ЛитМир - Электронная Библиотека

Волосы у нее были, как мех лисицы. Блестящие, рыжие с золотом. И она сделала так, чтобы они не падали, а держались у нее высоко на макушке. Запах от нее шел смешанный – что-то душистое и что-то, что можно было есть, а поверх этого еще и дымный запах, как от мужчины, стоявшего рядом с ней. Да, от него пахло дымом, у него были темные волосы, но такие же, как у нее, синие глаза. На ней было очень много одежды, и у нее была такая кожа, какой он никогда раньше не видел. Розовые брюшки новорожденных енотов были такими же мягкими. Уголки губ у нее дрогнули. Значит ли это, что она улыбнулась? Что она счастлива? Что он кажется ей смешным?

– Вам лучше снять башмаки, – продолжал между тем мальчик, указывая на его ноги. – По песку можно ходить босиком, а больше нигде нельзя. Так говорит тетя Эстелла.

Мальчик говорил слишком быстро, трудно было отделить одно слово от другого. Он попытался уловить смысл, но это было невозможно, пока он смотрел на женщину. Все остальные говорили, а она молчала. Как будет звучать ее голос?

Тихий. Не тонкий и не быстрый. Урчащий, как у кошки.

– Уже поздно. Пожалуй, нам пора уходить. Она держала руку на плече у мальчика. Просто прикасалась, не давила и не сжимала. И мальчик не пытался высвободиться. Потерянный человек не мог оторвать глаз от длинных белых пальцев женщины, лежащих на плече ребенка. Темноволосый мужчина сказал ей что-то, чего он не сумел разобрать. Он заглянул ей в глаза. Человеческие глаза, умные и скрытные. Она что-то скрывала. Она опустила ресницы, чтобы он не смог заглянуть в ее мысли.

Мальчик протянул руку вперед. Может, хочет, чтобы ему вернули «жир-афа»? Нет, он держал руку боком, а не ладонью вверх. Найденыш застыл в замешательстве, ни на кого не глядя.

– Пожмем друг другу руки, – сказал Сэм, взяв его за другую руку, не ту, на которой был надет «жир-аф».

Они встряхнули свои сомкнутые руки сверху вниз и обратно, и во время этого короткого движения что-то вспыхнуло в его голове. Воспоминание. Он уже делал это раньше. И кое-какие слова из его книги обрели смысл.

«Находясь в гостях, не стремитесь пожимать всем руки – в этом случае процедура может затянуться надолго. Если хозяин или хозяйка протянет руку, пожмите ее. Для прощания с остальными достаточно общего поклона».

– Ладно, парень, – сказал 0'Фэллон, хватая его за плечо и смеясь своим лживым смехом, – хорошенького понемножку.

Найденыш вырвался из рук 0'Фэллона, даже не взглянув на него. Он сосредоточенно смотрел на своих новых знакомых, словно пытаясь кое-что вспомнить.

Наконец он поклонился.

0'Фэллон громко засмеялся, но женщина нет. И не только она одна. Темноволосый мужчина рядом с ней и мальчик тоже не стали смеяться. У них у всех сделались одинаково большие и круглые глаза. Они были заодно, они были стаей. Он это понял. Но тут 0'Фэллон заставил его повернуться и увел от них.

В комнате с окном, забитым доской, 0'Фэллон сказал ему:

– А ты, оказывается, из богатеньких, верно, парень? Настоящий джентльмен, да?

Он отвернулся, и 0'Фэллон толкнул его в спину. Так сильно, что он налетел на стену. Он повернулся, хватаясь за щеку. 0'Фэллон держал в руках черную палку, и он подумал, как легко было бы убить 0'Фэллона. Вырвать его глотку зубами и смотреть, как теплая кровь бьется, течет струёй. Сначала быстро, а потом все медленнее и медленнее. А потом перестает течь.

– Проголодался, парень? Жаль-жаль. Ты посиди тут, да подумай. Вспомни, каково это быть джентльменом. Сделай еще пару-тройку поклонов.

Дверь закрылась, полное ненависти лицо сторожа исчезло за ней.

Почему они стали врагами? Разве они оба не люди? Когда у 0'Фэллона появлялся этот яростный взгляд, он казался безумным, но он не был похож на животное. Он все равно оставался человеком.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Сэм и Сидни стали каждый день поджидать на берегу Найденыша. 0'Фэллон выводил его на прогулку после полудня, примерно в час дня, когда профессор и Чарльз сидели за ленчем в кабинете и обсуждали результаты последних наблюдений. Поначалу 0'Фэллон ни в какую не желал останавливаться, даже когда Сэм прямо просил его об этом, а мокрый, вымазанный в песке Гектор делал все от него зависящее, чтобы не дать мужчинам пройти вперед. Но охранник не позволял своему подопечному задержаться ни на минуту.

