1
2
3
...
51
52
53
...
63

– Итак, – произнес Шоу, продолжая рассматривать список через плечо Роберта, – всех этих людей ты подозреваешь? Пятьдесят имен или даже больше – великолепная коллекция! Вот только у меня возникло предчувствие, что рано или поздно кто-нибудь хватится исчезнувших из книги страниц и как бы нашим дамам не пришлось за это отвечать!

Роберт все еще молчал. Его внимание привлекла одна подпись, вполне разборчивая. За три дня она повторялась несколько раз, напротив нее значился военный ранг и даже жалованье, которое получал этот посетитель.

«Капитан лорд Джеффри Ныоком». Прочитав это имя, Роберт пробормотал:

– Очень даже интересно… – а потом надолго задумался.

Глава 20

Смею ли я своим бегством сделать их всех беззащитными от дьявола, которого сам же и оставил им?

Виктор Франкенштейн

(М. Шелли «Франкенштейн»)

Люсинда сидела у себя в спальне и смотрела в окно. Трудно было точно сказать, что интересовало ее в тот момент больше: собственное отражение в оконном стекле или что-то происходившее внизу в конюшне. Но скорее всего она просто думала обо всем, что случилось в последнее время.

Она не согласилась на предложение Джеффри, но у нее были веские причины так поступить. Их встречи, по сути, ограничились двумя уроками джентльменских манер, но не это было главным. Люсинда отлично понимала, что не дала согласие на предложение Ньюкома вовсе не из-за того, что мало знала его. Настоящей причиной стал Роберт Карроуэй. Когда Люсинда вечерами сидела у камина и следила за пляской огненных языков на поленьях, в ушах ее звучал голос Роберта… Когда она чувствовала нежное прикосновение теплых пальцев, это были его пальцы…

Но все же какого-то продолжения их отношения не могли иметь – ведь генерал не одобрял ее выбора и никогда не согласился бы с ним. Сам Роберт не просил ее стать его женой и вряд ли попросит – до тех пор пока не будет найден настоящий похититель документов из Хорсгардза, Роберт просто не станет говорить на подобные темы.

Люсинда часто представляла себе Роберта закованным в кандалы в сырой тесной камере, в которой нет ни одного окна, и в подобные минуты ее начинало мучить удушье. Но все же Люсинда ни на минуту не могла поверить, что с ним могут так поступить наяву. Если кто-то из властей предержащих хоть на минуту задумается о том, кто такой Роберт Карроуэй, что это за человек, то – Люсинда была в этом глубоко уверена – он сразу же поймет, что Роберт меньше кого-либо еще в Лондоне, да и во всей Англии, хочет новой войны, ибо принадлежит к тем, кто испытал на себе все ее ужасы. И уж конечно, он никогда не станет помогать освобождать Бонапарта!

Но кто же тогда? Кто же на самом деле выкрал секретные документы из Хорсгардза?

За окном раздался чей-то стук, и Люсинда схватилась за сердце. Неужели снова Роберт?

Стук повторился. Присмотревшись внимательно, Люсинда увидела два горящих глаза, наблюдающих за ней через оконное стекло. Ее пульс участился, перед глазами поплыли темные круги. Она бросилась к окну и, открыв его, увидела Роберта. К подоконнику со стороны сада была приставлена лестница – именно по ней он и поднялся на второй этаж.

– Тсс! – прошептал Роберт, приставив палец к ее губам.

Люсинда сделала шаг назад, давая ему возможность спрыгнуть в комнату, а потом бросилась к окну и закрыла его.

– Ты что, с ума сошел? – прошептала она. – Ведь тебе отлично известно, что ты не должен здесь появляться! Если мой отец…

– Но его нет сейчас!

– А твои преследователи?

– Они все еще сидят в кустах около моего дома.

– Ты должен был предупредить меня запиской или через Эвелин. Трудно даже представить, что случится, если тебя здесь поймают!

Люсинде очень хотелось, чтобы Роберт ее поцеловал, но он не проявлял никакого желания это сделать, возможно, стараясь выглядеть до конца джентльменом. Помолчав немного, он сказал то, что, видимо, сейчас считал самым главным:

– У меня на руках список лиц, посетивших Хорсгардз за последнюю неделю.

