ЛитМир - Электронная Библиотека

– А вы изменились, – заметил он вслух. – Я думаю, брак пошел вам на пользу, миссис Бальфур.

Анна опять уловила намек в его словах, но твердо решила не обращать на него внимания. Нил имел в виду не брак, а плотские утехи, и хотел дать ей это понять. Он заигрывал с ней. Некоторые знакомые мужчины уже пытались флиртовать с ней в прошлом, но никто не делал этого так нахально и грубо, как Нил Воган.

Нет, неправда. Не было на свете более бесцеремонного мужчины, чем Джон Броуди. Так в чем же разница между ним и мистером Воганом? Во всем, внезапно поняла Анна. Но все-таки в чем это выражается? Она задумалась, пока Нил Воган продолжал рассматривать ее так, словно она вообще была не человеком, а каким-то предметом – вещью, которую он мог использовать для собственного удовольствия. Да, в его глазах она принадлежала к категории предметов, именуемых женщинами, и в этом качестве была неотличима от других подобных предметов, используемых по известному назначению.

С Броуди все было иначе. Он желал ее, ему нужна была именно она – Анна Журден-Бальфур. И когда он смотрел на нее, то видел только ее одну, такую как есть, а не просто некую особу женского пола. Она была для него одной-единственной. При мысли об этом Анна ощутила легкую дрожь в груди, сдержанный восторг и одновременно досаду на себя.

Она подняла глаза на Нила:

– У меня еще много работы, – тихо сказала Анна, ожидая, что теперь он уйдет.

Прошло довольно много времени, прежде чем он наконец сдвинул обтянутую черным сукном ляжку с ее стола и встал.

– Да-да, конечно. Не смею мешать работе деловой женщины, – ухмыльнулся Нил, опять придавая своим словам какой-то непристойный смысл.

Потом он наклонился ниже и добавил:

– Доброй ночи, Карие Глазки.

Он отвесил ей шутовской поклон и вышел из кабинета.

Анна уставилась на закрытую дверь, размышляя о том, как сильно ей не нравится Нил Воган. Через минуту она вздохнула и покачала головой, стараясь выбросить его из своих мыслей. Надо просмотреть бумаги, которые вручил ей вчера Броуди. Она вспомнила, как нарочито небрежно он держался, когда просил на них взглянуть, и ее сразу же одолело любопытство.

Она разложила их на столе перед собой – четыре страницы убористого текста и непонятных рисунков. Анна долго разглядывала их в недоумении: какие-то наброски со стрелками, указателями и неразборчивыми пояснениями на полях. Изучив бумаги внимательнее, она увидела, что это набор примитивных, неумело выполненных чертежей грузового судна. Однако такого грузового судна ей никогда в жизни видеть не приходилось.

Броуди перенес ходовой мостик и машинное отделение на корму, оставив посредине нерасчлененное пространство для хранения груза. Корабль представлял собой вытянутый в длину стальной ящик с баковой надстройкой, возвышающейся на носу, и ютовой – на корме. В общем и целом рисунок напоминал гигантскую гладкошерстную таксу с торчащим кверху хвостом.

Анна покачала головой, рассматривая его и улыбаясь, постукивая карандашом по зубам. Постепенно улыбка сошла с ее лица, озадаченность сменилась напряженным интересом. «Да, – подумала она, – теперь я понимаю, что ты имел в виду». Ее глаза критически сощурились. Будет ли эта штука работать?

Хитроумие и вместе с тем простота проекта заслуживали одобрения. Разумеется, все чертежи придется переделать: Броуди даже не воспользовался чертежной бумагой и не сумел выдержать масштаб. Но в самой идее, несомненно, имелось рациональное зерно. Нет, не просто рациональное зерно, ее смело можно было назвать революционной. Перегруппировка трех основных компонентов судна позволила ему увеличить емкость грузового отсека на… Анна нахмурилась, подсчитывая в уме… На двадцать пять процентов. Она подняла голову и уставилась в пространство невидящим взглядом. Боже милосердный!

Анна бросила взгляд на часы. Восьмой час: заводская сирена прозвучала уже больше часа назад. Ей надо было столько всего сказать мистеру Броуди! Должно быть, он уже давным-давно закончил обход верфей с Хорасом Арчером. Хотя рабочий день уже подошел к концу, Броуди наверняка отправился в ремонтный док, чтобы проверить, как продвигаются работы на «Александре». У него все-таки было кое-что общее с Николасом: они оба любили задерживаться на работе допоздна.

