ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Риордан открыл глаза и посмотрел на нее.

Он протер глаза каким-то странным, как будто усталым жестом и уронил руку на простыню, потом вновь взглянул на нее и на этот раз нахмурился. И заморгал. Покачал головой и опять протер глаза. Немного приподнялся на локтях. Откашлялся и нерешительно спросил:

– Касс?

– Привет, Филипп. Я пришла попрощаться.

Отступив на шаг назад, Кассандра сложила руки на поясе, чтобы он не заметил, как они дрожат. Ее глухой надтреснутый голос даже ей самой показался чужим.

– Я… не знала, что ты так тяжело болен. Если бы знала… я бы сюда не пришла.

Он приподнялся еще немного выше, хотя движение явно причиняло ему боль.

– Касс? – повторил он.

Она думала, что стать бледнее уже невозможно, но ему это удалось. Ей стало страшно за него, но она спрятала страх за гневными словами.

– Похоже, ты стольким людям рассказал о моей смерти, что и сам в нее поверил!

Риордан судорожно втянул в себя воздух, его глаза загорелись неистовым светом.

– Касс! – хрипло воскликнул он, откидывая одеяло.

Его голые ноги, выглядывающие из-под рубахи, показались ей такими беззащитными, что ее сердце едва не растаяло. Усилием воли Кассандра заглушила в душе порыв нежности, но, как только поняла, что он собирается подняться, бросилась к нему и попыталась осторожно уложить обратно на постель.

Он вцепился ей в плечи и не отпускал, сколько она ни старалась высвободиться. Вид у него был такой, словно в него ударила молния.

– Умоляю, скажи мне, что я не сплю, – прошептал он. – Я столько раз тебя видел… Скажи мне, что это не во сне, Касс.

Обхватив ладонями ее лицо, Риордан попытался притянуть ее к себе, но Кассандра взяла его за запястья и оттолкнула. Слава Богу, жизнь ее кое-чему научила. Теперь ей хватало ума, чтобы не позволить ему к себе прикасаться.

– Это не во сне, – решительно отрезала она, вновь попятившись от него. – Остановись, Филипп! Прекрати. Не надо!

Но он не желал останавливаться. Он вновь отбросил одеяло и попытался встать.

– О, черт! – с досадой воскликнула Кассандра, опять подходя к нему. – Ты не должен вставать! Ложись в постель! Нет, перестань…

Но Риордан, сидя на краю кровати, уже успел обхватить ее не только руками, но и коленями, и теперь вознамерился совершить более трудный подвиг: пожирал ее глазами и одновременно пытался зарыться лицом в ее волосы.

– Не двигайся, Касс, – простонал он. – Ты делаешь мне больно.

Кассандра наконец перестала сопротивляться.

– Будь ты проклят!

Она говорила, почти рыдая, и изо всех сил старалась стоять по стойке «смирно», но не удержалась и обняла его за плечи.

– Погоди минутку. Помолчи. Не надо меня проклинать, любовь моя.

– Я буду проклинать тебя до самой могилы, Филипп Риордан! Чтоб тебе век гореть в аду!

Все ее тело охватил неудержимый озноб. Она жадно вдыхала запах его волос и чистой кожи, в то же время содрогаясь от жгучего стыда при мысли о том, что теперь он ощущает ее слезы у себя на щеке.

– Касс, Касс, – приговаривал он, задыхаясь, – мне кажется, я понимаю, что случилось. Но подожди, дай мне сначала обнять тебя.

Его сердце было так переполнено счастьем, что сил не хватало на объяснения. Закрыв глаза и обхватив ладонями ее лопатки, тоненькие, как голубиные крылышки, Риордан прижал ее к себе, насколько позволяла рана в груди, и почувствовал, как долгие судороги пробегают по ее телу. Немного ослабив объятия, он отстранился и посмотрел на нее. В ее глазах было столько боли, что сердце у него сжалось.

– Я так люблю тебя, – прошептал он. Она вздохнула и отвернулась.

– Довольно, Филипп. Прошу тебя, хватит лгать.

Риордан запустил пальцы ей в волосы и заставил ее посмотреть на себя. Он должен был задать один вопрос.

– Уэйд… мучил тебя?

Кассандра крепко зажмурилась и вновь открыла глаза.

– Да, – прошептала она. – Но он не сумел меня изнасиловать. Пытался, но не смог.

