ЛитМир - Электронная Библиотека

Кейт нахмурилась, отвела взгляд и ничего не ответила. Алек сжал пальцы девушки.

– Ты… очень нравишься мне, Кейт.

Девушка испуганно и взволнованно посмотрела на Алека.

Она ему нравится? Но разве этого достаточно, чтобы удовлетворить требованиям семейного предания? Кейт отрицательно покачала головой:

– Я не могу выйти за тебя.

– Когда ты сидела возле моей постели, – произнес он, – и плела кружево, мне в горячке показалось, что ты колдуешь. Что ты тогда сказала?

Кейт отчетливо помнила свои слова, опрометчиво оброненные возле постели тяжело больного Алека.

– Я сказала… что люблю тебя, – прошептала девушка.

– В самом деле? – Алек по-прежнему удерживал ее руку в своей.

– Почему ты спрашиваешь меня об этом сейчас? – Кейт заглянула ему в глаза. – Все… из-за того, что случилось между нами? Но тебе нет необходимости жениться на мне только поэтому.

– Ш-ш… – приложил палец к губам девушки. – Иногда… огонь лихорадки сжигает все лишнее, оставляя только то, что нам действительно необходимо.

Кейт наклонилась и поцеловала его в губы.

– Ты действительно зануда со всеми своими правилами, с долгими раздумьями.

– Я не импульсивный человек. Правда. Я очень уравновешенный. Но ты вскружила мне голову, Кэти Хелл. Теперь жизнь видится мне иной, чем прежде. И я вновь пытаюсь найти точку опоры. – Он улыбнулся. – С тобой.

Сердце Кейт оборвалось. Грустно улыбнувшись, она выдернула свою руку из ладони Алека.

– Я не могу выйти за тебя замуж, – прошептала она. – Мы слишком разные, ты и я. Ты не должен жениться только для того, чтобы помочь мне. Я связана традициями, передаваемыми из поколения в поколение. Я могу выйти замуж только… при определенных условиях. Пожалуйста, пойми.

Кейт ждала, отчаянно надеясь, что Алек вдруг признается в том, что она так хотела от него услышать, скажет о своих необыкновенных чувствах к ней. Но Алек лишь нахмурился.

– Я так понимаю, мне дали от ворот поворот, – тихо произнес он.

Кейт набрала в грудь воздуха, начала говорить, но не могла объяснить всего Алеку. Чтобы поверить в то, что она встретила истинную любовь, ей нужно было услышать от него очень важные слова, которых он так и не произнес.

– Пойду посмотрю, починили ли твои вещи! – выпалила Кейт и отвернулась, желая скрыть закипающие слезы.

Глава 23

Склонившись над шелковой подушечкой, лежавшей у нее на коленях, и слегка нахмурившись, Кейт перебирала длинные тонкие коклюшки. Она переплетала и скручивала нити, создавая причудливый узор. Сплетя небольшой участок кружева, Кейт остановилась, чтобы передвинуть медные булавки, удерживающие работу на подушечке. Ее пальцы сновали быстро и ловко, работа не требовала умственных усилий, поэтому Кейт могла размышлять.

Только вот все ее мысли занимал Алек. Его предложение привело Кейт в замешательство, и она до сих пор не могла прийти в себя. Что же делать? Ей непременно нужно принять правильное решение – для нее, для него, для клана, судьба которого зависела от ее выбора.

Щелк-щелк. Коклюшки еле слышно постукивали друг о друга, по мере того как Кейт переплетала нити, превращая их в замысловатое кружево. Щелк-щелк.

Работа успокаивала Кейт, а монотонные, повторяющиеся движения вводили в состояние легкого транса. Ей нужно было лишь позволить своим пальцам выполнять работу. Кейт овладела техникой плетения кружев в английском монастыре в Брюгге, где училась ее сестра Софи. Щелк-щелк-щелк. Кейт чувствовала, что может забыться, отрешиться от окружающего мира, раствориться в ловких движениях пальцев, мерно постукивающих друг о друга длинных тонких коклюшках, паутине переплетающихся и скручивающихся тонких белых нитей.

Работая, Кейт время от времени поглядывала на сестру Софи, сидящую за большим столом и внимательно рассматривающую внушительных размеров книгу с картинками. Беременность Софи вынудила ее на время отказаться от излюбленного занятия – садоводства. Поэтому она вот уже которое утро просиживала в библиотеке и читала о так любимых ею растениях.

