ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Из библиотеки до нее сразу же донеслись разгневанные голоса. Кассандра обрадовалась появлению Уокера, который сразу же взял обязанности распорядителя на себя и увел господ в гостиную. Сама она направилась в библиотеку, все еще держа под мышкой ноты, купленные у уличного продавца баллад. Голоса становились все громче, пока она приближалась к двери. Уже взявшись за ручку, она услышала, как Куинн закричал:

– Ну так подумай об этом, подумай головой! Ради всего святого! Неужели ты не понимаешь? Если ты ее обрюхатишь, это сорвет весь наш план!

С побелевшим лицом Кассандра открыла дверь, переводя взгляд с одного на другого. Оба взглянули на нее с виноватым видом, и ей вспомнилось, какое лицо было у Риордана, когда она увидела его в витрине ювелирного магазина с Клодией.

– Касс!

Он подошел и взял ее за руку.

– У тебя посетители, Филипп, – сказала она, и голос ее дрогнул. – Они в гостиной. Это члены твоего комитета.

Он тихо выругался, потом обнял ее за талию и повернулся к Куинну.

– Оливер, я уверен, что ты захочешь сказать Касс, как ты счастлив был узнать о нашей свадьбе.

В комнате повисло тяжелое молчание. Кассандра судорожно сглотнула, чувствуя, что между мужчинами идет молчаливый поединок. Наконец Куинн слегка поклонился и растянул губы в подобии улыбки.

– Желаю вам… удачи.

Риордан сурово выпрямился.

– Это все?

Не успел Куинн ответить, как послышался стук в дверь, и в образовавшуюся щель просунулась голова Уокера.

– Сэр, члены комитета…

– Сейчас иду!

Риордан посмотрел на Кассандру, словно желая что-то внушить ей взглядом, но она так и не сумела понять, что означает выражение его глаз. Он крепко поцеловал ее в губы прямо на глазах у Куинна, потом отпустил и вышел из комнаты.

Минута прошла в молчании. Интересно, о чем думает Куинн? Ей вспомнились слова, услышанные из-за двери. Что это значит: он не хочет, чтобы они… При одной мысли об этом она вспыхнула. Молчание затягивалось, а ей ничего не приходило в голову: вряд ли его заинтересует разговор о ее свадебном путешествии. Сообразив, что она все еще держит в руках подарок для Риордана, Кассандра прошла к банкетке под окном и положила ноты рядом с его альтом.

– Лето кончилось, – заметила она наконец, провожая взглядом листья, опадающие с акаций в саду.

– Король Франции арестован вместе с семьей. Они в тюрьме.

Она ахнула и резко обернулась.

– Конвент сместил его с престола, сейчас он в Темпле. Вероятнее всего, его будут судить за измену и казнят.

– Поверить не могу! Король? И Мария-Антуанетта тоже?

Куинн кивнул. Кассандра покачала головой, стараясь осмыслить услышанное.

– А как это скажется на положении дел здесь? – робко спросила она, прислонившись к стене и заложив руки за спину.

– Англичанам не нравится, когда королей сажают в тюрьму. Эта новость окончательно уничтожит всяческие симпатии к революции в нашей стране, но она может подтолкнуть радикалов к отчаянным действиям.

– Филипп рассказал вам о том, что мне говорил Колин?

Он опять кивнул.

– В ноябре. Сейчас, как никогда, важно, чтобы вы не порывали связь с Уэйдом, мисс Мерлин.

– Я понимаю и… я согласна с вами. Но Филипп не хочет, чтобы я продолжала с ним видеться.

– И что из этого?

– Как что? Боюсь, мне придется подчиниться его желанию.

Кассандра посмотрела ему прямо в глаза.

– Он мой муж, мистер Куинн.

Что-то промелькнуло в его глазах, но так быстро, что она не смогла разобрать, что именно, хотя у нее осталось впечатление, что это странное выражение похоже на жалость. Он подошел к ней и протянул руку.

– Не могли бы мы присесть?

Кассандра удивилась, но позволила ему отвести себя к одному из обитых бархатом кресел, стоявших возле письменного стола Риордана. Сам Куинн опустился в такое же кресло напротив. Впервые за все то время, что она его знала, он выглядел смущенным. Его голос зазвучал сочувственно.

