ЛитМир - Электронная Библиотека

– Я ни разу не возвращался в Уэльс после отъезда, – тихо продолжал Броуди, словно не замечая ее внезапной отчужденности. – В Лландидно очень красиво, но вам непременно нужно когда-нибудь побывать в долине Глеморган. На востоке поднимаются Кремнистые холмы, а долина вся пестрая, как лоскутное одеяло: сколько хватает глаз, всюду овечьи пастбища и небольшие поля. Я давно хотел съездить туда и навестить могилу матери, да вот так и не собрался.

Мысль о том, что теперь ему не суждено исполнить задуманное, он оставил невысказанной. Не было нужды об этом говорить: пальцы Анны замерли над бумагами. Она вдруг поняла, что начинает видеть в мистере Броуди человека, отдельного от Николаса, а не просто его зеркальное отражение или самозванца, пытающегося занять его место.

Открытие встревожило ее, но в то же время принесло облегчение. Не так мучительно будет провести несколько недель под одной крышей с этим человеком, если каждое слово или жест Броуди перестанет остро и живо напоминать ей о его брате. И все же Анне становилось не по себе при мысли о более тесных отношениях, которые неизбежно свяжут их по мере того, как она будет ближе узнавать и понимать его. Внутренний голос подсказывал ей, что им безопаснее оставаться чужими друг другу.

– Урок окончен?

Анна вздрогнула, услышав голос Эйдина, и подняла голову, ощущая легкое и совершенно необъяснимое чувство вины. Как это нелепо! Она же ни в чем не провинилась!

– Да, мы только что закончили. И мне кажется, мы многого добились, – ответила Анна, складывая письменные принадлежности. – Для первого раза совсем неплохо.

– Вы закончили как раз вовремя. Мы подъезжаем к месту нашего ночлега.

– Да, я вижу.

Они и в самом деле прибыли на место. Со скрытой усмешкой Анна наблюдала за тем, как мистер Броуди расталкивает своего храпящего охранника. Эйдин опустил подножку кареты и вылез наружу, потом обернулся и протянул обе руки, чтобы ей помочь. Ей пришлось протискиваться мимо Броуди по дороге к двери. Она передала Эйдину свой письменный прибор, таким образом, у него осталась только одна свободная рука. Произошла неловкая заминка, пока Анна осторожно нащупывала ногой ступеньку, протянув одну руку вперед и цепляясь другой за открытую дверцу.

И вдруг большие сильные руки мистера Броуди крепко подхватили ее за талию с двух сторон и придержали, пока она нашла подножку, оперлась на руку Эйдина и благополучно спустилась на землю.

Все приключение заняло меньше чем полминуты но Анну еще долго преследовало ощущение, пережитое в тот момент, когда сильные мужские руки прикасались к ней. Она ни на миг не усомнилась, что поступок Броуди был продиктован заботой и предупредительностью. Как ни странно, ей был даже приятен этот жест. До нее не сразу дошло, что сильные руки, державшие ее так крепко и надежно, были скованы между собой безобразной стальной цепью.

Глава 8

Слава богу, хоть дождь прекратился. Не совсем прекратился, но по крайней мере перестал лить как из ведра. Тяжелые косые струи воды размыли дорогу, превратив ее в непролазное месиво. К счастью, теперь ливень перешел в легкий моросящий дождичек, а гром ворчал где-то в отдалении, над смутно виднеющейся справа Апеннинской грядой. Однако зло уже свершилось: тяжелая карета безнадежно застряла в грязи.

– Ну! Ну! – надрывался возница, нахлестывая кнутом двух могучих волов, специально нанятых у местного крестьянина, чтобы вытащить карету.

Сам владелец волов, широко расставив ноги, тянул их спереди за упряжь. Сзади карету с громким кряхтеньем и стонами пытались приподнять Броуди и Билли Флауэрс. А на обочине дороги, стоя на относительно чистом, поросшем влажным мхом пригорке и подняв над головой зонтики, следили за происходящим Анна и Эйдин О’Данн.

