ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Подожди! Я должна тебе что-то сказать!

Длинная золотистая прядь ее волос оказалась зажатой между их губами. Алекс поднял голову и осторожно отстранился.

– Что?

– Я… я в этом деле никуда не гожусь.

– В каком деле?

– Ну… ты же понимаешь. В этом.

– «Ну. Ты же понимаешь. В этом»? Что это должно означать?

Но Сара не улыбнулась в ответ. Еще секунду Алекс озадаченно смотрел на нее, потом легко прижался губами к ее губам и в то же время начал гладить ее грудь снизу вверх волнующими полукруглыми движениями, с каждым разом захватывая все больше и больше нежной бархатистой кожи. Ее губы раскрылись, но он удержался от соблазна проникнуть языком внутрь.

– Так в каком же деле ты никуда не годишься? В этом? – прошептал он.

Она беспокойно задвигалась, крепче прижимаясь к нему. Но, сколько она ни выгибалась, сколько ни взывала к нему всем телом, лукавая игра его руки упорно не затрагивала сосок.

– В этом? – Он легонько прикусил ее губу. Сара снова застонала, схватила его руку и подтянула ее выше. Он воспользовался сразу всеми десятью пальцами, успокаивая напрягшийся от возбуждения тугой розовый бутон. Она заметалась еще сильнее, волосы рассыпались по простыне шелковистой волной.

– Интересно, кто тебе внушил, будто ты никуда не годишься в этом деле? – тяжело дыша, сумел выговорить Алекс.

Саре захотелось смеяться. Незнакомое счастье стремительно и неудержимо разрасталось в ее груди, а вместе с ним все ближе подступало ощущение новой, невообразимой и опасной свободы.

– Я люблю тебя, Алекс! Я так давно хотела тебе это сказать!

Он обхватил ее обеими руками и перевернулся на кровати, увлекая ее за собой с таким расчетом, чтобы она оказалась наверху. Они целовались до тех пор, пока Сара не начала задыхаться. Она оседлала его и выпрямилась, провела руками по волосам и облизнула губы, все еще хранившие вкус его поцелуев.

– Я только одного не понимаю: почему на тебе до сих пор столько одежды, – проворчал Алекс.

Он потянул за ленточку, ее панталоны спустились вниз. Никогда в жизни его взору не открывалось более соблазнительное и волнующее зрелище, чем полуголая Сара в чулках и спущенных панталонах, сидящая верхом на его бедрах. В один и тот же момент они потянулись друг к другу и опять перекатились на постели.

Полотенце соскользнуло с бедер Алекса. Сара взглянула вниз и пробормотала нечто нечленораздельное. Ему безмерно польстил ее зачарованный взгляд. Безо всяких церемоний он освободил ее от остальной одежды, а потом склонился над ней. Беспокойно ищущие пальцы нащупали заветный холмик, и он сразу понял по теплому, влажному ощущению, что она готова.

– Дорогая, – прошептал Алекс и скользящим движением плавно проник в нее.

Сара оцепенела и едва удержалась, чтобы не поморщиться.

Алекс замер.

– Сара? Тебе больно?

Она помедлила, потом сказала:

– Нет… нет.

Такое неподдельное удивление слышалось при этом в ее голосе, что Алексу стало не по себе.

– Послушай, – сказал он, обхватив ее лицо ладонями и внимательно глядя на нее. – Если когда-нибудь что-то тебе будет неприятно, ты должна мне сразу сказать.

Она кивнула.

– Обещаю.

Сара ласково улыбнулась, пряча от него глубокую печаль, стрелой пронзившую ей сердце. «Если когда-нибудь…» Бедный Алекс! Он еще не мог в это поверить, но она-то знала, что другого раза у них не будет. Только здесь и сейчас.

– Люби меня, Алекс, – попросила Сара. – Люби меня.

Шепча ее имя, он начал двигаться внутри нее – сначала медленно и плавно, возбуждая ее скользящими ударами. Его глубокие, горячие поцелуи поглотили ее целиком; она обо всем на свете позабыла, осталось одно лишь ощущение тела, отданного ему безраздельно. Никогда раньше Сара ничего подобного не испытывала и даже поверить не могла, что бывает так хорошо.

– Алекс, это бесподобно…

Он был с ней совершенно согласен, хотя и знал, что до полного блаженства ей еще очень далеко.

– Тебе нравится так или ты предпочитаешь что-то другое? – спросил он, не отрываясь от ее губ.