– Я бы с радостью покопалась сейчас в земле, вместо того чтобы сидеть и читать об этом, – сказала Софи, перелистывая страницу. – Мне доставляет гораздо больше удовольствия изучать цветы и растения на природе. Но Коннор настоял на том, чтобы я как можно больше читала о растениях. В Кинноул-Хаус у него богатая библиотека. Он ведь изучал садоводство и сельское хозяйство. Ты не знала об этом?

– А разве не разбойничество? – тихо произнесла Кейт, и Софи рассмеялась.

– В этом он преуспел, – согласилась она. – В любом случае я не могу проводить в саду много времени, ведь малыш появится на свет уже после Нового года. – Софи погладила заметно округлившийся живот. Ее просторное платье из голубой парчи, выгодно подчеркивающее ее ясные голубые глаза, давало возможность животу расти и дальше. Кейт посмотрела на свою светловолосую сестру и улыбнулась. Софи выглядела такой же яркой и цветущей, как и ее любимые растения, которые распускались словно по волшебству, едва только их касались ее руки.

Кейт даже представить не могла, что ее мягкосердечная добрая старшая сестра сможет ужиться с таким дикарем, как Коннор Макферсон, но ей это удалось. Более того, она смогла одержать победу в затеянной им самим же игре. Теперь Кейт понимала, почему ее сестра влюбилась в своего красавца горца. Софи нашла настоящую любовь, и ее счастье способствовало спокойствию в Данкриффе, такому желанному после череды невзгод последних нескольких лет.

Значит, семейное предание было не просто сказкой. Брак по любви лишь приумножал магическую силу клана. «Любовь творит волшебство», – подумала Кейт, вспомнив девиз, начертанный на ободке магического кубка Данкриффа. Опыт Софи давал Кейт надежду на собственное счастливое будущее.

– Люблю голландские тюльпаны. Вот эти пестрые. Они напоминают языки желтого и красного пламени, – задумчиво сказала Софи, переворачивая следующую страницу. – Интересно, разрешит мне Коннор выписать из Голландии новые луковицы?

– Он позволит тебе что угодно, – отозвалась Кейт, скручивая тонкие нити. Мало-помалу у нее получался узор из переплетенных листьев аканта. – Мне потребуется целый год, чтобы сплести это кружево, – посетовала девушка. – У меня совсем нет на это времени.

А если ее посадят в тюрьму, она и вовсе никогда его не закончит. Кейт снова вспомнила об Алеке. Неужели он действительно думает, что она поедет в Эдинбург и выйдет за него замуж только для того, чтобы избежать тюрьмы? Нельзя было верить в благополучный исход этого предприятия, ведь она шпионка, а он офицер королевской армии.

– Ой, а как мне нравится вот этот! – воскликнула Софи, склонившись над книгой, чтобы повнимательнее рассмотреть рисунок. Она перевернула испещренную картинками страницу и взглянула на Кейт. – Посмотри на этот чудесный красный тюльпан. Он великолепен. Я очень люблю красный цвет.

– Я тоже, – отозвалась Кейт, сосредоточенно переплетая нити. – И я не знаю, что делать.

– Кэти? – Софи вопросительно посмотрела на сестру. – О чем это ты?

– О! Ни о чем. – Кейт яростно перебирала коклюшки. Щелк-щелк-щелк.

– Ты об этом офицере? – тихо спросила Софи.

– Конечно, нет, – Щелк-щелк-щелк.

Софи поднялась со стула и села рядом с Кейт на обитый парчой диван.

– Ты уверена? Я заходила к нему сегодня утром. Подумала, что стоит представиться.

– Вот как? – Кейт подняла на сестру глаза, горя желанием узнать больше. – Что он сказал? Что ты о нем думаешь?

– Он отдыхал, поэтому я быстро ушла, – ответила Софи. – Мы лишь перекинулись несколькими словами. Он выглядел усталым, и я задернула шторы, убедив его немного поспать. Подобные раны отнимают много сил, хотя он довольно быстро выздоравливает. Я нарочно подошла к нему близко, чтобы получше рассмотреть его, – призналась Софи, тихонько засмеявшись. – А он очень красивый, твой капитан Фрейзер. Крепкий и сильный.

– Наверное, – согласилась Кейт, вновь сосредоточив внимание на очередном отрезке узора.

49
{"b":"11400","o":1}