ЛитМир - Электронная Библиотека

– Он делает то же, что и мы, только и всего. Ворует скот под покровом ночи. – Коннор шел быстрым шагом, временами переходя на бег, и Нейл, ниже его ростом, но крепкий и жилистый, легко поспевал за другом.

– Я напомнил Хеймишу, что стада Киннолла принадлежат тебе по праву, – не унимался Нейл. Коннор знал, что Мюррея так просто не заставишь сменить тему разговора.

– Изгнание и смерть отца все изменили, и мое повторное прошение о восстановлении в правах так и осталось без ответа. В лондонском суде оно попросту затерялось в куче подобного бумажного мусора. В прошлом месяце я ездил в Эдинбург, но моему адвокату нечего было сообщить мне.

– От этих судейских крючкотворов в мантиях толку ни на грош, да и шотландский адвокат мало что может сделать в английском суде. Законники, – презрительно фыркнул Нейл. – Выкури Кэмпбелла из Киннолла и верни себе владения сам.

– Сейчас не средневековье, Нейл, – спокойно возразил Коннор. – Адвокаты и бумаги, прошения и петиции, обращения в Лондон и ожидание ответа – это единственный возможный путь для меня теперь.

– Если английский король по-прежнему может расправиться с шотландским мятежником, велев привязать его к хвосту лошади и пустить ее вскачь, тогда и хайлендским вассалам его величества дозволено вернуть себе свои владения и права с помощью огня и топора.

– На сегодня вполне достаточно, что я ворую его скот и не даю ему спать спокойно, – сухо отрезал Коннор.

– У Кэмпбелла нет никакого права занимать Киннолл, – огрызнулся Нейл.

– У него есть документ.

– Поверь мне, когда-нибудь ты вернешься во владения своих предков и станешь хозяином Киннолла.

У Коннора подкатил комок к горлу. Когда их с отцом арестовали, отец прошептал ему, что никакая сила не сможет отнять у него Киннолл, что бы ни случилось. Но отец ошибался. Коннор получил титул и кое-какую обстановку, а больше ничего.

Их семья владела замком на протяжении двух столетий, но Коннор потерял надежду вернуть себе Киннолл. Он был последним отпрыском рода, единственным ребенком сосланного отца. Его мать умерла два года назад, и Коннор среди остальной родни чувствовал себя совсем чужим. Большая часть семьи покинула Киннолл-Хаус, а Клуни Макферсон, глава клана, не спешил предложить помощь Коннору и его отцу, когда их обоих арестовали. Именно Роберт Маккарран из рода Данкриффов добился освобождения Коннора.

Коннор сознавал, что он в неоплатном долгу перед Данкриффом. Умер ли его друг? Этого Макферсон не знал. Но и доказательств, что Роберт жив, у него не было.

Коннор – последний из рода Кинноллов, кто мог бы вернуть себе право на наследство своих предков. Но это пустые мечты, не больше. Его потомки, если они у него будут, останутся только лишь лордами Глендуна. Коннор передаст им титул виконта, но не оставит ни земель, ни владений.

Макферсон вздохнул и потер лоб. Он страшно устал, но ему еще предстояло решить, что делать с похищенной девушкой. Маленькая монашка разрушила весь его привычный жизненный уклад. Она занимала все его мысли, завладела его телом и душой.

Друзья преодолели каменистый склон, и Коннор внимательно огляделся. Вдалеке он заметил красные фигурки всадников. Их оружие блестело в лучах заходящего солнца.

– Солдаты, – тихо прошептал он. Нейл проследил за его взглядом. Всадники шли с севера через долину. В сумерках были отчетливо видны их красные мундиры и белые чулки. Когда отряд достиг вересковой пустоши, Коннор различил троих всадников, одетых не в армейскую форму. Один был в коричневом сюртуке, а двое – в одежде горцев.

Коннор прищурился и замер. Рука его невольно легла на рукоять кинжала. Он стоял совершенно неподвижно, поставив ногу на камень. Ветер играл его длинными волосами, надувая рукава рубашки, словно паруса. Верный страж Нейл поспешно встал за спиной друга.

Внимательно приглядываясь к отряду, Коннор старался запомнить все, что видел: лица, одежду, лошадей, оружие. Если ему выпадал случай поговорить с солдатами, он тщательно запоминал их имена и названия подразделений. Он хотел знать как можно больше о своих врагах.

– Сэр Генри едет во главе отряда, – заметил Нейл. – Обычно я узнаю лошадь гораздо быстрее, чем седока.