– Я знаю Филиппа уже много лет, мисс Мерлин…

– Я понимаю, как трудно вам назвать меня миссис Риордан. Может, будете называть меня просто Кассандрой?

На его аскетическом лице появилась усмешка.

– Спасибо за предложение. Хорошо, я постараюсь. Куинн посмотрел на свои руки.

– В душе Филипп хороший человек, – вновь начал он, – и я уверен, что в этом вы со мной согласитесь. Но у него было трудное детство, а неблагоприятное влияние семьи нелегко преодолеть. Некоторым людям приходится бороться с ним всю жизнь.

– Филипп не похож на других членов семьи, – возразила Кассандра.

Он грустно улыбнулся в ответ.

– Как бы я хотел, чтобы это было правдой, Кассандра. Мне очень жаль, моя дорогая, но я должен сообщить вам весьма неприятную новость.

– Я знаю о том, что он якобы пытался убить человека, мистер Куинн. Должна вам признаться, что в это почти невозможно поверить.

– Я вас понимаю, – согласился Куинн. – Это было так чудовищно, так…

Он запнулся, словно ему трудно было говорить.

– Мне самому приходится напоминать себе, что это действительно произошло.

Он протянул руку вперед, и она ахнула при виде длинного белого шрама, тянувшегося от запястья к основанию большого пальца.

– О, нет! О Боже…

Значит, это правда. Кассандра, онемев, откинулась на спинку кресла.

– Но я не об этом хотел вам сообщить, – Негромко продолжал Куинн. – То, что я должен открыть вам, в каком-то смысле даже хуже.

Он отвел взгляд в явном расстройстве.

– Хотелось бы при этом не причинить вам боли, но не знаю, как это сделать. Боюсь, это не в моих силах.

– Может, все не так уж страшно, – криво усмехнулась Кассандра.

Но при этом почувствовала, как ее охватывает холод, и застыла в ожидании. По улице прогромыхала телега, и шум показался ей оглушительно громким.

Куинн посмотрел на нее и опять отвернулся.

– Простите, но я просто обязан это сказать. Дело в том, что вы не замужем за Филиппом. И он об этом знает.

В лице у Кассандры не осталось ни кровинки. Она даже не заметила, как поднялась на ноги и оказалась в другом конце комнаты.

– Это нелепо, – проговорила она, пытаясь засмеяться. – Я вам не верю.

– Мне очень жаль. Это правда, клянусь вам. Она прижала руки к груди, борясь с подступающей тошнотой.

– Это не правда. Вы лжете.

Куинн подошел и с опаской наклонился к ней, явно страшась прикоснуться.

– Мне очень, очень жаль.

– Это ложь!

Кассандра никак не могла сдвинуться с мертвой точки, другие слова у нее не выговаривались.

– Человек, обвенчавший вас, не был сборщиком податей, он вообще не местный житель. Друг Филиппа Уоллес нашел его и заплатил ему за проведение обряда. Этот человек – бродячий торговец, проезжавший через селение по дороге в Карлайль. Такой брак не считается законным. Моя дорогая!..

Он подхватил ее прежде, чем она успела соскользнуть на пол, и усадил на банкетку под окном.

– У меня все в порядке.

Кассандра попыталась сесть прямо, но ее голова сама собой откинулась назад, к стене. Куинн начал растирать ее холодные, как лед, руки.

– Это не может быть правдой, – повторила она еле слышно. – Это не должно быть правдой.

Но пока она произносила эти слова, в голове у нее зазвучал тихий настойчивый голос, твердивший, что это правда. И она всегда это знала. Филипп ни за что не женился бы на ней. Неудивительно, что все случившееся показалось ей чудом: ведь это был обман. Фокус. Трюк. Ей вспомнилось неоконченное письмо к Уолли. Филипп назвал их свадьбу «трюком» и поблагодарил Уолли за то, что тот его «провернул». Он пожал руку Уолли у мостика через пруд. Как будто благодарил за оказанную услугу. Конечно, он не женат на ней. Иначе и быть не могло.

– Но мы подписали свидетельство! – вдруг вспомнила Кассандра. – Это доказывает, что мы женаты.

Ей хотелось во что бы то ни стало освободиться от ощущения безнадежности, тяжко сдавившего грудь.

Куинн сочувственно покачал головой.

66
{"b":"11404","o":1}