ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Владыка Ледяного Сада. Конец пути
Здоровый сон. 21 шаг на пути к хорошему самочувствию
Звёздный Волк
Цветы для Элджернона
Призрак победы
Брачный вопрос ребром
Голос внутри меня
Золотая пуля
Рай для бунтарки

– Никакой лихорадки у меня нет, просто я тебя так поздно не ждала, и ты меня немного напугала, вот и все.

– Ну ладно, коли так. Да, Гэйлин вот просил тебе передать.

Лили протянула руку и взяла небольшой предмет, умещавшийся на ладони, который протягивала ей Лауди.

– Что это?

Странная игрушка представляла собой два деревянных цилиндра, один из которых помещался внутри другого. Меньший цилиндрик был снабжен косо торчащей вверх ручкой.

– Это он сам выстрогал. Дерни за ручку. Лили повернула ручку, и раздался тонкий пронзительный звук, похожий на чириканье.

Лауди засмеялась и захлопала в ладоши.

– Это манок для птиц! Правда, хитрая штучка? Давай еще разок.

Лили послушалась и тоже засмеялась, но тотчас же застонала, ухватившись за бок.

– Ой, Лауди, какой чудный подарок! Просто прелесть! Скажи Гэйлину от меня спасибо. Завтра же попробую приманить птичек прямо к окну.

– Ты ему нравишься, – простодушно пояснила Лауди. – Если бы у тебя не было своего кавалера, я бы его ужас как к тебе приревновала. Лили Траблфилд.

Лили грустно улыбнулась в ответ, а Лауди принялась хлопотать вокруг нее как ни в чем не бывало.

– А ну-ка, давай выпей вот это и живо спать.

– Но я не хочу, Лауди, мне это больше не нужно.

– Это последняя порция, выпей, и дело с концом. Ну давай, в последний раз! Откройте ротик, мисс Надутые Губки! Ну вот, не так уж все и страшно!

– Тебе легко говорить!

Лили сморщилась, стараясь удержаться от тошноты, которую неизменно вызывал у нее горький привкус настойки опия. По крайней мере это конец. Она надеялась, что больше ей в жизни не придется проглотить ни капли подобной гадости.

– Угадай, какие новости!

– Какие?

– У нас новая экономка.

– Не может быть!

– А вот и может! Миссис Кармайкл, прошу любить и жаловать. Родом из Тедберна и говорит правильно, как ты. Говорят, ее нашла и прислала сестра хозяина. Приехала она только сегодня и – представляешь! – не стала нас заставлять читать молитвы после ужина! Годами помоложе Хау и вежливая, вроде незлая. Гэйлин говорит, она ничего.

– Значит, так и есть.

Веки Лили уже начали тяжелеть. Тут ей в голову пришла мысль:

– Лауди, я знаю, ты, конечно, так и не попала на методистскую проповедь в прошлое воскресенье, из-за.., того, что случилось со мной, но, может, Гэйлин один пошел?

– Ясное дело, нет! Он тоже из-за тебя чуть с ума не сошел. Хозяин послал его за доктором, вот он и решил быть под рукой на всякий случай, вдруг еще куда пошлют?

– А, вот как, – Лили взглянула вниз, на свои руки, беспокойно мнущие край простыни. – На днях мне должны прислать письмо. Прошу тебя, если письмо будет, возьми его и принеси мне, ладно?

– Ясное дело!

– Спасибо.

Лауди выжидательно подняла свои черные брови, но Лили больше ничего не сказала, и через секунду молоденькая служанка наклонилась, чтобы задуть свечу.

– Нет-нет, пусть горит!

– Да ты же все равно вот-вот уснешь!

– Знаю, но.., оставь свечу, пожалуйста. Пусть горит всю ночь.

– Ну, как знаешь. Доброй ночи, Лили.

– Доброй ночи. Ты так заботишься обо мне, Лауди. Спасибо тебе за все.

– Да ну тебя! – весело фыркнула на прощание Лауди и исчезла за дверью.

