ЛитМир - Электронная Библиотека

«Однажды, идя ночью по горной тропе, Познавший Кровь, встретил воина, закованного в доспехи с крестом на груди. Увидав Познавшего, воин выхватил меч и приготовился драться. „Кто ты?“ – спросил Познавший Кровь, и холод его слов заставил человека съежиться. „Я из тех, кто убивает твоих детей, о проклятое создание!“ – воскликнул воин и замахнулся мечом. Но сталь лишь скользнула мимо Познавшего. „Чем тебе не угодили мои создания? – спросил Познавший. – Они никому не принесли зла!“ „Не принесли Зла! – воскликнул воин. – «Давай спустимся в деревню, что лежит у подножья этих гор, и ты увидишь, что творят те, кому ты дал власть над кровью“.

И спустились они в деревню и прошли по ее улицам. Кровь покрывала землю и стены домов, обглоданные кости валялись под ногами, вспухшие искалеченные трупы с вырванными кишками, лица, застывшие в немом ужасе, высосанные до последней капли крови младенцы. «Вот что творят твои дети! – вскричал рыцарь. – „И только такие как я хоть как то можем остановить этот кошмар!“ „Но я не вижу ничего предосудительного, – пожал плечами Познавший Кровь. – Они всего лишь идут по пути Познания“. „Но ужасно то, что они сотворили! – сказал воин. – Они порождения Ада!“ „Ад и Рай в твоей душе, – покачал головой Познавший Кровь. – Ты можешь смотреть на мир сквозь призму Рая или сквозь призму Ада. Смотри же сквозь призму Рая“. И Познавший Кровь распял его на стене дома и вспорол живот, и вытащил оттуда кишки рыцаря, и бросил их на землю, переломал он ему хребет и руки и ноги, а рыцарь, смотрящий на все это сквозь райские кущи, лишь улыбался блаженству, что испытывал впервые в жизни. „Видишь? – сказал Познавший, – ты смотрел сквозь Рай, а теперь смотри сквозь Ад!“ И сотворил Познавший волшбу, и зажили раны рыцаря, сросся хребет, и затянулась рана в брюхе, и зажили все прочие раны, и ушел Познавший. Но не было конца кошмарным мукам рыцаря, ибо видел он все через Ад, и хоть был здоров, катался он в муках по земле, не находя успокоения боли, которой нет названия.

Долго искал он Познавшего Кровь и нашел его, и попросил сделать его последним рабом, только бы не испытывать мук. «Ты говорил об Аде, – молвил Познавший, – не зная его. Ад и Рай в твоей душе». И снова Познавший заставил рыцаря видеть через Рай, и возрадовался тот, и спустился с гор в ближайшую деревушку проповедовать людям приобретенное знание, и лилась кровь и вспарывались животы, и ломались кости, ибо такова была проповедь рыцаря, некогда давшего клятву бороться с порождениями Ада».[6]

Я отбросил распечатанные листы в сторону и устало провел ладонями по лицу. Света сидела напротив меня в кресле.

– Это очень интересно, но совершенно бесполезно. – Я на миг вспомнил о новой бутылке с кровью, которую принесла мне охотница. Бутылка стояла в холодильнике рядом с продуктами и манила к себе, но я решил держаться до последнего. – Что это?

– Отрывки из апокрифического евангелия от Ламии. Пострашнее Апокалипсиса будет. Некоторые вампиры считают это евангелие своей библией.

– Библия вампиров?

– Именно. И я принесла тебе ее отрывки, чтобы показать истинное происхождение вурдалаков. Первый из них был создан Дьяволом и до сих пор гуляет где-то по земле. Инициированные им люди – высшие вампиры, способные на самые разные ужасы. Даже факт того, что они пьют кровь, меркнет по сравнению с их прочими злодеяниями. Высшие вампиры, естественно, сколотили себе армию из вампиров послабее, к каковым относишься и ты. Вампиры – порождения зла, и если в тебе осталось хоть что-то человеческое, ты поможешь нам.

В последнее время я стал замечать, что при разговоре с охотницей мышцы моего лица невольно сокращаются, производя хищную ухмылку, сквозящую скепсисом. Наверное, это дурной знак?

– Какие же вы все таки ненормальные, – после паузы ответил я, имея ввиду под словом «вы» весь Орден Света. – Предлагаете вампиру вступить в войну против вампиров же!

– Но это война против Сатаны! Ты должен понимать, что Сатана – это главный источник зла!

