1
2
3
...
26
27
28
...
63

– А вы танцуете сегодня? – спросила она Сента.

– Только если вам потребуется партнер! – рассмеялся тот.

– У меня, кажется, все танцы заняты. Но все же благодарю вас!

Люсинда, как и добрая половина Лондона, знала Сент-Обина уже на протяжении многих лет. В обществе он пользовался репутацией безудержного обольстителя, но с тех пор, как встретил Эвелин, его словно подменили – к общему изумлению, он как-то сразу превратился в образцового супруга. И все же Люсинда всегда была с ним настороже, поскольку никогда не знала, что он может сказать или выкинуть в следующий момент.

– Мне очень хотелось бы кое-что узнать, – сказал Сент, не отрывая взгляда от Эвелин с Брэдшоу.

– Что именно?

– Ваша семья очень близко связана с Карроуэями. Что-то произошло между генералом Барретом и Робертом…

Люсинда невольно посмотрела на Джеффри. Ее отец никогда не упоминал в кругу друзей о своих подозрениях в отношении Роберта.

– Не понимаю, что вы имеете в виду? – ответила она вопросом на вопрос.

Сент пожал плечами:

– Возможно, я просто недооцениваю Роберта, но у меня есть предчувствие чего-то очень неприятного.

Люсинда давно знала, что в мире просто не существовало людей, которых Сент не понимал или понимал превратно. Конечно, ее отец не очень часто вспоминал о Роберте, но ей даже в голову не могло прийти, что это отрицательное отношение к молодому Карроуэю стало всеобщим.

– Вы думаете, что знаете все о Роберте?

– Я думаю, что в настоящий момент вас с нетерпением ожидает очередной партнер, – уклонился от прямого ответа Сент и, взяв Люсинду за руку, с галантным поклоном подвел ее к Чарлзу Уэлдону.

– Очень даже приятно! – жаворонком пропел тот и, взяв руку Люсинды, приготовился к кадрили.

Не успел заиграть оркестр, как Люсинда снова увидела Роберта: на этот раз он танцевал с Гиацинтой Стайлз – очаровательной, но патологически застенчивой девушкой. Для большинства гостей ее появление на балу оказалось не менее удивительным, чем присутствие Роберта.

Пара закончила танец в середине зала достаточно далеко от Люсинды, и направиться к Роберту через опустевшую после танца половину зала ей было неудобно. Но поговорить с Робертом Люсинде очень хотелось, а потому она с трудом подавила раздражение.

Эвелин и Брэдшоу тоже постоянно поглядывали в сторону молодого Карроузя. Люсинда, в свою очередь, полагала, что ему было бы лучше почаще оглядываться на мужа Эвелин, который о чем-то разговаривал с Тристаном и Джорджианой. Люсинда подумала, что Сент вряд ли касался во время их беседы отношений Роберта с Барретом, коль скоро пока еще сам не был до конца в курсе дела.

– Люсинда! – неожиданно прервал молчание Чарлз. – Вы не собираетесь в субботу в Воксхолл?

– Да, возможно, я поеду туда со своими друзьями.

– Ах вот как!

Люсинда принялась лихорадочно придумывать, как выйти из довольно щекотливого положения и объяснить Чарлзу, почему в числе приглашенных ею друзей его не оказалось.

– Понимаете, нам досталась очень маленькая ложа. Если бы мы узнали об этом чуть раньше, то могли бы абонировать сразу две или даже три ложи – тогда всем хватило бы места, а не только тем, кто уже был приглашен несколько дней назад.

– Да-да, конечно! – отозвался Чарлз; он, видимо, нисколько не был расстроен.

Это немного успокоило Люсинду, но, поскольку Чарлз первым упомянул Воксхолл, она подумала, будет ли там присутствовать Роберт. Впрочем, ее куда больше интересовало возможное присутствие Джеффри – его, верно, уже пригласил Тристан. Надо будет выяснить это у Джорджианы…

Как только танец кончился, Чарлз отвел Люсинду к Тристану и Джорджиане. Тристан тут же куда-то отошел, и Люсинда схватила Джорджиану за руку:

– Ты что, показала Роберту весь список партнеров по танцам, которые числятся на твоей карточке?

– Я просто сказала ему, что даме бывает весьма затруднительно оставаться с незаполненной карточкой, когда кругом столько достойных джентльменов, желающих с ней танцевать.

