ЛитМир - Электронная Библиотека

– Ну и сволочи вы все! – выдавил я из себя слова, скорее напоминающие булькающий хрип. Видимо, мои легкие были полны крови.

– Что есть, то есть, – спокойно согласился Познавший. – Свет борется с Тьмой, Тьма борется со Светом, а те несчастные, что оказываются под перекрестным огнем, проклинают и тех, и других. А теперь, раз уж дело зашло о перекрестном огне, давай все же выясним одну деталь, ради чего ты здесь и оказался.

Я громко и с трудом сглотнул.

– Как я три раза хотел сказать, ты глуп, ибо ты слеп. Мне наплевать, какие козни готовят друг другу Игорь Ливанов и слуги Старейшины Негельноса. Главное, чтобы друг друга не перебили, идиоты тщеславные. Мне важно знать, какой союз ты заключил с силами Света.

Вампир замолчал, и я догадался, что он ждет ответа.

– Я не заключал союза с ними, – хрипло и испуганно ответил я. – Никогда.

– Врешь! – воскликнул Познавший Кровь.

– Раз ты такой осведомленный, то наверняка знаешь, как я расстался с охотницей, – попытался я возразить. – А она, к твоему сведению, единственная из светлых, с кем мне доводилось встречаться! К тому же я попросил укрытия от Ордена у Игоря, и он дал нам его!

– Так то он так, но на несколько минут после твоего бегства от охотницы вы закрылись непроницаемым полем! – Или Познавший Кровь опять разозлился, или это было его постоянным состоянием. – О чем вы тогда говорили?

– По-моему, мы тогда лупили друг друга всем что под руку попадалось, не до разговоров было, – попытался я пошутить, и сразу понял, что зря. Невероятная боль стиснула мое и без того изуродованное тело, так что я заскрипел зубами, лишь бы не закричать.

Когда боль прошла, я открыл единственный глаз и боковым зрением заметил недалеко от себя Познавшего. Он сидел на корточках и о чем-то думал. Также я понял, что вокруг больше нет грозы, ветер утих, а под ногами не раскисшая почва пустыни, а чудесный ковер из благоухающих трав и цветов, над головой не сверкают молнии в чревах тяжелых туч, а чинно плывут белые как снег облака. В сладком воздухе носились взад-вперед пчелы в поисках самых красивых цветов с самой лучшей пыльцой, в небе кружились птицы, напоминающие ласточек, где-то пели цикады. Местами из зеленого океана травы поднимались невысокие деревья, увешанные белыми и сиреневыми соцветиями, но их я видеть уже не мог из-за травы.

Познавший Кровь, всё так же сидящий на корточках, сорвал какой-то цветок и поднес к лицу – должно быть, оценить аромат. Странно, но лучи солнца не причиняли ни ему, ни мне никаких неудобств, и при их свете лицо Познавшего выглядело именно как лицо, а не морда. Как мертвенно-бледное лицо давным-давно умершего человека.

– Когда-то это была чудесная долина, наполненная ароматом трав и цветов. В ней жили разные существа: большие и маленькие, травоядные и хищные. Здесь звонко пели птицы, и насекомые деловито сновали от цветка к цветку. Днём долину заливал золотой свет теплого солнца, а ночью её освещала серебряная луна. Горы, стоящие на западе, надежно закрывали долину от смертельного дыхания пустыни, лежащей за ними. Здесь было красиво, спокойно и тихо. И так каждый день в течении тысяч лет.

Я вспомнил про цепь остроконечных гор, виденных мною, и представил, как сейчас они, вместо того чтобы выглядеть пугающими и мертвыми, поросли травой, а сверху прикрыты снеговыми шапками. Эти горы были гораздо выше тех пиков, которые стояли на их месте несколько мгновений назад. Затем горы стали стремительно таять, уменьшились, и превратились в нечто похожее на расплавленную расческу. С их стороны, внезапно подуло жарким воздухом, а солнце стало невыносимо жечь тело. Больше не слышалось пения птиц и насекомых, не чувствовался запах цветов. Трава на глазах пожухла и превратилась в труху, деревья потеряли всю листву и сморщились, торча безобразными корягами из покрывшейся трещинами земли. Познавший Кровь выкинул цветок, который, едва коснувшись раскаленной почвы, осыпался горкой серого пепла.

