ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Сдаюсь! Уложила на обе лопатки. Однако «невинной мишенью», как ты выразилась, я являюсь лишь с недавних пор. Долгое время моя скверная репутация была вполне заслуженной.

– Меня это ничуть не удивляет, – отрезала Кассандра, отворачиваясь от него и уставившись в окно.

Ей следовало бы догадаться, что он не сумеет удержаться в границах приличий хоть сколько-нибудь долгое время. И все же она была заинтригована. Ей хотелось побольше разузнать о его семье, об отце-сифилитике и о матери с ее многочисленными любовниками. А также о его взаимоотношениях с Куинном и о том, каким образом старик спас ему жизнь.

– Мы въехали на Пэлл-Мэлл [20], Касс. Хочешь, выйдем здесь и пройдемся пешком?

Кассандра холодно кивнула в ответ, и Риордан приказал кучеру остановить экипаж.

– Отправляйтесь к южному входу в парк, Трипп, и подождите нас там, – велел он, когда они вышли. – Мы будем там примерно через час.

Карета отъехала, и он вежливо предложил Кассандре руку, явно давая понять, что готов вновь вести себя примерно. И опять ей пришло в голову, что с ним легко идти в ногу. Они напоминали пару старых друзей, а не настороженных, враждебно настроенных друг к другу незнакомцев, какими являлись на самом деле. Со стороны можно было даже подумать, что они сговорились насчет одежды: ее голубовато-серое муслиновое платье идеально подходило к его шелковому жилету цвета лаванды.

Они шли, легко и непринужденно болтая о повседневных вещах. Риордан показал ей свой клуб, внушительное старинное здание, от которого прямо-таки исходил дух привилегированности, а также еще целый ряд прославленных закрытых заведений для джентльменов, расположенных по обе стороны улицы. Когда подошли к парку, Риордан предупредил, что они, вероятно, наткнутся на кого-нибудь из его друзей, и в этом случае ему придется фамильярным жестом обнять ее за плечи или за талию.

– Только для того, Касс, чтобы создать иллюзию ten-dresse [21] между нами. Мне не хотелось бы, чтобы это застало тебя врасплох.

Кассандра пристально заглянула ему в лицо, пытаясь понять, не шутит ли он, но оно было непроницаемым, как у игрока в покер.

– Я сделаю все возможное, чтобы не отшатнуться в ужасе. Ведь это сорвало бы все наши планы, – бросила она в ответ в таком же тоне.

После этого прогулка возобновилась в полном молчании. Каждый думал о своем.

– Мне вдруг пришло в голову, что мы можем встретить самого Колина Уэйда, – внезапно предупредил Риордан. – Если это произойдет, я кивну ему, и мы пойдем дальше. Я еще не готов познакомить тебя с ним.

Кассандра молча согласилась, что она тоже к этому еще не готова.

– Значит, вы с ним знакомы?

– Вот именно знакомы. Мы не друзья.

– Что он собой представляет? Мистер Куинн почти ничего мне не сказал.

– Уэйд? Светловолос. Хорош собой – во всяком случае, таково мнение знакомых мне дам. Его легко представить себе в тоге и на котурнах. Он усвоил неторопливую манеру поведения, томные плавные жесты. Когда говорит, любит складывать вместе кончики больших и указательных пальцев. Как будто священнодействует.

Риордан продемонстрировал, как священнодействует Уэйд, но его попытка изобразить томную изнеженность провалилась самым плачевным образом, вызвав у Кассандры веселый смех.

– Поскольку этот жест обычно не имеет никакого отношения к сути того, о чем он говорит, можно смело считать, что таким образом Уэйд просто пытается привлечь внимание к красоте своих рук. Они, разумеется, и в самом деле хороши – такие длинные и белые.

– Постараюсь дать ему понять, что я под впечатлением.

– Он обожает пастельные тона в одежде (нечего и говорить, во всем остальном она безупречна). Совсем недавно на балу у Уолбриджа он появился в розовом жилете. В розовом! – Риордан недоуменно покачал головой. – По непонятной мне причине женщины находят его неотразимым, но он держит их на расстоянии и выбирает себе наложниц, как индийский раджа. Я бы сказал, что лучший способ привлечь его внимание – это польстить ему.

– А его жена? Что она собой представляет?

– Раньше она жила в его ланкаширском поместье, но теперь постоянно поселилась в Бате. Официальная версия гласит, что она инвалид, но ходят слухи, что она не в себе и страдает припадками буйного помешательства.

