ЛитМир - Электронная Библиотека

– Я… Разумеется, нет. Я считаю, что нам с тобой следует поговорить о миссис Поллинакс.

Броуди сделал движение, чтобы подняться с кресла, однако она его остановила.

– Нет-нет, Николас, я прошу вас остаться. Не сомневаюсь, вас это тоже заинтересует.

Тетя Шарлотта послала ему снисходительную улыбку, словно заранее зачислив его к себе в союзники.

– Сегодня до меня дошли весьма неприятные слухи относительно твоей подруги, Анна, – продолжала она. – Поверь, я очень сожалею. От души надеюсь, что это всего лишь слухи, но пока они не будут подтверждены или опровергнуты, боюсь, что данное знакомство придется приостановить.

– «Приостановить»? – повторила Анна.

– Совершенно верно. Знаю, это тебя расстроит, моя дорогая, но я слыхала, что миссис Поллинакс оставила своего мужа и поселилась в дешевой квартире на Лорд-стрит. Поговаривают даже, что она собирается с ним разводиться. Когда я спросила ее об этом напрямую, она не стала этого отрицать.

– Все это мне известно. Она сама мне сказала.

У бедной тети Шарлотты отвисла челюсть.

– Ты… – Она задохнулась от возмущения. – Как ты могла оставить меня в неведении? Если бы я знала – ни за что не пригласила бы ее на прием по случаю твоего возвращения!

– Почему? Что она такое сделала? Что за преступление совершила? Она просто оставила холодного, бесчувственного человека, которого больше не любит!

Волнообразным движением ее тетка подняла с кресла все свои многочисленные жировые складки.

– Ты действительно так тупа или просто не желаешь понимать? Неужели ты не представляешь, какой разразится скандал?

– Нет, почему же, я представляю. Но только мне все равно. Милли Поллинакс много лет была моей лучшей подругой. Неужели вы думаете, что я «приостановлю» знакомство с ней в тот самый момент, когда она больше всего нуждается в моей поддержке?

– Ты обязана это сделать! Подумай, Анна. Что, если будет судебное разбирательство? Публичные слушания? Поддерживать знакомство с подобной особой при таких обстоятельствах…

– А что, если человек, за которого она вышла замуж, оказался негодяем? Чудовищем? Неужели она должна прожить с ним всю свою жизнь только потому, что расставание вызовет скандал?

– Да!

– Нет! Это абсурд!

– Это не абсурд, просто ты наивная дурочка. В обществе действуют определенные правила, нравится тебе это или нет. Твоя подруга собирается нарушить один из непреложных запретов, и твоя репутация тоже пострадает, если ты не порвешь с ней немедленно.

Анна с достоинством выпрямилась во весь рост. До сих пор она ни разу в жизни не осмеливалась открыто перечить своей тете. Она нервно стиснула руки, но ее голос, когда она заговорила, не дрогнул.

– Я отказываюсь, – твердо заявила она, – «приостанавливать» знакомство с моей подругой только из-за того, что она попала в беду. Мне жаль, если это вам не по душе, тетя Шарлотта, но Милли всегда была желанной гостьей в моем доме и останется ею впредь. Я намерена пригласить ее завтра на чай и надеюсь, что вы к нам присоединитесь. Конечно, если вы не желаете – воля ваша, но я настаиваю, чтобы вы по крайней мере обращались с ней вежливо и уважительно, пока она находится здесь.

– Ты? Ты настаиваешь? – взвизгнула тетя Шарлота, и ее лицо пошло пятнами от гнева. – Ты хочешь сказать, что этот дом принадлежит тебе и Николасу, а моя семья и я здесь всего лишь гости?

Вот уже во второй раз она назвала себя гостьей. Анна знала, что это пустая угроза, обыкновенный демагогический трюк, чтобы настоять на своем. Задыхаясь от собственной дерзости, она решила поймать тетушку на слове.

– Вот именно.

Увы, решимость тут же изменила ей.

– Вы прекрасно знаете, что этот дом всегда будет родным для вас, – заторопилась она. – И для вас, и для Дженни, и для Стивена, но… теперь я замужняя женщина, тетя Шарлотта, и я вправе сама принимать решения. Разумеется, с согласия… моего мужа.

Тут Анна рискнула скосить глаза на Броуди, но это ей не помогло. Его лицо было совершенно непроницаемым.

