ЛитМир - Электронная Библиотека

Сердце девушки отчаянно забилось, а колени едва не подогнулись. Но она не сказала ни слова и отвернулась.

– Ну ладно! – прошипел Грант. – А ведь я хотел пощадить тебя. – Он отпустил руку Кейт так резко и неожиданно, что девушка чуть не упала. Сапоги пропали из виду. Лязгнув, открылась, а потом снова захлопнулась дверь камеры, и Кейт услышала удаляющийся топот шагов Гранта.

Кейт поджала замерзшие пальцы ног в чулках. Ботинки вместе с пледом у нее забрали еще раньше. Теперь она была одета лишь в поношенное зеленое платье, сорочку и нижнюю юбку.

Серебряную цепочку и кулон – один из волшебных кристаллов Данкриффа – у нее тоже забрали. Отец Кейт вынул этот кристалл из ободка магического золотого кубка замка Данкрифф, чтобы дочь могла носить его на шее. Сестре Кейт Софи тоже достался такой кристалл. Их торжественно вручили девушкам на семейной церемонии, чтобы обозначить их отличие от остальных. В соответствии с традициями клана каждому ребенку, наделенному магическим даром – необычными способностями, унаследованными от предков, рожденных лесными феями, – вручался кристалл, который он или она должны были постоянно носить с собой. Кейт знала, что теперь, когда маленький камень больше не защищал ее и не питал своей энергией, ее врожденный дар мог ослабеть или вообще пропасть.

В жилах Маккарранов еще сохранилась кровь волшебников-предков, но в последние несколько лет магический дар мало у кого проявлялся. Кейт и Софи оказались одними из немногих, унаследовавшими дар предков, от которого зависели не только их собственные жизни, но и жизни, счастье и благосостояние остальных членов клана.

Опустив голову, Кейт вздохнула. Она часто ставила под сомнение свои способности и даже правдивость семейных преданий. А теперь, лишившись амулета, чувствовала себя беззащитной и напуганной.

Кэти Хелл вряд ли смогла бы очаровать кого бы то ни было без этого кристалла.

– Как давно она здесь стоит? – глухо прорычал Алек, вглядываясь в темноту камеры. – И кто, черт возьми, приказал приковать ее?

– Она стоит с прошлого вечера, – ответил сержант. – Это приказ полковника Гранта, сэр.

Алек еле слышно выругался. Ему надо бы приехать раньше, но проклятые документы и. задания Уэйда задержали его.

Стоявшая в темной камере девушка казалась тенью той красавицы, что он видел раньше. Алек нахмурился, наблюдая за ней через решетку. Кэти стояла к нему спиной, но он отчетливо видел кандалы, не дающие ей сесть. Она выглядела неряшливо без ботинок, в грязном зеленом платье. Ее волосы свисали беспорядочными прядями, хотя Алек знал, что они начинают светиться золотом в лучах солнца.

Девушка слегка покачнулась, но потом выпрямилась, переступив с ноги на ногу. Было понятно, что она очень ослабела, но Алек чувствовал в ней стальную волю. Да, зрелище не для слабонервных.

Чувство вины начало разрывать Алеку сердце, как только он позвал в палатку солдат, заметив, что девушка роется в его бумагах. Когда ее увели на допрос, Алек не смог сразу последовать за ней. А освободившись, тотчас же отправился на север, в слепой ярости пришпоривая коня. Даже его закадычный друг не поспевал за ним, а ведь Джек Макдональд и сам был способен на безумства.

Алек же, напротив, никогда не делал ничего необдуманного.

Глядя на девушку, он никак не мог прийти в себя. Она казалась такой слабой и безобидной. Неужели он совершил непоправимую ошибку, отдав ее под арест? Разве могла она быть шпионкой, которую описывали ему офицеры, разбойницей, изображенной на листовке? И все же эта хрупкая, но непоколебимая бродяжка была одновременно прачкой, скандально известной Кэти Хелл и ослепительной молодой женщиной, которую Алек встретил при дворе. Но как? Почему?

Кто-то назвал это магией, но Алек не верил в подобную чепуху. Девчонка что-то подсыпала ему в чай, украла документы и легла с ним в постель. Она оказалась обычной интриганкой, шпионкой, бесчестной женщиной. И не было в этом ничего сказочного.