– Что ты имеешь в виду?

– Скажи мне, чего ты хочешь, любовь моя.

– Я понятия не имею, о чем ты говоришь, – смущенно призналась Сара. – Я же тебе говорила: в этом деле я никуда…

– Замолчи. – Алекс нежно поцеловал ее, мысленно проклиная ее мужа на чем свет стоит. – Сара, ты хоть раз в жизни кончала?

– Кончала?

– Ну… ты испытывала оргазм?

– А-а, вот ты о чем. Нет, не думаю. Хотя… может быть. Я не вполне уверена.

Она залилась мучительной краской неловкости. Сначала все шло так хорошо, а теперь она почувствовала себя беспомощной, неуклюжей и глупой. Ей стало стыдно. Когда Алекс отодвинулся от нее и лег на бок, ей даже захотелось плакать.

– Я никуда не гожусь, верно? Мне очень жаль. Я так и знала…

Алекс снова ее поцеловал, чтобы она замолчала. Наклонившись над ней и опираясь на локоть, он сказал:

– Ты хоть понимаешь, как прекрасно твое тело? У тебя потрясающе красивые ноги, Сара, сильные и длинные, великолепной формы.

Он говорил, а сам тихонько поглаживал ее бедра.

– Удлиненные, изящные.

Они оба посмотрели вниз на ее ступни. В смущении Сара непроизвольно поджала пальцы на ногах.

– Или взять, к примеру, вот эту линию бедра. Она прелестна…

Алекс провел ладонью от впадинки на талии вниз к плавному изгибу бедра.

– Никакой вульгарной пышнотелости, лишь утонченная женственность. Как раз то, что нужно. – Его рука скользнула ей на живот.

– Многие женщины пошли бы на преступление, чтобы заполучить такой живот. – Его рука снова поползла.

– Ничего более прекрасного я в жизни своей не видел.

Ошеломленная, с широко раскрытыми глазами, Сара лежала неподвижно. Ей хотелось смеяться, но она была как будто в трансе. Широко раскрытыми пальцами Алекс проводил по внутренней стороне ее бедер снизу вверх, слегка задевая при каждом взмахе треугольник мягких вьющихся волос. «Интересно, что он скажет об этом месте?» – как в тумане подумала Сара.

Ничего. Он ничего не сказал, но продолжал держать руку на этом месте, даже когда его внимание переместилось на ее грудь. Он поцеловал соски и вслух отдал им должное:

– Какая красивая грудь, Сара. Но даже этот сукин сын должен был хоть разок сказать тебе об этом.

– Алекс…

– Прости. Прости. Но это все равно что отправиться на экскурсию в Большой Каньон, а потом не сказать никому, что вид был впечатляющий.

Сара громко фыркнула, и этот откровенный, совсем неподобающий благовоспитанной английской леди смешок заставил Алекса расхохотаться во весь голос. Они звонко поцеловались, соединив две улыбки в одну. Она почти забыла о его руке, но та ожила у нее между ног как раз в эту самую минуту. Иногда, очень редко, Бен ласкал ее вот так. Нет, не так. Совсем не так, ни капельки не похоже. Она дернулась, напряглась…

– Алекс!

Нет, уж на этот раз он точно знал, что не делает ей больно. Это была не боль, ее просто ошеломили новизна и непривычность ощущений. Алекс упорно продолжал свое дело, не сводя с нее глаз, предвосхищая каждый отклик. Но Сара никак не могла дать себе волю. Дважды он подводил ее к самой грани, и оба раза она останавливалась – в буквальном смысле физически замирала на пороге, словно боялась того, что должно было последовать. Как будто подвергалась страшному риску, грозившему слишком опасными и непредсказуемыми последствиями.

– Сара, – прошептал он, целуя ее шею. Она молчала, не могла говорить.

– Я собираюсь поцеловать тебя здесь.

Ее глаза широко раскрылись. Его не переставшие двигаться пальцы яснее ясного подсказали ей, что он имеет в виду.

– Алекс… – беспомощно вздохнула Сара. У нее не было ни сил, ни желания воспротивиться ему, когда он развел ее бедра широко в стороны и прижался ртом к тому месту, которое до этого щекотал пальцами. Сара опять застонала, да так громко, что он засмеялся от радости, и она ощутила этим самым местом его дыхание, шумное и прерывистое.

53
{"b":"11402","o":1}