ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Как видно, у меня нет выбора. Он попытался взять ее под руку, но Кассандра шарахнулась от него в сторону.

– Но только не прикасайся ко мне, – предупредила она полным ненависти и отвращения голосом. – Не смей ко мне прикасаться.

На долю секунды гнев на его лице сменился удивлением. Их взгляды встретились и скрестились в молчаливом поединке. Наконец он медленно опустил руку и посторонился, пропуская ее вперед. Кассандра обошла его боком, стараясь не задеть даже краем платья, словно сама мысль о том, чтобы до него дотронуться, приводила ее в содрогание.

– До свиданья, Колин, – попрощалась она.

Ей очень хотелось добавить, что они скоро увидятся, но что-то подсказало ей, что перегибать палку не стоит.

– Au revoir, Кассандра, – протянул он с легкой насмешкой. – Я попрошу Мартина проводить вас до дверей.

На улице Кассандра увидела, что собирается гроза. Небо было затянуто черными тучами, а в предвечернем лондонском воздухе, сгустившемся до нездорового желтовато-зеленого оттенка, ощущалась угроза готовой разгуляться стихии. Не успели они сделать и дюжины шагов, как налетевший порыв ветра едва не сбил Кассандру с ног. Риордан протянул руку, чтобы помочь ей устоять, но она инстинктивно отпрянула; он выругался, однако ветер унес его слова.

Нагнув голову, Кассандра брела против ветра, поднявшаяся пыль слепила глаза – пока новый порыв не заставил ее налететь на фонарный столб. Тут уж она сама выругалась, больно ударившись бедром, но вновь оказала сопротивление Риордану, когда он попытался ей помочь. Она била его по рукам и даже пыталась лягаться. Он схватил ее за плечи и сильно встряхнул, чтобы привести в чувство. И тут хлынул ливень.

Громадные, тяжелые, как свинец, капли ударили с силой ружейной дроби. Не прошло и минуты, как оба они промокли до нитки. Он попытался затащить ее в какое-то парадное, чтобы укрыться от дождя, но она опять его оттолкнула. Согнувшись в три погибели, она упрямо шла сквозь ветер и дождь, вся сосредоточившись на том, чтобы не упасть. Гроза хлестала и швыряла ее, как щепку, с бессмысленной жестокостью разыгравшегося на море шквала, а в душе бушевала другая, еще более страшная буря.

Наконец впереди показался его дом. Промокшие насквозь юбки тяжело шлепали по ногам, пока Кассандра поднималась по ступеням крыльца. Риордан распахнул двери парадного, и она торопливо проскользнула мимо него в холл. После рева грозы внезапно наступившая тишина показалась ей зловещей. Не останавливаясь ни на секунду, она направилась прямо " лестнице, ведущей на второй этаж.

– Остановись! Черт тебя побери, Касс, если сделаешь еще хоть шаг, ты пожалеешь!

Его гнев заставил ее разозлиться во сто крат больше. Назло ему Кассандра успела сделать еще два шага. Риордан схватил ее за талию и немилосердным толчком прижал к балясине перил.

– И что ты собираешься предпринять? – закричала она, отбрасывая назад прилипшие к лицу тяжелые намокшие пряди волос. – Изобьешь меня или раскромсаешь на куски разбитой бутылкой, как своего друга Куинна?

Он оцепенел, глаза превратились в осколки холодного синего мрамора, и впервые ей стало по-настоящему страшно. Заметив ее испуг, Риордан убрал руки. Вода, не переставая, стекала с мокрых волос ему на лицо.

– Запомни с первого раза, я повторять не буду. Никогда больше не приближайся к Уэйду. Тебе понятно? Я ему зла не желаю, но мне придется его убить. Что касается Клодии…

Кассандра сделала попытку убежать, но он опять схватил ее и удержал.

– Что касается Клодии, мне жаль, что ты не правильно истолковала то, что случайно увидела. Это был дружеский поцелуй, ничего больше. Я бы тебе все объяснил, если бы ты дала мне такую возможность, а не побежала к Уэйду, как…

Он умолк, с трудом стараясь сдержаться.

Клодия! Он думает, что она так обезумела из-за Клодии! Кассандра подавила истерический смешок.

– Ты закончил?

– Нет, черт побери! Клодия – мой друг, и я не позволю тебе с твоей глупой ревностью отравить нашу дружбу. Я не собираюсь ее избегать и требую, чтобы ты была с ней любезна, когда мы будем встречаться.

По какой-то непонятной причине эти слова взбесили ее еще больше.