– Я это понимаю, конечно! Но давай расставим все на свои места. Во-первых, я являюсь вампиром – подданным этого самого Сатаны, следовательно, Царствие Небесное мне не грозит, как бы я не изворачивался. Стоять перед воротами в Рай я не буду, потому что стою перед прозаической дилеммой: убивать и тем самым поддерживать в себе жизнь либо подохнуть. Дохнуть мне, как любому существу, неохота. Что это значит?

– В Библии написано, что каждый будет осужден или вознагражден за свои деяния. Ты стал вампиром по принуждению, и…

Я не стал слушать, что говорит девушка. Продолжил:

– Во-вторых, будучи подданным Сатаны, я могу постараться выслужиться перед ним. Наверняка это возможно. Наверняка он как-то награждает своих рьяных бойцов. Лучше индейка на столе, чем синица в руках.

– Я бы не советовала тебе пытаться выслужиться…

– В-третьих, – снова продолжил я, бестактно перебив собеседницу, – от твоего предложения дурно пахнет. Мало того, что мне предлагается ввязаться в войну против своих, скажем прямо, собратьев, так выгоды от этого мне не получить! Если бы ты сказала, что сможешь вернуть мне простую человеческую жизнь, беспечную жизнь без знания о потусторонних мирах, я, не колеблясь, согласился б на любую авантюру, сколь опасной она не оказалась. Но в качестве награды я получаю лишь обещание, что «какое-то время меня не будут трогать»! Тебе момент не кажется смешным?

Светлана попыталась сказать что-то в оправдание, но я опять не дал ей возможности высказаться. Поднявшись на ноги, я стал нервно шагать по комнате туда-сюда.

– Я никогда по-настоящему не верил в Бога – каюсь. Это все равно что верить в инопланетян или… или в снежного человека! Пока своими глазами не увидишь – не поверишь. Когда я на собственном опыте убедился в существовании потустороннего, когда не увидел собственного отражения в зеркале, я поверил. И теперь верю во что угодно, в том числе и в Бога. И мне очень больно осознавать, что дорога на небеса для меня закрыта: я не думаю, что за всю свою предыдущую жизнь совершал слишком тяжкие грехи. Грешил как все – в рамках общей испорченности и неполноценности. И теперь, Светочка, мне, как – тем более – существу тьмы, надо хоть как-то побеспокоиться о своем будущем. Умирать не хочу, но иного выбора вы мне не даете: смерть от голода, от серебряной пули или от другого вампира, если раскроется операция. Но хоть что-то я делать должен, ты согласна? Сейчас я задам тебе очень простой и очень плохой вопрос; мое участие в операции целиком и полностью зависит от твоего ответа.

Светлана сделала знак продолжать.

– В случае успешного завершения операции я не должен испытывать проблем ни с питанием, ни с добрыми узурпаторами. У меня будет такая возможность?

Девушка подумала несколько минут, прежде чем ответить. Впрочем, мне не казалось, что она и в самом деле взвешивает мои слова. Наверняка перед разговором со мной ее четко проинструктировали и заранее дали ответы на все вопросы, которые я могу задать…

– Дать тебе людей в качестве пищи мы не имеем права, – наконец ответила она. – Но проблему можно решить: ты будешь убивать плененных нами оборотней и пить их кровь, смешанную с человеческой плазмой. Такая пища малоприятна, но не даст тебе загнуться.

– Великолепно! – всплеснул я руками. Подобного ответа я как раз и ожидал. – Пока я якшаюсь с вампирами, мне можно убивать людей – иначе вся ваша легенда полетит к чертям. Зато в качестве приза мне предлагается до конца дней своих лакать противное пойло из каких-то там оборотней.

Светлана тяжко вздохнула и понурила взгляд:

– В этом-то наша проблема, – печально сказала она. – Мы пробовали завербовать многих вампиров, но безуспешно. Никто не хочет добровольно сотрудничать с нами, потому что не видит выгоды. Нельзя силам Света дать добро на убийство человека – пусть зека, пусть маньяка, пусть садиста – хоть кого. Иначе мы нарушим тот баланс, который сохраняется тысячи лет. Мы ввергнем Срединный мир во тьму, в хаос и зло. Потому что, позволив такое, мы сами станем злом.

вернуться

6

Евангелие от Ламии, гл. 5, ст. 3:3.

21
{"b":"1141","o":1}