ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Карма любви. Вопросы о личных отношениях
Цирк семьи Пайло
Вспомни меня
Менеджер трансформации. Полное практическое руководство по диагностике и развитию компаний
Твое сердце будет моим
Маленькая жизнь
Черный лебедь. Под знаком непредсказуемости
Мертвый ноль
Пищеблок
A
A

– Что тебе в нем понравилось?

Сара прижалась к его плечу.

– О Алекс… Я была так молода… и так невежественна. Его упрямство представлялось мне настойчивостью, его хамство и нетерпимость – энергией и напором. Он был американцем и поэтому казался мне волнующим незнакомцем, немного дикарем. Первопроходцем. Человеком с передового рубежа. Я не знаю, это трудно объяснить. Возможно, мне импонировала наша полная противоположность, но все это продолжалось недолго, и через несколько недель иллюзия окончательно развеялась.

Они дошли до скалистой границы пляжа, где нагромождение обточенных морем валунов преграждало путь, нашли сухой плоский камень вне досягаемости подступающего прилива и сели.

– Бен приехал в Сомерсет почти сразу же после нашей первой встречи. Не припомню, чтобы я его приглашала; возможно, это сделала моя мать. Все эти детали выпали у меня из памяти. Как бы то ни было, сделка между ними была заключена с молниеносной скоростью.

Бен предложил ей пятьдесят тысяч фунтов единовременно в качестве предоплаты за меня, а потом по десять тысяч в год на протяжении всей ее жизни.

До Алекса доходили слухи о том, что «предоплата» составляла двадцать тысяч фунтов, и теперь у него мелькнула абсурдная мысль: хорошо, что ее оценили дороже. Он взял Сару за руку, ясно различая страдание, сквозившее под циничной насмешкой в ее голосе.

– Для нее это было целое состояние, для него – гроши. Она приказала мне выйти за него замуж. Я так и сделала. Отчасти для того, чтобы уехать от нее подальше.

Сара помолчала, потом устало прислонилась к нему, чтобы перевести дух. Алекс молча привлек ее к себе.

– Мы поженились в Нью-Йорке, – возобновила она свой рассказ. – Медовый месяц оказался коротким. По правде говоря, он закончился уже во время свадебной церемонии, на которую никто из приглашенных им и Минни сиятельных особ так и не явился. Именно с этого момента Бен впервые начал догадываться, что разработанная им блестящая стратегия продвижения в обществе дала сбой. Разумеется, он всю, вину возложил на меня. После венчания мы поехали в Италию. Флоренция и Рим. Вот там-то я и получила ответы на многие из своих наивных девичьих вопросов. Нет, мой муж меня не любил. Нет, я его тоже не любила. Наш брак был деловым соглашением, и мы оба вскоре заподозрили, что эта сделка обернется катастрофой для нас обоих.

– И ты сразу же забеременела?

– Да, почти сразу же. И слава богу – я убеждена, что если бы не Майкл, я сошла бы с ума. Но сначала были эти ужасные месяцы в Нью-Йорке после возвращения из свадебного путешествия. Нам прислали несколько приглашений, но все они были от таких же разбогатевших выскочек, как сам Бен. Он не желал с ними знаться. Поэтому он посоветовал мне вести себя более наступательно. Он приказал мне – восемнадцатилетней новобрачной, оказавшейся в чужой стране без друзей и знакомых, – наносить визиты Дрекселям и Уильяму Уитни, оставлять карточки, посылать приглашения Брэдли Мартинам на чай и на обед, просить миссис Генри Фиппс сыграть со мной в бридж или прокатиться верхом в Центральном парке.

Алекс прижался виском к ее виску.

– Бедная Сара.

– Да, это было ужасно. А главное – нечего и говорить – все это ни к чему не привело. Когда я в слезах рассказывала Бену обо всех перенесенных унижениях, о дверях, захлопнутых у меня перед носом, он приходил в бешенство. Он совершенно искренне не мог понять, где и в чем он допустил ошибку. Бог ему свидетель, он совершил честную сделку: заплатил денежки и получил в жены английскую аристократку. Стало быть, во всем виновата я одна. Он решил, что я нарочно что-то делаю не так, чтобы ему навредить. Он…

– …наказывал тебя, – мрачно предположил Алекс.

– Мы оба наказывали друг друга. Мы оба чувствовали себя разочарованными и обманутыми, мы оба вели военные действия, каждый по-своему. Иногда я нарочно вызывала его на ссору, потому что только озлобление помогало мне ощутить себя живой. Я была ему плохой женой. Была и осталась.

– О, ради бога!