Лили опустилась на подушки и натянула простыню до подбородка. В доме было совершенно тихо, словно она оказалась его единственной обитательницей. Навалившаяся на нее дремота принесла с собой тяжкую пелену тоски и подавленности. Жестокое избиение, которому подвергла ее миссис Хау, и последовавшее за ним нападение Трэйера едва не уничтожили Лили; ей понадобились все ее силы, телесные и душевные, чтобы прийти в себя. Но даже в самые трудные минуты ей не было так тяжело, как сейчас. Да, ей бывало больно и горько, но природная жизнерадостность, казавшаяся до сих пор неистребимой, не позволяла падать духом. Всякий раз, даже в минуты крайнего отчаяния, она находила в душе силы для борьбы или хоть повод для надежды. Сперва ей помогало сочувствие Дэвона, потом его церемонные, мучительно вежливые визиты дважды в день (как ни странно, они почему-то заставляли ее забывать о существующем между ними глубоком разрыве и о том, чем этот разрыв вызван). Его посещения, краткие и раздражавшие ее, тем не менее породили в самой потаенной глубине души не выразимую словами надежду. Но сегодня он не пришел, Лили знала, что больше он никогда не придет, и теперь ей стыдно было признаться даже себе самой, в чем состояла эта тайная надежда. Теперь ей действительно ничего иного не оставалось, как дождаться выздоровления и покинуть Даркстоун-Мэнор.

Какой-то едва слышный звук заставил ее открыть глаза.

– Прости, что я тебя разбудил. Ты крепко спала?

– Нет. Я почти уснула, но еще не совсем. В темном дверном проеме Лили почти ничего не видела, кроме его рубашки, белеющей в вырезе камзола. Сама же она, оказавшись в сравнительно ярком свете свечи, почувствовала себя беззащитной, почти голой, и с тревогой спросила себя, как долго он мог стоять в дверях и следить за нею.

– Войдите, – пригласила она тихо. Дэвон вошел в комнату.

– Как ты себя чувствуешь?

– Гораздо лучше, спасибо, – ответила Лили охрипшим, не слушающимся ее голосом.

В точности такими же словами они обменивались на протяжении последних десяти дней, ни разу не изменив установленного распорядка. Лили умолкла, дожидаясь, пока ее разогнавшееся сердце не умерит свой бег, радуясь его приходу и сердясь на себя за эту радость. На нем был длинный, цвета бургундского вина камзол, белая рубашка и черные, до колен штаны для верховой езды, от него слабо пахло седельной кожей и потом, поэтому она догадалась, что он только что вернулся домой из какой-то поездки.

– Лауди сказала, что тебе нездоровится.

– Вы с ней говорили?

– Только что. Ты уверена, что с тобой все в порядке?

– Совершенно уверена.

Лили только-только успела подумать, что бессмысленность этого разговора превзошла все, что им довелось сказать друг другу до сих пор, как вдруг тишину разорвал пронзительный писк.

– Ой! – она подавила смешок.

Дэвон казался сбитым с толку. Лили совершенно позабыла о подарке Гэйлина Маклифа, который все еще машинально сжимала в руке. Ручку она крутанула нечаянно, просто от смущения.

– Это подарок, – объяснила она, протянув руку к свету. – От Маклифа. Он сам его сделал. Это.., чтобы подзывать птиц.

– Очень мило.

– Лауди говорит, вы наняли новую экономку, – самым светским тоном продолжала Лили, стряхнув с себя накатившую было вновь волну сонливости и твердо вознамерившись не прекращать разговор, пока только хватит сил.

– Да, – подтвердил Дэвон, откашливаясь и подходя ближе, чем обычно, прямо к краю кровати. – Некую миссис Кармайкл. Похоже, она.., знает свое дело.

Лили подумала, что в ответ на это можно было бы сказать многое, в том числе и весьма неприятное. Но она промолчала, продолжая сжимать в руке манок для птиц.

– Впрочем, то же самое можно было сказать и о миссис Хау, – заметил Дэвон, словно услыхав ее мысли. – Оказывается, деловые качества – не единственное, на что следует обращать внимание при найме людей на работу. Мне этот урок нелегко дался, и все равно.., он не освобождает меня от ответственности за тех, кто находится у меня в подчинении.

Впервые за все это время она посмотрела на него внимательно, даже пристально. Видно было, что ему неловко до крайности: он стоял, стиснув руки за спиной, яростно хмурясь и глядя куда-то ей в ноги. Ее осенило, что он пытается принести извинения. Эта мысль просто сразила Лили. Дэвон Дарквелл просит прощения! Она ощутила сильнейшее желание прийти ему на помощь.

– Не хотите ли присесть? – предложила она. Дэвон огляделся в поисках стула.

– Здесь, – уточнила Лили, разглаживая одеяло между своей ногой и краем постели.

Она почувствовала на себе его изумленный взгляд, но не подняла глаз от собственной руки, похлопывающей по кровати. Дэвон не спеша опустился.

4
{"b":"11406","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Начало пути
Цифровой, или Brevis est
Бабушка велела кланяться и передать, что просит прощения
Чего хочет ваш малыш?
Агата и тьма
Горький квест. Том 1
Пилигримы спирали
Проклятый горн
Золото Аида