– Времени нет, – говорил он, толкая Потерянного человека в плечо своей здоровенной ручищей. – Профессор ждет его назад к двум часам.

Однажды Сэм подошел слишком близко, и 0'Фэллону это не понравилось.

– Берегись, малыш! – крикнул он. – Не путайся под ногами. Одно неверное движение и… мало ли, что он может сделать.

– Ничего он не сделает! – обиделся за Найденыша Сэм.

Сидни не знала, что предпринять: отругать ли брата за грубость или поддержать его. Она решила сама поговорить с 0'Фэллоном и вразумить его, но поняла, что из этой затеи вряд ли что получится: слишком острую неприязнь испытывала она к нему. Возможно, необоснованную – ведь лично ей он пока не причинил никакого вреда! – но она ничего не могла с собой поделать. Тогда она обратилась к отцу.

– Ваш подопечный представляет угрозу для окружающих? – спросила она.

Ей удалось привлечь внимание отца, что само по себе можно было назвать чудом. Его кабинет считался заповедной зоной, и нарушать границу в рабочие, часы без веских оснований категорически запрещалось. Чарльз был с ним; они оба оторвались от работы и посмотрели на нее в полном недоумении.

– Найденыш. Человек с Онтарио, – уточнила Сидни. – Он представляет угрозу для Сэма, для меня, папа?

Ее отец удивленно снял пенсне и потер переносицу.

– Не думаю. В противном случае я не стал бы держать его здесь.

– Ну, на этот счет… – начал было Чарльз, но тут же умолк.

Он старался по мере возможности никогда не противоречить своему патрону.

– В таком случае почему он не может провести время с нами, когда мистер 0'Фэллон выводит его на прогулку?

– Почему же не может? Я не запрещал это.

– Значит, может?

– Конечно. Ему нужно общение, это только пойдет ему на пользу. Я сам об этом думал. Хотел предложить. Больше контактов. Может сработать. Но только под наблюдением.

Не ожидавшая такого исхода, Сидни на мунуту растерялась.

– Тогда скажите ему об этом лично, хорошо?

– Кому?

– Мистеру 0'Фэллону. Скажите ему, чтобы он перестал строить из себя тюремного надзирателя.

Она замолчала в ожидании ответа, но ее отец уже успел уткнуться носом в книгу.

– Почему он носит дубинку?

– А? Что? Ты о чем?

– О дубинке. У 0'Фэллона полицейская дубинка, папа. Почему?

– Вот как! Понятия не имею.

– Ну так, пожалуйста, скажите ему, чтобы он ее оставил. Она пугает Сэма, – солгала Сидни. Ее отец рассеянно кивнул.

– Чарльз, я прошу тебя поговорить с 0'Фэлло-ном, – в отчаянии повернулась к нему Сидни, прекрасно понимая, что отец через минуту все забудет. Чарльз улыбнулся ей, радуясь случаю пофлиртовать. – Прошу тебя, Чарльз! Ты поговоришь с ним?

– Разумеется, – поспешно ответил он. – Я сделаю это сегодня же. Сидни одарила его лучезарной улыбкой: – Спасибо.

* * *

На следующий день 0'Фэллон – злой, как черт, и лишенный дубинки – уселся на валуне невдалеке от того места, где Сэм и его новый друг опустились на колени в полосе прибоя, высоко закатав штанины, и увлеченно начали строить замки на песке.

Точнее, строил их Сэм, а Найденыш следил за ходом работ. Серьезный и молчаливый, он казался застенчивым, но был полон любопытства. В течение всего нескольких минут первоначальный страх, охвативший Сидни, прошел, она перестала нервничать и почувствовала себя заинтригованной. Она сидела на одеяле позади Сэма, не сводя глаз с выразительного лица незнакомца.

Его выражение поминутно менялось. Только что оно представлялось совершенно открытым, все его чувства были видны как на ладони, но секунду спустя его лицо становилось замкнутым и непроницаемым. Раз за разом ей начинало казаться, что он вот-вот заговорит. Она могла бы поклясться, что его губы движутся, беззвучно произнося букву «з», когда Сэм говорил «замок», а вид крепостных стен с амбразурами, воротами и башнями, которые ее брат создавал при помощи перевернутого ведерка, буквально завораживал его.

9
{"b":"11408","o":1}