– Ого! Как тебе удалось его достать?

– С помощью кое-кого из друзей.

– И что же тебе стало известно?

– В первую очередь то, что мне и впрямь следует держаться подальше от тебя. Это куда важнее, нежели тот факт, что ты практически помолвлена, а потому я просто не смею находиться в твоей спальне.

– Держаться подальше от меня? – изумленно переспросила Люсинда. – Так ты думаешь, это я выкрала бумаги из штаба?

– Нет, конечно, но все же я прошу тебя быть как можно осторожнее в ближайшие дни.

– Объясни, наконец, что ты имеешь в виду?

– Пока я не уверен. Надеюсь, что ничего страшного не произойдет, но надо быть предельно осторожными. Возможно, мне не следовало сегодня сюда приходить, однако я посчитал необходимым тебя предупредить.

Роберт повернулся, собираясь уйти тем же путем, каким и пришел, но Люсинда схватила его за рукав:

– Подожди. Ты мне еще не все рассказал!

– Да, не все, потому что не хотел тебя волновать.

– Говори!

– Видишь ли, просматривая эти списки, я узнал много знакомых имен, но ни одно не произвело на меня особого впечатления. Исключением стало лишь имя…

Роберт замолчал и внимательно посмотрел в глаза Люсинде.

– Чье же?

– Люсинда, ответь мне, пожалуйста: что мог делать в Хорсгардзе лорд Джеффри Ньюком? Только на прошлой неделе он изволил побывать там четыре раза!

– Что?!

– Да-да, ты не ослышалась: лорд Джеффри Ньюком действительно на прошлой неделе четыре раза посетил Хорсгардз. Вот его подписи. Может быть, ты об этом знала?

Роберт протянул Люсинде список посетителей за истекшую неделю, в котором красным карандашом в четырех местах была подчеркнута фамилия Роберта.

– Нет, конечно, не знала… Но он мог работать там над рукописями моего отца или просто встречаться с ним.

– Однако в списке напротив его фамилии значится и цель визита: «отобрать вырезки из газет». Если человек с подобной целью по четыре раза на неделе ходит в военную организацию и выносит оттуда какие-то газетные публикации, это покажется более чем подозрительным кому угодно!

– Дай мне весь список! – потребовала Люсинда.

Роберт протянул ей листки, и Люсинда пробежала их глазами так быстро, что, конечно, ничего не могла запомнить. Тем не менее когда она протянула листки обратно Роберту, то очень уверенно заявила:

– Это не Джеффри. Он думает, что уже достиг того, чего желал. Женившись на мне, он получит чин майора британской экспедиционной армии в Индии. Зачем бы он стал красть какие-то секретные документы, рискуя попасть за решетку и опорочить свое имя? И для чего ему пытаться спровоцировать новую войну с Францией, в которой легко можно сложить голову?

– Вот уж не знаю! Скажи, насколько искренне он предложил тебе свою руку?

Люсинда покраснела.

– Какое это имеет отношение ко всему происходящему?

Теперь Роберт уже не сомневался, что между Люсиндой и лордом Ньюкомом что-то произошло.

– Пойми, – горячо заговорил он, – женитьба станет для него фундаментом для построения высокой карьерной пирамиды – без этого он просто не сможет жить! Другими словами, его честность имеет непосредственное отношение ко всему остальному.

Люсинда нахмурилась:

– Мне не нравится этот разговор, Роберт. Неужели ты считаешь справедливым, еще не освободившись от подозрений в предательстве, начать обвинять в этом Джеффри?

– Может быть, я действую слишком решительно, – тихо произнес Роберт. – Но ведь ты сказала, что веришь мне. Вот я и захотел узнать твое мнение.

Люсинда долго пыталась поймать взгляд Роберта, но, не преуспев в этом, горестно вздохнула и сказала:

– Я верю тебе. Но я также не вижу никаких оснований подозревать Джеффри.

Их разговор был нарушен стуком двери кабинета генерала Баррета, расположенного этажом ниже.

– Боже мой, это отец! – в ужасе воскликнула Люсинда. – Срочно спрячься где-нибудь!

52
{"b":"114","o":1}