– Я буду не просто любезна, Филипп, я буду сказочно щедра. Скажи своей Клодии, пусть забирает тебя со всеми потрохами! Иди к ней, она твоя! Видеть вас обоих не могу!

Вырвавшись из его рук, Кассандра опять начала подниматься по ступенькам. Риордан последовал за ней.

– Извините, сэр. Повар спрашивает, будете ли вы и миссис Риордан ужинать в семь часов.

Голос слуги, обратившегося к хозяину из холла, прозвучал робко и неуверенно. Когда Риордан повернулся к нему в ярости и заорал: «Нет! Убирайся!», он подпрыгнул на месте от испуга и побежал по коридору подальше от господского гнева.

Риордан нагнал Кассандру на середине полутемного коридора второго этажа.

– Да погоди же ты, черт бы тебя побрал! Нам нужно поговорить и все выяснить. Немедленно, сию же минуту…

– Заткнись! – в бешенстве бросила она ему. – Говорить не о чем, я ухожу. Отпусти мою руку!

– Уходишь? Куда? Почему?

– Куда глаза глядят! Только бы подальше от тебя! Денег у меня хватает, я сниму где-нибудь комнату.

– Черта с два! Я тебе не позволю. Ты моя жена!

Слезы навернулись ей на глаза.

– Замолчи! Лжец!

– Когда это я тебе лгал? О чем речь?

– Ты прекрасно знаешь! Убери от меня руки, или я начну кричать так, что небу жарко станет! Видеть тебя не хочу!

Опять она вырвалась и побежала по коридору к спальне. Кто-то уже успел зажечь в комнате свечи и даже предусмотрительно отогнуть край покрывала. Кассандра с облегчением отметила, что ее сундучок еще не распакован. Подойдя к нему, она откинула крышку. За спиной послышались шаги, но она не обернулась. Где же розовый корсаж, в который она зашила… Слава Богу, вот он, в самом низу. Покусывая губы, Кассандра разорвала боковой шов и вытащила свое сокровище – восемьсот фунтов и десять шиллингов.

– Это мое! – воскликнула она, обернувшись и потрясая деньгами у него перед носом. – Я тяжелым трудом отработала каждый пенни. А теперь я ухожу, и ты ничего не сможешь сделать, чтобы меня удержать. Я буду видеться с Колином Уэйдом, когда сочту нужным, и давать отчет Куинну, а не тебе. Я вообще больше не желаю тебя видеть.

– Почему?

Ему хотелось рвать на себе волосы.

– Потому что ты лжец, жулик и ублюдок! Боже мой, Филипп, как ты мог это сделать?

Ой, нет, плакать нельзя. Кассандра отвернулась и принялась лихорадочно запихивать деньги в ридикюль.

– Слава Богу, я не нуждаюсь в тебе, Филипп Риордан, – пробормотала она, глотая слезы. – Я могу сама о себе позаботиться.

– Ты никуда не пойдешь.

– Черта с два! – вскричала Кассандра, передразнивая его.

Она попыталась обойти его, но он заступал ей дорогу, куда бы она ни двинулась.

– Дай мне пройти!

Риордан отрицательно покачал головой.

– Ты никуда не пойдешь.

Не успела она сказать хоть слово, как он вырвал у нее из рук ридикюль и вытащил смятые банкноты.

– Не смей… Филипп, остановись!

Держа руки над головой, чтобы она не могла дотянуться, он разорвал пачку денег пополам, потом вчетверо. Кассандра отступила назад и закричала. Обрывки стофунтовых банкнот посыпались на пол, как конфетти.

Она ошеломленно уставилась на разбросанные у ног клочки бумаги, потом попятилась еще дальше и, как подкошенная, опустилась на кровать.

– Мои деньги, – прошептала она, держась за горло и глядя в никуда. – Все мои деньги. О Боже.

Риордан удержался от порыва обнять ее, прекрасно понимая, что она сделает, если он попытается. Он и сам не меньше, чем Кассандра, был потрясен грубой жестокостью своего поступка, но не жалел о содеянном. Глядя на ее поникшую голову и бледное от потрясения лицо, он тихо окликнул ее по имени. Она болезненно поморщилась.

– Послушай меня, Касс.

Он был предельно измучен, и охрипший голос выдал это, – Я не понимаю, что случилось. Но ты не можешь уйти. Мы должны все выяснить и помириться. Только не сегодня; мы и так наговорили друг другу слишком много. Можешь провести ночь в этой спальне, я буду спать рядом, в комнате для гостей.

69
{"b":"11404","o":1}