– Бог ты мой! – Кассандра с трудом пыталась усвоить все это на ходу. – Судя по тому, как ты его описываешь, он не похож на человека, которого интересуют революционные потрясения и политические убийства.

– Действительно не похож, но это ничего не значит. Говорят, что Гай Фокс [22] слыл среди всех своих знакомых добродушным, жизнерадостным и вполне умеренным парнем. К сожалению, люди, склонные к насилию, к политическим заговорам и убийствам, не всегда с виду похожи на театральных злодеев.

Кассандра что-то пробормотала в знак согласия, хотя понятия не имела, кто такой Гай Фокс.

Они остановились, чтобы полюбоваться пеликанами на канале, и Риордан бессознательно взял ее за руку.

– Уэйд – человек очень скрытный, о его частной жизни мало что известно. У него есть множество знакомых, но нет близких друзей. Он не высказывает публично свои политические взгляды; все известные нам сведения добыты путем кропотливой и тайной разведывательной работы. В 80-х годах, еще до своей женитьбы, он несколько лет прожил в Париже. Мы полагаем, что именно там он попал под влияние местных радикалов и усвоил от них свои анархические принципы. Вероятно, вначале все это выглядело вполне невинно: молодые горячие головы спорили о революции в модных кафе. Но сейчас дело приняло очень скверный оборот. Уэйд действительно намерен свергнуть английскую монархию.

– Правда, что он выдал правительству моего отца и его товарищей?

– Куинн тебе так сказал?

Кассандра повернулась к нему в ярости:

– Ты хочешь сказать, что это не правда?

Риордан поднял руку умиротворяющим жестом.

– Я этого не говорил. Вполне возможно, что правда. Просто наверняка ничего не известно, никто не может ничего доказать. От твоего отца и его приятелей не удалось добиться показаний против Уэйда, когда их арестовали. Они не назвали его имя, даже когда им сказали, что это он принес их в жертву. Просто я немного удивлен тем, что Оливер рассказал тебе об этом. Я знаю, он может показаться страшно бесцеремонным в достижении своих целей, но в душе он человек порядочный. Касс? Что случилось?

Ее лицо посерело. Как только Риордан произнес слова «добиться показаний», в голове у нее мелькнула страшная догадка, и всего остального она уже не слышала. Внутри у нее все оледенело. Ей хотелось замереть и никогда больше не двигаться: это отчасти помогало вытерпеть боль. Но Кассандра заставила себя заговорить. Все-таки лучше знать правду, чем мучиться неизвестностью до конца своих дней.

– Ты можешь мне кое-что сказать честно? – спросила она еле слышным дрожащим голосом.

Риордан смотрел на ее убитое горем лицо в полном замешательстве.

– Да, если это в моих силах. Касс, Бога ради, скажи мне, что с тобой?

Она судорожно сглотнула и перевела дух.

– Моего отца в тюрьме били?

Риордан тихо выругался и попытался ее обнять. Кассандра отшатнулась, но он крепко схватил ее за плечи.

– Послушай меня, милая.

– Его били, не так ли?

Как ни старалась она сдержаться, слезы хлынули у нее из глаз и потекли по щекам. Она позволила ему увести себя с дорожки в более укромное место в тени небольшой рощицы; когда он снова обнял ее, она уже чувствовала себя опустошенной и не оказала сопротивления, – О Господи, – рыдала Кассандра, заливая слезами его рубашку. – Я думала, он не захотел меня видеть, потому что не любил меня. Боже, Боже…

Он позволил ей выплакаться. Слова вперемешку с горестными рыданиями выходили у нее так невнятно, что он не понимал и половины. «Какая же она юная», – думал Риордан, обнимая ее и тихонько, успокаивающими движениями поглаживая по спине. Ее волосы щекотали ему рот, пока он шептал ей на ухо бессмысленные слова утешения, а ее тонкие руки, прижатые к его груди, напомнили ему вечер их первой встречи. На этот раз плотского желания не было, но каждой клеточкой своего естества он остро ощущал ее женственность.

вернуться

20

Улица в центральной части Лондона, на которой расположено несколько известных клубов.

вернуться

21

Нежные чувства (фр.).

вернуться

22

Главарь так называемого «Порохового заговора», устроенного католиками 5 ноября 1605 г. с целью убийства короля Якова I.

26
{"b":"11404","o":1}