ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Риордан внезапно замер, не застегнув и половины пуговиц.

– Что ты имеешь в виду? Какого рода женщины? – спросил он очень тихо, Куинн взглянул на него с удивлением.

– Ты прекрасно знаешь, какого рода женщин я имею в виду. Я думал, ты давно уже бросил эту привычку. Слушай, а ты часом не пил вчера вечером?

– Нет! – яростно возразил Риордан.

– Слава Господу хотя бы за это, Риордан повернулся кругом и в полном молчании завязал шейный платок, потом сел и принялся натягивать чулки.

– Из этой затеи все равно ничего бы не вышло, – начал оправдываться он. – Политика для этой девушки – просто темный лес. Ей ни за что на свете не убедить Уэйда, будто ее интересует революция.

– Это можно было бы исправить. В конце концов, она вовсе не глупа.

Риордан пожал плечами.

– Ничего не выйдет. Уэйд раскусил бы ее в минуту, – убежденно заявил он.

– Оставим на время ее политические взгляды. Какое у тебя сложилось впечатление о ней? Хватило бы ей… ну, скажем, обыкновенной житейской хитрости, чтобы задурить ему голову?

На этот раз Риордану потребовалось много времени для ответа. Он надел башмаки, застегнул на себе жилет и камзол, потом провел пятерней по волосам, глядясь в зеркало на распахнутой дверце гардероба, и наконец вновь повернулся кругом,

– Я не уверен.

Куинн нахмурился.

– Что значит «не уверен», Филипп? Именно это ты и должен был выяснить вчера вечером! Ты не забыл? – Он испустил возмущенный вздох. – Ты согласен со мной в том, что она не безнадежная дура?

– Да, безусловно.

– Сумела бы она убедить Уэйда в том, что расправа с отцом ее возмущает? Что она затаила злобу?

Риордан помедлил.

– Да, пожалуй. Думаю, да, – неохотно согласился он.

– Смогла бы она соблазнить его?

Мрачная мина на лице Риордана стала еще чернее. Ему многое хотелось сказать в ответ на этот вопрос, но в конце концов он лишь невесело рассмеялся.

– О, безусловно.

– Отлично. После того что она проделала вчера с тобой, нам уже известно, что с ее стороны возражений не будет. Она готова его соблазнить. По крайней мере в этом ты преуспел. – Куинн задумчиво посмотрел на друга. – Ты выглядишь расстроенным, Филипп. Тебя что-то смущает?

– Нет.

– Вот и хорошо. Который час?

Риордан рассеянно ухватился за пустой жилетный карман, потом подошел к бюро красного дерева и раскрыл стоявшую на нем ювелирную шкатулку.

– Четверть пятого, – ответил он, пряча в карман часы, – она опаздывает. Вчера вечером она тоже опоздала, Оливер. Мне кажется, она нам просто не подходит.

– Из-за того, что она не пунктуальна?

– Да нет, дело не в этом. Она слишком… – Риордан замялся, не в силах подобрать нужное слово. – Юная, – сказал он наконец, хотя имел в виду совсем не это.

Куинн послал ему долгий испытующий взгляд. Риордан вздохнул с облегчением, когда в раскрытых дверях гардеробной опять появился Уокер.

– Мисс Мерлин здесь, сэр. Я провел ее библиотеку.

– Спасибо.

Хозяин дома перевел взгляд на Куинна.

– Итак?

Его старший товарищ покинул гардеробную первым. Риордан последовал за ним через спальню, по коридору и вниз по ступеням.

Кассандра так сильно нервничала, что не могла усидеть на месте, и, вскочив со стула, на который ее усадил молодой человек по имени Уокер, принялась мерить шагами просторную, залитую солнцем, обшитую дубовыми панелями библиотеку, как только за ним закрылась дверь. Натертый до блеска паркетный пол покрывали толстые и красочные турецкие ковры; окна со старинными створчатыми переплетами выходили в небольшой, но очаровательный сад. Впрочем, на противоположной стене имелось еще одно окно с видом на улицу. Высокий резной потолок был украшен, по ее предположению, сценами из античной жизни; в нишах вдоль стены стояли бюсты, несомненно, представлявшие великих мыслителей, из которых она не узнала ни одного. Витавший в воздухе запах тисненой кожи напомнил ей библиотеку мадам Клеман, директрисы самого последнего института для благородных девиц, в котором ей довелось учиться. Вкупе с воспоминаниями этот запах вызвал у Кассандры легкую тошноту.