Билли был выше ростом и массивнее – настоящая гора мускулов, но Анна его почти не замечала. Все ее внимание было сосредоточено на более стройном и гармонично сложенном Броуди. Вода стекала с его волос, белая рубашка облепила тело. Анна рассеянно и односложно отвечала на замечания Эйдина, целиком поглощенная созерцанием стройных ног Броуди, широкого разворота плеч, вздувшихся от напряжения мускулов на его руках и плечах. На этот раз она могла открыто признать, что смотреть на него – одно удовольствие, но тут же сказала себе, что получает чисто эстетическое наслаждение, сродни тому, которое люди испытывают, любуясь античной скульптурой в музее.

Всю свою жизнь Анна провела среди благородных джентльменов, для которых серьезнейшей физической нагрузкой, требующей крайнего напряжения сил, являлась охота на лис или азартная игра в крикет. А те из них, кому все-таки приходилось зарабатывать себе на жизнь, делали это, сидя за письменным столом: такой урок она затвердила с детства. Мистер Броуди зарабатывал на жизнь, проливая пот на морских судах, стало быть, его нельзя было назвать джентльменом.

Она спросила себя: стал бы Николас помогать вознице вытаскивать застрявшую в грязи карету? На секунду Анна попыталась представить себе такую картину, но не смогла. Немыслимо! Он не стал бы этого делать – он счел бы такое занятие ниже своего достоинства и наблюдал бы за происходящим со стороны вместе с ней и Эйдином.

Возница снова и снова щелкал кнутом – это было похоже на выстрелы. Мужчины кричали друг на друга, понукали животных, а те отвечали усталым храпом и мычаньем. Вдруг один из волов рухнул на передние ноги. Карета накренилась и пошла юзом, заскользила, как по льду, увлекая за собой другого вола. Броуди успел отскочить вовремя, а вот Билли Флауэрс получил полновесный удар по голове задком кареты и растянулся лицом в грязи.

Анна вскрикнула, закрыв лицо руками. Ей казалось, что они оба сейчас попадут прямо под колеса и их раздавит насмерть. Упавший вол все еще силился подняться с колен, но ноги у него разъезжались в грязи, а кнут кучера и крики фермера служили плохим подспорьем. Броуди подхватил Билли под мышки и с видимым усилием начал вытаскивать его неподвижное, лишенное признаков жизни тело из-под кареты.

– Помогите ему! – закричала Анна, дергая Эйдина за полу сюртука и подталкивая его.

Адвокат нерешительно двинулся вперед, но сразу же остановился. Швырнув в лужу свой промокший насквозь жемчужно-серый зонтик, Анна сделала два шага по направлению к копошащимся на дороге мужчинам, но ее помощь не понадобилась: в эту самую минуту Броуди перебросил безжизненную руку Билли себе через плечи и, кряхтя от натуги, тремя могучими рывками вытащил его из размытой колеи на невысокий пригорок, а потом рухнул сам у ног Анны прямо поверх застывшей туши Флауэрса.

Откатившись в сторону, Броуди сел в грязи. Он тяжело дышал, опустив голову и свесив руки между согнутых колен. Эйдин и Анна склонились над Билли.

– Жить будет, – сумел выговорить запыхавшийся Броуди. – Только шишку набил, больше ничего.

Наконец он с трудом поднялся на ноги – перепачканный, усталый, вдруг показавшийся им обоим высоким, как башня. Анна и О’Данн одновременно с тревогой сообразили, что руки у Броуди свободны, а его охранник лежит без сознания.

Он широко ухмыльнулся, наслаждаясь их испугом. «Что бы еще такое придумать, чтобы нагнать на них побольше страху?» – мелькнула озорная мысль. Адвокат был выше среднего роста, но все-таки уступал ему. Правда, у О’Данна был пистолет, но Броуди мог запросто его отобрать.

Он уже подбоченился, предвкушая потеху, но стремительно обернулся, когда у него за спиной раздался чавкающий по грязи топот копыт. В мгновение ока трое всадников вылетели из-за деревьев и окружили их.

– Banditti! <Разбойники! (ит.)> – в панике завопил возница. Он соскочил с козел и со всех ног бросился в лес. Владелец волов, не долго думая, последовал за ним по пятам. Броуди и О’Данн стали плечом к плечу, прикрывая Анну. Бандиты спрыгнули со своих шелудивых лошадей и затараторили по-итальянски, размахивая пистолетами. Все трое казались грубыми и злобными оборванцами.

– Что им нужно? – спросил О’Данн, высоко подняв руки вверх.

17
{"b":"11409","o":1}