– Понятно.

Люсинда нахмурилась. Она подумала, что теперь Джорджиана будет злиться на нее или, того хуже, обвинять ее в попытке завлечь Роберта. Но ведь она не сделала ничего дурного! К тому же если кто и знал о ее повышенном интересе к лорду Джеффри, так это был именно Роберт!

– Он просил меня подтвердить, – прошептала она Джорджиане, – действительно ли я остановила выбор на лорде Джеффри, а я…

Джорджиана прервала ее поцелуем в щеку и тоже прошептала в ответ:

– Тише! Он здесь и танцует! Не могу понять, что стало тому причиной, но и не вижу оснований его в чем-то упрекать.

Чья-то ладонь легла на плечо Люсинды. Она обернулась и, к своему удивлению, увидела перед собой Тристана, наклонявшегося к ней, чтобы поцеловать в другую щеку.

– Черт возьми, я не знаю, что здесь происходит, – сказал он ей на ухо, – но Джорджиана, кажется, считает вас частично виновной.

– В чем именно? – удивилась Люсинда.

– В том, что Карроуэй появился в этом зале и даже стал танцевать. – Джорджиана хихикнула.

– Господь с тобой, Джорджи! Я-то тут при чем? Роберт сам захотел приехать. Да и танцевать тоже никто его не принуждал! Во всяком случае, не я и не ты с Тристаном!

Остаток вечера прошел довольно скучно. Джеффри Люсинда почти не видела: только когда был объявлен последний танец, он вынырнул из толпы и коротко спросил:

– Не возражаете? – А затем протянул Люсинде руку.

Они закружились в танце. После половины первого тура Люсинда наклонилась к уху партнера:

– Вы были заняты буквально весь вечер… – Она чуть было не прыснула со смеху, поймав его раздраженный взгляд.

– Слава Богу, что хоть кто-то это успел заметить! – притворно вздохнул Джеффри. – Посмотрите-ка вон туда. Этот тип опять появился! – Он кивнул в сторону пары, танцевавшей в дальнем конце зала.

Скосив взгляд, Люсинда увидела Роберта, выводящего в центр танцевального круга мисс Джейн Мелрой.

– Этот жалкий калека, похоже, задался целью заставить танцевать с собой всех уродливых малолеток Лондона! Впрочем, возможно, это единственное, на что он теперь способен.

Люсинда вырвала ладонь из руки Джеффри. Лорд позволил себе совсем не джентльменский поступок: за спиной другого мужчины наговаривать на него женщине! Одно это представляло собой вопиющее нарушение основополагающей заповеди в составленном ею списке. К тому же Люсинда и Роберт были друзьями, о чем Джеффри не мог не знать!

– Извините меня, – ледяным тоном сказала она, решительно освобождаясь из рук партнера, – но я вижу, что мой отец очень устал, и мне пора проводить его домой!

Лицо Джеффри помрачнело.

– Я, верно, обидел вас, простите…

– Прошу больше не называть так Роберта! Этим вы оскорбляете не только Карроуэя, но и меня!

– Еще раз прошу простить меня. Надеюсь, мы увидимся в Воксхолле?

– Кто знает. До свидания!

Люсинда тяжело вздохнула. Не таким она видела окончание этого вечера. В то же время она не могла допустить, чтобы так мерзко оскорбляли ее друга, тем более за его спиной!

Джеффри схватил ее за руку:

– Люсинда! Ради Бога…

Она с раздражением вырвала руку:

– Уверена, что вы просто хотели еще раз показать мне свою оригинальность и остроумие, но я не признаю за вами подобного права, когда это делается за чей-то счет. Желаю приятно провести остаток вечера!

Видимо, генерал Баррет, все это время не спускавший глаз с дочери, понял, что между ней и Джеффри что-то произошло. Он тут же оставил своих друзей, с которыми о чем-то очень оживленно разговаривал, и подошел к Люсинде:

– Что случилось?

– Ничего. Просто я одернула этого нахала! Вы готовы ехать домой?

– Да. Надеюсь, эта размолвка не означает, что мы порываем всякие отношения с лордом Джеффри?

– Вовсе нет. Просто в последнее время мы невольно подогревали его стремление поставить себя выше других. Больше я не намерена это терпеть и сказала ему все, что о нем думаю.

27
{"b":"114","o":1}