Больше она ничего не могла ему сказать. Он смотрел на нее таким взглядом, что ей захотелось его утешить, хотя это само по себе казалось невероятным. Ее пальцы невольным жестом коснулись его щеки в мимолетной ласке.

– Послушай меня, – сквозь зубы проговорил Риордан. – Куинн сказал мне, что ты умерла. Я бы не поверил, но… я сам видел, как ты висела в петле.

Содрогаясь от страшного воспоминания, он осторожно расстегнул стоячий воротник ее платья и отогнул его книзу от горла. На нежной коже отчетливо виднелся багровый рубец, при виде которого на глазах у Риордана выступили слезы.

– О, милая Касс…

Она заморгала, не веря своим глазам. Неужели он плачет из-за нее? Нет на свете ничего страшнее надежды. Уж лучше вообще ничего не чувствовать. И все же… он сказал…

– Куинн сказал тебе? – растерялась она. – Куинн…

– Сказал мне, что ты умерла. Мне тоже хотелось умереть.

– Но… он говорил, что ты хотел попрощаться. Он сказал, что ты живешь у Клодии. Передал мне денег от тебя и сказал, что я должна уехать!

Риордан застонал и крепко притянул ее к себе.

– Все это ложь. О Господи, я же думал, что ты умерла! Продолжая удерживать ее, он просунул руку между их телами и прижал ладонь к ее сердцу. Оно неслось вскачь, обгоняя мысли.

– Филипп, – всхлипнула она, – значит, это все не правда? И мы на самом деле женаты?

Он поцеловал ее там, где только что была его ладонь, потом поднял голову. Ему не было нужды отвечать, она увидела правду, сияющую в его глазах.

– Дорогой мой… любимый… Прости меня, я должна была тебе верить.

Риордан осторожно коснулся пальцами ее губ, заставив их раскрыться, и поцеловал ее. Теперь уже ее дрожь передалась и ему. Он обхватил ее груди, все время ощущая на губах ее колеблющееся дыхание.

– Да, ты должна была мне верить, – прошептал он, глядя, как темнеют ее глаза при каждом новом поцелуе. Пальцы Кассандры крепко впились ему в плечи.

– Но он показал мне твое письмо! – воскликнула она, вдруг опомнившись. – Ты назвал Клодию своей «обожаемой» и подписался «с любовью». И ты поехал к ней!

Она оттолкнула его:

– Разве не так?

Он вздохнул:

– Да, но…

Неожиданно Кассандра прижала пальцы к его губам.

– Мне все равно. Ничего не говори. Это не имеет значения. Главное, что ты меня любишь.

Уголки его рта дрогнули в веселой улыбке. Интересно, надолго ли хватит ее великодушия?

– Я непременно все тебе объясню; мне очень важно, чтобы ты все поняла. Но только не сейчас. Сейчас я хочу обнять тебя.

Они прижались друг к другу, обмениваясь тихими ласками. Их вздохи смешивались, и они прислушивались к ним, как к чуду. Кассандра коснулась губами его лба и закрыла глаза. Риордан покрывал ее шею поцелуями, отодвигая в сторону волосы и широко открывая рот, словно хотел проглотить ее целиком. Потом он попросил:

– А не могли бы мы лечь, милая? Я уже целую неделю не сидел так долго.

– О!

Она чуть не отпрыгнула в сторону.

– Ты тяжело ранен, Филипп? Я думала, это ты умер, пока Куинн мне не сказал. Я видела, как ты упал, и потом…

Она не могла продолжать.

– Нет-нет, – заверил Риордан, взяв ее за руку, – просто я потерял много крови. Доктор сказал, что Уэйд впопыхах, должно быть, плохо зарядил пистолет.

Он взмахнул рукой, резко меняя тему разговора.

– А ты не хочешь лечь вместе со мной? Ты ведь тоже больна!

Представив себе, как они вдвоем будут выздоравливать, лежа бок о бок в своей большой постели, Риордан радостно усмехнулся.

– Только сначала сними платье, Касс, а то тебе… будет слишком жарко.

– Ты безбожный соблазнитель! У тебя нет ни капли совести.

Кассандра не удержалась от улыбки, хотя на щеках у нее все еще блестели слезы. Подоткнув одеяло с его стороны постели, она выпрямилась и бросила на него грозный взгляд.

– Если я разденусь, ты обещаешь вести себя хорошо?

– Нет, – живо отозвался Риордан. – Но поскольку я почти не могу двигаться, тебе ничто не угрожает. Увы, увы!

103
{"b":"11404","o":1}