместе с солнцем, и теперь он перешел на верхнюю часть стены, оставив нас в темноте.

– Если тебе от этого легче, – сухо заговорила Джейли, – то я сомневаюсь, что предполагалось схватить тебя. Это стычка между мной и Колумом. Тебе просто не повезло, что ты оказалась со мной, когда ворвалась толпа. Останься ты при Колуме, тебе, пожалуй, ничего бы не угрожало. Неважно, англичанка ты или нет.

Слово «англичанка», употребленное в его обычном уничижительном смысле, внезапно отозвалось во мне приступом отчаянной тоски по человеку, который называл меня так ласкательно. Я обхватила себя руками, чтобы сдержаться, чтобы не дать ужасу одиночества завладеть мною.

– Почему ты пришла ко мне домой? – спросила Джейли.

– Я думала, что ты посылала за мной. Одна из наших девушек передала мне просьбу от тебя, так она сказала.

– А-а, – протянула Джейли. – Лаогера, да?

Я села и прислонилась спиной к стене, несмотря на отвращение к грязной и вонючей поверхности. Почувствовав мое движение, Джейли переместилась ближе ко мне. Друзья или враги, но мы были друг для друга единственным источником тепла в этой норе, мы жались друг к другу поневоле.

– Откуда тебе известно, что это была Лаогера? – дрожа от холода, спросила я.

– Ведь она-то и подложила тот букетик тебе под подушку, – сообщила Джейли. – Я тебе говорила с самого начала, как отнеслись многие девушки к тому, что ты захватила рыжего парня. Как видно, Лаогера думала, что, если тебя убрать с дороги, она сумеет им завладеть.

Я на некоторое время онемела, голос вернулся ко мне не сразу.

– Но она не смогла бы!

Смех Джейли прозвучал хрипло от холода и от жажды, но в нем еще оставались серебряные нотки.

– Любой, кто приглядится к тому, как парень смотрит на тебя, это поймет. Но Лаогера слишком мало знает жизнь, чтобы разбираться в таких вещах. Вот переспит с мужчиной разок-другой, тогда научится, а пока нет.

– Я совсем не это имею в виду! – вспылила я. – Она вовсе не Джейми добивается, она беременна от Дугала Маккензи.

– Что?! – Джейли была просто потрясена и стиснула мою руку изо всех сил. – Почему ты так думаешь?

Я рассказала ей, как увидела Лаогеру на лестнице возле кабинета Колума и к каким заключениям пришла в результате.

Джейли фыркнула:

– Фу! Она подслушала, что Колум и Дугал говорят обо мне. Потому она и побледнела – думала, Колум узнал, что она обращалась ко мне за магическим букетом. Он бы приказал выпороть ее за это до крови. Таких штучек он не позволяет ни под каким видом.

– Это ты дала ей букет?

Я была поражена. Джейли ответила резко:

– Не дала, а продала.

Я попыталась взглянуть ей в глаза в сгущающейся тьме.

– Разве есть разница?

– Конечно, есть, – пояснила она нетерпеливым тоном. – Это была всего лишь сделка, не более. И я не выдаю секретов своих клиенток. Кроме того, она мне не сказала, для кого букет предназначен. И если ты помнишь, я пыталась тебя предостеречь.

– Спасибо, – насмешливо поблагодарила я. – Но…

В голове у меня все перемешалось от старания привести мысли в новую систему в свете только что полученных сведений.

– Но, – продолжала я, – если это она подложила мне в постель магический букет, значит, ей нужен именно Джейми. Тогда понятно, почему она отправила меня к тебе домой. Но как же Дугал?

Джейли немного подумала, потом, кажется, пришла к некоему выводу.

– Она не больше беременна от Дугала, чем, к примеру, ты.

– Почему ты так в этом уверена?

Она поискала мою руку в темноте. Нашла и приложила к своему животу, сильно выступающему под платьем.

– Потому что я от него беременна, – просто сказала она.

– Значит, не Лаогера, – проговорила я, – а ты.

– Я. – Она говорила спокойно, без обычной для нее эмоциональности. – Стало быть, Колум сказал, что сам все уладит? Выходит, именно он придумал способ решить проблему.

Я долго молчала, размышляя о происшедшем.

– Джейли, – заговорила я наконец, – эта желудочная болезнь твоего мужа…

– Белый мышьяк, – со вздохом ответила она. – Я думала, он умрет до того, как беременность станет заметной, но он протянул куда дольше, чем я считала возможным.

Я вспомнила смесь ужаса и прозрения на лице Артура Дункана, когда он выскочил из гардеробной жены в последний день своей жизни.

– Понимаю, – сказала я. – Он не знал, что ты беременна, пока не увидел тебя полуодетой в день банкета в честь герцога. И когда он это обнаружил… полагаю, у него были все основания не считать себя отцом ребенка?

20
{"b":"11396","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Очаг
Сценарист
Unfu*k yourself. Парься меньше, живи больше
Bella Figura, или Итальянская философия счастья. Как я переехала в Италию, ощутила вкус жизни и влюбилась
Что посеешь
Один день Ивана Денисовича (сборник)
Призрак
История мира в 6 бокалах