А еще Алек никак не мог забыть страсть, которую он почувствовал к этой девушке, в памяти всплывали трепетные ощущения от ее близости, сладких поцелуев и шелковистой кожи. Если бы перед ним оказалась развратная, опытная в любовных делах женщина, Алек понял бы это. Но в ту ночь он был уверен, что в его объятия попала невинная девушка. И никакая не фея.

Алек в замешательстве подумал, что все это не имеет смысла. Кем бы она ни была, эта девушка многолика и настоящий кладезь всевозможных тайн. Он непременно дознается, кто она такая и что задумала. Только желательно, чтобы это произошло, прежде чем военные сумеют вытянуть из нее информацию.

При виде того, как над ней издеваются, Алека охватила злость, и ему захотелось защитить ее. Он ощутил жалость и еще какое-то странное, более глубокое чувство, названия которому он не знал.

Эта девушка словно свела его с ума, и Алеку это не нравилось. Он предпочитал спокойную и устоявшуюся жизнь. По крайней мере, он пытался убедить себя в том, что ему нужно именно это. Но непредсказуемость Кэти Хелл заинтриговала его.

Алек обернулся. Караульный сидел на деревянном стуле, прислонившись спиной к стене и вытянув одну ногу. В большей камере, расположенной рядом, лежали два мужчины – один в бриджах и поношенной куртке, а второй – огромных размеров горец, закутанный в плед. Оба спали.

– Ее уже допрашивали? – спросил Алек у караульного.

– Она отказалась отвечать, и полковник Грант сказал, что она будет стоять до тех пор, пока не решит заговорить. – Сержант чиркнул спичкой и раскурил трубку. В воздухе потянуло едким запахом дыма.

Френсис Грант. Алек нахмурился, вспомнив рапорт полковника о встрече с Кэти Хелл. Он видел полковника и раньше, и, хотя тот был выше его по званию, Алек не слишком уважал его. Грант был чересчур взбалмошен, вспыльчив и постоянно чем-то недоволен.

– Но, сержант, девушке наверняка позволили отдохнуть, поесть и привести себя в порядок?

– Полковник велел не предоставлять ей такой возможности, пока она не ответит на все вопросы. Он сказал, что ей известны секреты якобитов, поэтому следует применить к ней строгие меры. Вы будете допрашивать ее, сэр?

Алек посмотрел на заключенную. Она снова покачнулась и попыталась выпрямиться. А потом повернула голову и увидела его. В ее глазах вспыхнула ярость. Она узнала его.

– Да, позвольте мне поговорить с ней, – ответил Алек. – Откройте дверь, пожалуйста. – Солдат повиновался, и, когда дверь со скрежетом распахнулась, Алек вошел внутрь.

Девушка смотрела на свои ноги сквозь завесу спутанных волос.

– Кейт, – тихо позвал Алек. – Как дела?

Девушка ничего не ответила и отвернулась. Тогда Алек склонился ближе.

– Вам нужно с кем-то поговорить. Давайте начнем с того, что вы назовете мне свою фамилию. – Алек говорил спокойно, наблюдая за девушкой.

Та вновь отвернулась, но на этот раз тихо презрительно фыркнула.

– Я знаю, вы не хотите говорить со мной после того, что произошло. – произнес Алек. – Но может статься, я окажусь вашим единственным другом здесь.

Глаза Кейт округлились от изумления.

– Капитан, – позвал сержант. – Бесполезно с ней разговаривать. Она родилась в горах и, возможно, не говорит по-английски.

– Или предпочитает не говорить на этом языке, – пробормотал Алек, не сводя глаз с пленницы.

– Говорят, вы сами родились в горах, капитан… Вы знаете ее язык? Может, она с вами поговорит.

– Последний раз я разговаривал на гэльском наречии, когда сидел в юбках на коленях у няни, – ответил Алек. – Держу пари, она не станет говорить ни на одном языке. Не так ли? – тихо обратился он к девушке.

Кейт хранила молчание, но теперь наклонилась в сторону Алека. Она была настолько измождена, что у Алека сжалось сердце.

– Мы думали, что она сломается, – сказал сержант. – Удивительно, как она смогла продержаться так долго.

– Присущее горцам упрямство, – пробормотал Алек. Внезапно ему захотелось протянуть руку и сорвать с Кейт эти цепи, но она вновь бросила на него полный горечи и ненависти взгляд. Фрейзер понимал, что если он попытается помочь ей, она может принять это в штыки.

10
{"b":"11400","o":1}