– Это правда. Его обвинения по большей части верны. Я действительно холодная, неженственная, эгоистичная, высокомерная…

– Все это неправда, не будь дурочкой. Ты возводишь на себя напраслину.

– Ты меня любишь – откуда тебе знать?

– Я точно знаю, потому что люблю тебя.

Сара не знала, смеяться ей или плакать. Ей больше не хотелось говорить о Бене. Алексу тоже. Он сунул руки внутрь ее халата – своего халата, который она накинула поверх его рубашки и своих батистовых панталончиков. Получился потрясающий костюм. Кушак развязался, и она набросила халат на плечи Алексу, укрыв и его, и себя широкими серыми крыльями.

– Если бы ты знал, что все это значит для меня, Алекс, любовь моя.

– Но я знаю!

– Нет, ты не можешь знать. Иметь возможность рассказать тебе обо всем… быть здесь с тобой, прикасаться к тебе вот так, чувствовать себя свободной…

Проклиная себя за глупость, Сара заплакала. Алекс отвел в сторону ее растрепавшиеся на ветру волосы, уткнулся губами в нежную шею и принялся шептать какие-то бессвязные слова утешения. Она ощутила, как в груди у нее распускается горьковато-сладкий цветок счастья. Его руки обхватили ее грудь, поцелуи начали обжигать ей кожу. Все изменилось так быстро, что она не успела даже заметить, как мгновенно и неожиданно воспламенилось ее тело.

– Ты сводишь меня с ума, – удивленно заметила Сара. – Я хочу сказать… в буквальном смысле…

Связная речь давалась ей с трудом, и вскоре она оказалась неспособной произнести что-либо более вразумительное, чем: «Алекс, прошу тебя, да, о боже…» Ее задрожавшие руки обвились вокруг его шеи. Серый халат по-прежнему укутывал их обоих; под его покровом Алекс расстегнул пуговицы рубашки и обнажил грудь Сары. Она выгнулась, прижимаясь к нему еще теснее, потом откровенно бесстыдным, призывным движением перебросила ногу ему через колени, смутно удивляясь самой себе.

Стало быть, муж называл ее холодной и неженственной? Алекс провел губами по ее тонкой коже, упиваясь неистовым биением пульса. Он нашел грудь и медленно втянул ее в рот, посасывая ритмично, как младенец, пока она стонала и впивалась ногтями ему в спину – божественное ощущение, прекратившееся только тогда, когда он поднял голову и удивленно сказал «Ого!», Сара смутилась и перестала его царапать.

– Сара, – прошептал Алекс, – прекрасная Сара, ты когда-нибудь занималась любовью под открытым небом?

Она никак не могла унять дрожь, и это было странно, потому что ее кожа пылала, где бы к ней ни прикасались его губы.

– Я вообще никогда и нигде не занималась любовью до сегодняшнего вечера.

Алекс поцелуями заставил ее закрыть глаза, зато губы у нее открылись сами собой. Он подтянул и перебросил через свои колени ее ноги; откинувшись назад, Сара почувствовала лопатками холодный твердый камень.

– Я знаю одно подходящее место. – Его рука, поглаживающая ее между ног, заставила Сару зажмуриться и томно вздохнуть.

– Вечно ты все знаешь, – проворчала она. Алекс хрипло рассмеялся.

– Нет, правда. Вот там, на песке. – Он неопределенно мотнул головой куда-то в сторону. – Твоей прелестной попке там будет удобнее, чем на этом камне.

– Разве мы на камне? А я-то думала – на облаке.

Он подхватил ее на руки и встал: ему вдруг расхотелось разговаривать и предаваться нежностям. Сара уцепилась за него, мгновенно проникнувшись его желанием поторопиться. Ей было все равно, где он овладеет ею; голова у нее кружилась, но так чудесно было закрыть глаза, спрятать лицо у него на шее и позволить ему нести себя куда угодно.

Идти пришлось недалеко. Песок тянулся ровной полосой и в нескольких шагах выше линии прибоя был уже совершенно сухим. Алекс нашел ровное место, опустился на колени и уложил Сару на мягкое ложе, освещенное серебристым светом луны. Его охватило лихорадочное нетерпение, когда висящие свободными складками полы халата разошлись, открыв ее восхитительную наготу. Но его руки, обхватившие ее лицо, были нежны, а голос зазвучал ровно, когда он сказал ей:

58
{"b":"11402","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Клинок убийцы (сборник)
Противостояние. 5 июля 1990 – 10 января 1991. Том 2
Побег из лагеря смерти
Черное озеро 2
Самый счастливый развод
Вектор силы
Обрученные холодом
Павлова для Его Величества. Книга 2
Сокровища глубин