Встав из-за стола, Анна аккуратно сложила бумаги, подхватила шаль со спинки стула и в последний раз оглядела свой кабинет в угасающем свете дня. У нее есть свой кабинет! Она любовно охватила взглядом все детали обстановки: теплую окраску деревянных панелей, новый яркий ковер, цветы на письменном столе и на маленьком столике под окном. Анне кабинет казался прекрасным. Для нее это было нечто большее, чем просто рабочее место. Это был символ свободы, неограниченных возможностей.

Она на секунду приложила ладони к щекам, стараясь осмыслить поразительный, но бесспорный факт: владелицей собственного кабинета ее сделал Джон Броуди. Потом она стремительно повернулась кругом, открыла дверь и вышла. Ей хотелось найти его поскорее.

* * *

«Александра» представляла собой трехмачтовое паровое грузовое судно. Обнесенный строительными лесами корабль помещался в неглубоком, слегка наклонном эллинге.

Сумерки сгущались; казалось, в доке не было ни души. Анна огляделась по сторонам. Неужели она каким-то образом разминулась с Броуди, пока он возвращался в административный корпус? Но тут ей показалось, что на палубе «Александры» раздался какой-то шум.

– Мистер…

Анна вовремя спохватилась и закричала:

– Николас! Ты там? Николас? – Никакого ответа.

– Мистер Броуди! – окликнула она его заговорщическим шепотом.

«Разумеется, он не мог меня слышать!» – сразу же сообразила Анна и снова громко крикнула: «Николас!», но никто не ответил.

Примерно в середине корпуса «Александры» была прислонена крепкая наклонная лестница, достигавшая самого фальшборта. Анна не боялась высоты. Подхватив подол левой рукой, она пробралась сквозь лабиринт строительных лесов и начала подниматься.

Перебираться через планшир в пышном кринолине – нет, такие фокусы лучше проделывать без свидетелей. Анна справилась с задачей довольно успешно и остановилась на краю того, что осталось от палубного настила над одним из зияющих внизу грузовых отсеков. Три тысячи тонн воды из Мерси были закачаны в трюм, чтобы проверить его герметичность.

– Мистер Броуди! – опять позвала она. На шканцах послышался какой-то шум.

– Мистер Броуди!

Опять ничего.

Через черную пропасть, разверстую у ее ног, вела на корму толстая и крепкая доска. Анна колебалась не больше секунды: приподняв юбки, она решительно двинулась вперед, к кормовой рубке.

Не дойдя одного шага до середины «чертова мостика», она заметила примерно дюжину просверленных дырочек, пересекавших доску аккуратной цепочкой. Анна замерла. Вперед дороги не было, отступать стало слишком страшно. Вот раздался треск ломающейся древесины, и она с ужасом увидела острые белые щепки, вылезающие торчком вверх вдоль линии отверстий.

Уже падая, Анна сумела повернуться боком и отклониться в сторону, чтобы ее не ударило переломившейся надвое доской. Собственного крика она так и не услыхала.

Удар о воду оглушил ее, воздух со свистом вырвался из легких. Отчаянно взмахивая руками и отталкиваясь ногами, Анна вынырнула на поверхность и всей грудью вдохнула воздух. Она оказалась всего в пятнадцати футах от деревянной лестницы, встроенной в переборку, но тяжелые юбки тянули ее вниз. Анна погрузилась в воду, изо всех сил дергая завязки нижних юбок, срывая под платьем обручи кринолина, потом, задыхаясь и теряя силы, брыкаясь, чтобы освободиться от бесполезных тряпок, снова всплыла и стала продвигаться к лестнице.

Вдруг ей послышалось, что кто-то зовет ее по имени, и, вскинув голову, увидела, как Броуди, неуклюже раскинув руки, «ласточкой» прыгает с палубы. Когда он плюхнулся в воду, поднявшаяся волна накрыла ее с головой.

Анна выплюнула воду изо рта, дожидаясь его. Прошло несколько секунд. Голова Броуди показалась над поверхностью в семи футах от нее. Она заметила, как судорожно он глотнул воздух перед тем, как вновь погрузиться в воду. Догадка обрушилась на нее подобно удару по голове: мистер Броуди не умел плавать.

63
{"b":"11409","o":1}