Бесцельно переходя с места на место, она невидящим взглядом рассматривала большие географические карты в рамах, развешанные на стенах, потом толкнула огромный глобус на подставке, и он закрутился вокруг собственной оси. Сама же она тем временем опять подошла к окнам в сад. Ей впервые пришло в голову поинтересоваться, чем Риордан зарабатывает себе на жизнь. Возможно, ничем: обладателям таких больших и роскошных особняков вовсе не обязательно работать. Кругом царила полная тишина, хотя дом находился в самом центре фешенебельного района Мэйфер. В оконной нише стояла уютная, обитая бархатом банкетка без спинки, но с двумя боковыми валиками, а на ней лежал альт в раскрытом футляре. Кассандра наклонилась и провела по струнам кончиками пальцев. Интересно, кто на нем играет?

В коридоре послышались шаги. Кассандра поправила прическу (тугой и строгий узел волос на затылке) и разгладила юбки нарочито скромного шелкового платья серовато-сизого цвета. Ужасно не хотелось выбираться из укромного уголка оконной ниши и выходить на середину комнаты, чтобы приветствовать трех суровых на вид господ. Ей пришлось собрать в кулак всю свою смелость.

– А вот и вы, мисс Мерлин! – приветствовал ее Куинн. – Вы уже знакомы с Джоном Уокером, секретарем Филиппа?

Она ответила утвердительно и еще раз кивнула светловолосому молодому человеку, мысленно спрашивая себя, зачем Риордану мог понадобиться секретарь. Ей также показалось странным, что обряд приветствия и представления присутствующих друг другу взял на себя Куинн. Разве это не дом Риордана?

Задержав в груди дыхание, она впервые позволила себе искоса бросить на него беглый взгляд и не различила почти ничего, кроме желтоватого камзола и коричневых панталон. И еще она успела заметить настороженное выражение у него на лице. Куинн пригласил ее сесть; Кассандра заняла место на том же стуле с бархатным сиденьем и высокой спинкой, что еще раньше предложил ей Уокер. Сам Куинн опустился на такой же стул рядом с ней, а мистер Уокер спросил, должен ли он вести протокол. Риордан отрицательно покачал головой и присел на край большого письменного стола лицом к ней.

Кассандра мучительно остро ощущала его присутствие, каждое его движение. Вот он отклонился назад, опираясь на руки и вытянув вперед длинную ногу. Она отвернулась, но уголком глаза все же отметила, как рельефно обрисованы его мощные мускулы чулками и панталонами. Куинн заговорил. Она изо всех сил пыталась сосредоточиться на его словах, но вместо этого вдруг стала вспоминать, с какой необыкновенной нежностью поцеловал ее Риордан всего несколько часов назад. Вопреки ее собственной воле ее взгляд медленно переместился от Куинна к Риордану.

Его глубокие синие глаза заворожили ее. В них больше не было насмешки, но они смотрели пытливо, словно хотели прочесть в ее лице ответ на какой-то вопрос. Его щеки светились бледно-розовым румянцем. Кассандра вообразила, как он бреется или его бреют, и интимный смысл этого обычного житейского образа взволновал ее с необъяснимой силой. Она вдруг заметила, что он смотрит на ее рот, и кровь горячей волной прокатилась по всему ее телу. Она попыталась отвернуться, но это было невозможно. В ушах у нее стоял шум, напоминавший гул водопада, перед глазами все расплывалось, кроме его лица, такого красивого, что смотреть было больно. Наконец голос Куинна – пронзительный, почти сварливый – вернул ее к действительности.

– Ты меня слышал, Филипп?

– Каждое слово, Оливер, – солгал Риордан.

При свете дня Касс Мерлин была столь же хороша, нет, пожалуй, даже еще краше, чем вчера вечером. Его собственное поведение перестало казаться ему таким уж безумным. И вообще настроение у него заметно улучшилось.

– И я с тобой совершенно согласен: мне действительно следует извиниться перед мисс Мерлин.

Он поднялся на ноги и отвесил небольшой поклон.

19
{"b":"11404","o":1}