1
2
3
...
20
21
22
...
63

Люсинда поджала губы:

– Подождите, о втором уроке чуть позже. Лучше скажите: каким образом мы сможем заставить лорда Джеффри уделять внимание исключительно той женщине, о которой идет речь?

– Вы имеете в виду себя?

Люсинда никогда не признавалась ему, что пытается поймать лорда Джеффри в свои сети; но и отрицать это тоже вряд ли имело смысл.

– Хорошо, пусть это буду я, – согласилась она. – Как вы поступите в таком случае?

– Затрудняюсь ответить.

– Согласитесь, Роберт, что я не глупа! – Люсинда усмехнулась. – Почему бы не попробовать юмор?

Роберт откашлялся:

– Вы, верно, думаете, что мне следовало бы более тщательно выбирать слова при том довольно скудном их запасе, которым я владею…

Легкий смешок сорвался с губ Люсинды.

– Не извиняйтесь – я всегда дам вам знать, если обижусь. И не уходите от разговора. Насколько хорошо мы проработали план первого урока?

– Посмотрите направо! – воскликнул Роберт, не отвечая на ее вопрос.

В этот момент они как раз проезжали клуб «Джентльмен Джексон», на ступенях парадного входа которого стояли граф Кланфелд и Уильям Пирс. Оба повернули головы и с интересом посмотрели на проезжавшую пару.

– Кто это? – поинтересовалась Люсинда.

– Лорд Кланфелд и мистер Пирс – близкие друзья лорда Джеффри. Скажу вам по секрету, что сейчас оба собираются на важную встречу в «Уайте».

– Откуда вам это известно?

Роберт слегка улыбнулся и пожал плечами:

– Просто я внимательно слежу за всем, что происходит вокруг.

«Удивительно! – подумала Люсинда. – Как это ему удается следить за ежедневным расписанием чуть ли не каждого лица, принадлежащего к высшим светским кругам столицы, и при этом оставаться незамеченным? Зато теперь понятно, почему он с такой легкостью угадывает мысли любого собеседника!»

– Пусть так. – Она снова усмехнулась. – Эти двое собрались в «Уайте» для беседы или переговоров. Но нам-то что до этого?

– Им известно, что сегодня вы и генерал Баррет собираетесь пообедать вместе с лордом Джеффри. Вы подойдете чуть позже, сославшись на то, что встречались утром с еще одним молодым человеком, поэтому мы подъедем к вашему дому с небольшим опозданием – так, чтобы лорд Джеффри увидел нас с вами у парадных дверей и…

– И стал ревновать?

– Совершенно верно!

– Вы не думаете, что это преждевременно?

– Главная наша цель будет состоять не в том, чтобы вызвать ревность лорда Джеффри, а в том, чтобы он понял – Люсинда Баррет не только протоколист высказываний своего отца-генерала, но и прекрасная женщина, сводящая с ума своих поклонников…

«Поклонников!» – подумала Люсинда. Неужели Роберт согласен играть при ней подобную роль? Или он расценивает это как своеобразную плату за полученные от нее черенки роз? Впрочем, какое имеет значение, чем он руководствуется? Главное, что они заняты общим делом!

– А что, если бы я предложила все-таки поехать в Гайд-парк? – спросила Люсинда.

– Мне кажется, вы этого не предложите…

Брови Люсинды удивленно поползли вверх.

– Интересно, откуда вы могли знать – ведь я только подумала о такой возможности? Или у вас есть дар читать чужие мысли?

– Никакого дара у меня нет, просто я знаю, что вы добрая, внимательная дама и вам давно известно, что я очень не люблю появляться в Гайд-парке по утрам. Исключением могут быть разве что утренние часы каждого вторника и четверга, поскольку именно тогда двоюродная сестра лорда Джеффри маркиза Истон совершает там прогулки. А так как вы интересуетесь лордом, знать это расписание вам было бы полезно – через сестру, даже двоюродную, можно найти путь и к самому Джеффри, хотя… хотя это довольно туманная возможность. Маркиза увидит своего брата, равно как и остальных Ньюкомов, не раньше вечера, а это довольно поздно для организации встречи с ним…

– Вы, как всегда, очень уклончивы. Но признаюсь, я тоже не люблю Гайд-парк.

– Что ж, буду иметь это в виду!