– Я уверена, что вы этого не одобряете, Николас, – сказала тетя Шарлотта, резко повернувшись к нему. – Уж кому, как не вам, следует понимать, насколько важно соблюдение приличий в обществе.

– Что вы хотите этим сказать? – спросила Анна, повысив голос и делая шаг вперед.

Тетя Шарлотта упрямо стояла на своем.

– Только одно: Николас стал членом семьи Журденов, если не по роду, то по духу, а необходимость соблюдения приличий особенно очевидна людям, сумевшим подняться по социальной лестнице из низов.

От негодования Анна лишилась дара речи. Почти, но не совсем.

– Это самое возмутительное… – успела выговорить она, прежде чем Броуди поднялся со своего кресла и подошел к ней.

– Я женился на женщине, которая выше меня во всех отношениях, – мягко согласился он. – Я проведу остаток жизни, стараясь стать достойным вашей племянницы, миссис Мередит.

Броуди обвил рукой талию Анны и притянул ее к себе.

– Что меня в ней особенно восхищает, так это ее преданность и верность. Милли может считать, что ей крупно повезло в жизни, раз у нее есть такая подруга, как Анна. Она вольна приходить сюда, когда захочет. Я готов предложить ей пристанище у нас, хотя она, наверное, откажется. Видит бог, места здесь достаточно.

Он нежно коснулся губами виска Анны.

– Энни, я очень устал. Давай… – Тут он умолк и заглянул в ее широко открытые встревоженные глаза. – Давай удалимся наверх, – тихо закончил Броуди.

– Спокойной ночи, – добавил он через плечо, обращаясь к онемевшей тете Шарлотте, и повел Анну из гостиной в холл, к лестнице на второй этаж.

По пути они прошли мимо Дженни, такой же застывшей и безмолвной, как и ее мать. Анна подумала мельком, давно ли Дженни вот так стоит в дверях. Преодолев вместе с Броуди первый лестничный марш, она оглянулась на площадке, всматриваясь в полутемный холл.

Дженни все еще стояла на месте, не сводя с них глаз. И вид у нее был ошеломленный до крайности.

Глава 19

Клячи, тащившие наемный экипаж вверх по холму к «Роузвуду», совсем выбились из сил, достигнув наконец вершины. Кабриолет остановился, и Анна начала собирать свои вещи: ридикюль, перчатки, зонтик и шаль.

– Давай зайдем в дом и перекусим, – предложила на сидевшей рядом Милли. – Я потом прикажу Ризу заложить карету, и он отвезет тебя домой.

Она все никак не могла успокоиться из-за того, что тетя Шарлотта, не одобрявшая ее общения с Милли, чуть ли не открыто запретила ей воспользоваться семейным экипажем Журденов, и Анне, чтобы не спорить, пришлось нанять эту разбитую пролетку. Но она решила, что хватит ворчать по такому пустяковому поводу, тем более вслух, и мысленно поклялась выбросить досадный эпизод из головы. Она посмотрела на Милли, которая так и не двинулась с места.

– Ты идешь?

– Нет, лучше не стоит. Я немного устала. Пожалуй, мне лучше просто вернуться домой.

Откинувшись на пахнущие плесенью подушки сиденья, Анна с грустью посмотрела на подругу:

– Но мне бы хотелось, чтобы ты зашла.

Милли улыбнулась:

– Нет, я не могу.

– Почему?

– Я же сказала, я…

– «…немного устала». В таком случае, ты можешь отдохнуть в моей комнате. Я велю подать туда чаю. Ты можешь остаться на обед.

– А потом и переночевать?

– Ну да, если захочешь.

Все еще улыбаясь, Милли повернула голову и выглянула в окно наемной кареты.

– Это такая красивая улица, – рассеянно заметила она.

Сбитая с толку, Анна вдруг спросила:

– Как ты думаешь, «Роузвуд» похож на публичную библиотеку?

Милли засмеялась, а потом задумчиво прищурилась, окидывая взглядом гигантский особняк красного кирпича, выложенный по фасаду гранитом. Увидев, что она медлит с ответом, Анна поняла, что ее догадка верна.

– Похож, верно?

– Ну, может быть, чуть-чуть. Я раньше как-то не замечала, но теперь, когда ты сказала…

Анна с досадой покачала головой. Тут не было предмета для спора, и она вернулась к прежней теме.

57
{"b":"11409","o":1}