Коннор окинул взглядом отличного гнедого коня и мужчину в седле.

– Да, это Кэмпбелл.

Отряд приблизился, и теперь Коннор смог лучше разглядеть мирового судью.

Наружность сэра Генри казалась самой обыкновенной, ничем не примечательной. Лицо с расплывчатыми чертами, маленькие глазки неопределенного цвета, нос картошкой, безвольная линия подбородка, тонкие губы. Такие лица обычно не запоминаются. Крепкая коренастая фигура судьи выглядела слегка оплывшей. У Кэмпбелла даже наметилось небольшое брюшко. Сэр Генри предпочитал коричневые сюртуки и седые парики, а подобное облачение делало его еще незаметнее.

«Пожалуй, единственная по-настоящему запоминающаяся черта мирового судьи – это его мертвая хватка», – подумал Коннор.

Кэмпбелл вцепился в Киннолл, как бульдог.

– Эй вы, горцы! – выкрикнул Кэмпбелл, увидев путников. – Стойте!

Окрик сэра Генри мог бы показаться забавным, ведь Коннор и его друг стояли неподвижно на склоне холма уже несколько минут. Но Макферсон не улыбнулся, а молча ждал, устремив бесстрастный взгляд на судью.

– Макферсон! – позвал Кэмпбелл. – Что вы и ваш слуга здесь делаете?

– Нейл Мюррей – мой союзник и друг, – возразил Коннор. – Он не слуга. Добрый день и вам, сэр Генри. – Макферсон насмешливо поклонился. – Что привело вас сюда?

– Черт возьми, Макферсон, если бы вы остались служить в полку, вы бы сейчас занимались тем же проклятым делом, что и мы.

– Но я вполне доволен ролью фермера, – пожал плечами Коннор.

Кэмпбелл презрительно фыркнул.

– Но вы ведь не землю возделывали сейчас на этой пустоши, верно? Так что вы делали на мосту?

– Мы его чинили, – ответил Нейл.

– С какой стати? Это земля Данкриффа, а он… сейчас не в состоянии отдавать распоряжения насчет починки мостов.

– Я об этом слышал, – процедил сквозь зубы Коннор. – Но поскольку хаилендским гуртовщикам приходится гнать скот по этим мостам, мы решили сами их починить.

– Весьма похвально, – протянул Кэмпбелл.

В прищуренных глазах Коннора вспыхнуло презрение. Он подумал о Софи, и у него мучительно сдавило горло. Ей понравилось в Киннолл-Хаусе в обществе мирового судьи? Наверное, она улыбалась ему, благодарила за гостеприимство, а он целовал ей руку, прикасался к ней. При мысли об этом Коннора окатило жаркой волной гнева, а руки сами собой сжались в кулаки.

Кэмпбелл наклонился в седле.

– А что привело в негодность мосты?

– Думаю, дождь, – откликнулся Нейл.

– Паводок? Сомневаюсь. Мосты обрушились, когда вот эти два драгуна, – сэр Генри кивком указал на двоих мужчин, стоявших позади него, – сопровождали мисс Маккарран и ее служанку вечером через пустошь. С ними были еще двое горцев. Внезапно мосты провалились. Их повредили намеренно. Преступление готовилось заранее.

– Боже! – воскликнул Нейл, в ужасе округлив глаза – Кто же способен на такое злодейство?

– Я это выясню, – пообещал Кэмпбелл, в упор разглядывая Коннора, – Здесь замешано хайлендское отребье. Одна из дам исчезла той ночью.

– Исчезла?! – восхищенно переспросил Нейл. Коннор по-прежнему стоял неподвижно с бесстрастным выражением липа.

– Мисс Софи Маккарран пропала. Вероятно, ее похитили разбойники-горцы. Что вам известно о так называемом Хайлендском Призраке, который чинит препятствия солдатам, ведущим строительство дороги под командованием генерала Уэйда?

Нейл безразлично пожал плечами:

– Конечно, нам доводилось слышать о нем и его деяниях, но пока он не трогает мой скот, я его тоже не трогаю.

Кэмпбелл недоверчиво хмыкнул.

– А как насчет вас, Макферсон?

– Моих коров он не таскает, а остальное меня не волнует.

– Похоже, этому молодчику больше нравится взрывать дороги, нежели воровать скот или женщин, – заметил Кэмпбелл. – Честно творя, я подозреваю, что девушку похитили ее провожатые, Маккарраны.

36
{"b":"11401","o":1}