Люсинда подумала, что он непременно сдержит слово. Она кивнула Роберту, делая вид, будто не почувствовала в его тоне интимных ноток, заставивших учащенно биться ее сердце.

– Итак, есть еще кто-нибудь, на кого мы могли бы произвести впечатление этим утром? – спросила Люсинда.

– Не думаю. Мы сможем только внушить неприязнь.

– Увы, не могу с этим не согласиться. Я постепенно пришла к выводу, что легче стать желанным, когда вам менее всего это нужно!

Незаметно они выехали за пределы особняков и богатых коттеджей и очутились в прогалине, ведущей к раскинувшимся здесь и там зеленым лужайкам и живописным прудам. Здесь Роберт замедлил шаг своего коня и несколько раз внимательно взглянул в лицо своей спутницы.

– Мне надо побольше разговаривать, чтобы выйти из состояния одиночества и обрести уверенность в себе. Но с кем я могу говорить? В последние годы я совсем отвык делиться с кем бы то ни было мыслями. Это произошло не в последнюю очередь потому, что мне некому было довериться…

– Вы можете довериться мне!

– Да, с вами действительно очень легко и приятно разговаривать…

Люсинда почувствовала, как кровь бросилась ей в лицо. Боже правый, она отнюдь не напрашивалась на комплименты! Но прежде чем прозвучал ее ответ, Роберт пришпорил Толли и оказался впереди. Убедившись, что серьезного разговора сегодня не получится, Люсинда опустила поводья и медленно поехала следом.

Люсинда была посредственной наездницей, так как в основном предпочитала спокойно гулять пешком; но все же она могла достойно сидеть в седле и даже выдерживать достаточно быструю скачку в пределах, которые сама отлично знала. Это было хорошо известно и Роберту, поэтому, остановив коня, он некоторое время смотрел на сильно отставшую всадницу, серьезно беспокоясь за нее. Лишь поняв, что с Люсиндой все в порядке и она не собирается свалиться с лошади, он пришпорил Толли и поскакал дальше…

Они провели в седле около двух часов, иногда пускаясь в галоп, иногда давая отдохнуть лошадям и при этом почти не разговаривая. Судя по безмятежной улыбке, не покидавшей лица Роберта, он был очень доволен прогулкой, а потому с некоторым сожалением достал из кармана часы и, громко щелкнув серебряной крышкой, крикнул спутнице:

– Пора домой! – После чего пустил Толли в галоп, заставив его при этом сделать три круга вокруг Люсинды, довольно уверенно сидевшей на своей кобыле. – Кстати, вы обещали познакомить меня с содержанием второго урока…

– Для этого вам следовало продемонстрировать мне свои успехи в освоении первого, но пока вы этого не сделали!

– Мне следует хорошо подготовиться ко второму этапу обучения. Не сомневаюсь, что вы отлично понимаете необходимость комплексного подхода ко всему процессу.

– Откровенно говоря, вам это покажется глупым, но… Дело в том, что второй наш урок будет касаться в основном поведения дам.

– И все же расскажите, – попросил Роберт, заметив, что они уже оказались совсем рядом с ее домом.

Люсинда вздохнула:

– Ну, скажем так: когда джентльмен оказывается на балу, то обязательно должен танцевать, особенно если на балу больше женщин, чем мужчин. Видите ли, чувствуешь себя очень неуютно, если кругом все мужчины о чем-то дискутируют, а ты одиноко сидишь у стены, ожидая, чтобы хоть кто-нибудь из них соизволил обратить на тебя внимание и пригласил на танец!

– Но я видел, как Джеффри танцевал с вами…

– Он танцует, если не закапризничает. А ведь каждая дама на балу должна за вечер протанцевать хотя бы один раз.

– Но заметьте, – возразил Роберт, – что умение танцевать – едва ли не единственное, чем Джеффри овладел в совершенстве. Он любит танцевать и никогда не оставляет дам на балу без внимания, так что тут он вряд ли нуждается в каких-либо уроках. Джеффри обещал помочь и мне тоже. Уверен, что это не пустые слова. Но предварительно мне надо будет ознакомить его с планом моего будущего розария…

Люсинда остановила Айсис – так звали ее любимую лошадь – между двумя высокими развесистыми кустами и неожиданно положила ладонь на руку Роберта. Он в ответ наклонился к ней и прильнул губами к ее губам, после чего сразу же выпрямился.

21
{"b":"114","o":1}