– Но время шло, – продолжал Вампир. – Дожди и ветры сточили горы, которые отделяли местную жизнь от тамошней смерти. С запада подуло горячим ветром огромной пустыни, раскинувшейся за грядой, который принес погибель для всего живого. Жара испепелила травы и останки животных и превратила их в прах, плодородную землю засыпало песком, и она в конечном счете сама стала безжизненным песком. Долина погибла, но родилась новая пустыня. Дело в том, мой глупый Сергей, что и эту долину, и горы, и пустыню за ними сотворил Бог. Сотворил он все это не случайно, но в конце концов долина, которую заселяли сотни тысяч существ, погибла.

Теперь я снова оказался под проливным дождем в самом сердце чудовищной бури. После раскаленного солнца пустыни ледяные потоки воды казались просто невыносимыми, и я застонал от холода. Тем временем Познавший Кровь продолжал:

– Пустыня за горами уступила место океану, но здесь по-прежнему не было места ни для чего живого. Буря, которую ты наблюдаешь, есть ни что иное как отражение царствующей ныне в Срединном мире Тьмы. Конечно, царствие это весьма посредственно, но уж какое есть. Люцифер и его верные слуги делают все возможное, чтобы усилить свои позиции в Срединном мире и навсегда победить Свет, но никак не могут обойти одну проблемку. Видишь ли, эта буря, пришедшая со стороны океана, страшна и принесла смерть даже мертвой пустыне, но она же сможет возродить на ее месте давно канувшую в лету чертову долину с ее травками и цветочками. Дело это, сам понимаешь, долгое и хлопотное, но выполнимое. Дожди превратят пустыню в огромное болото, которое будет существовать очень долго, а затем высохнет и наполнит песчаную почву жизнью. Здесь снова прорастут травы и цветы, снова потянутся к небу деревья, а воздух наполнится благоуханием и звуками жизни. Но что это значит на простом и понятном тебе языке? А то и значит, что Люцифер, как бы ни изощрялся и как бы ни старался, не сможет повернуть время вспять. Он когда-то совершил страшную ошибку: разрушил горы. Пустыня ворвалась в долину, и Люцифер помогал ей уничтожать жизнь. Затем, когда дело было сделано, Люцифер решил показать свое могущество и наслал на пустыню страшную бурю, отголоски которой долго еще будут витать по миру. Он надеялся навсегда устрашить людей, навсегда вселить в их сердца веру в непобедимость Тьмы и Зла, но просчитался. Буря, созданная им самим, в конечном итоге воскресит цветущую долину… А ведь пустыни за горами больше нет – там плещутся о берег воды океана! Получается, что второго шанса испепелить жизнь у Люцифера нет!

Познавший Кровь замолчал. Он был по-прежнему недоступен ветру и дождю. Я озяб настолько, что даже мысли в моей голове отказывались бежать сколько-нибудь ровно.

– Но! – внезапно воскликнул Вампир, подняв вверх указательный палец. – Если время нельзя повернуть вспять, то как не допустить возрождения долины?

Я не стал отвечать, но ответ всплыл в моем мозгу. Познавший Кровь догадался, что придется отвечать самому:

– Не дать долине расцвести можно только одним путем: поддерживать бурю в силе. Это значит – вести ту войну, которую мы ведем сейчас, и ни на шаг не отступать.

Вампир поднялся с корточек и навис надо мною бледной поганкой. Чтобы не видеть его пылающего взгляда, мне пришлось закрыть свой чудом уцелевший глаз.

– Если ты вдруг решишь играть по своим правилам, я уничтожу тебя и всех, кто, так или иначе, дорог тебе, Сергей. Даже у вампиров есть что-то близкое сердцу, и я уничтожу все это! Ты слишком мелок и ничтожен, чтобы остановить бурю, нашу бурю! Помни это всегда, червь!

Внезапно вокруг нас поднялись стены из песка и грязи и закружились в грандиозном хороводе. Я и Познавший Кровь оказались в центре гигантского смерча, где дождь прекратился, а ветер утих. Огромная воронка уходила всё выше и выше, пронзила бегущие тучи, всосала их в себя, поднимая в воздух тонны и тонны грязи. Казалось, что смерч начал пульсировать, то сужаясь в диаметре, то резко расширяясь. Где-то в глубинах поднятой вихрем земли сверкали молнии, но грома услышать было нельзя – такой свист стоял вокруг.

29
{"b":"1141","o":1}