ЛитМир - Электронная Библиотека

– Ай-яй-яй! Вот она, наша жизнь: Бог дал, Бог и взял!

– Carpe diem[7], – всхлипнув, привела она слова Горация.

– О tempera, о mores![8] – откликнулся Линкольн цитатой из Цицерона.

Грейс решила, что пора сразить его Библией.

– «Всему свое время, и время всякой вещи под небом»

На несколько секунд ей показалось, что крыть ему нечем, но вдруг он вскинул кверху указательный палец и изрек:

– «Время – деньги»[9].

Грейс милостиво наклонила голову, признавая свое поражение. В гостиной вновь воцарилось продолжительное молчание. Чувствуя, что вежливая, но бесконечная игра в гляделки скоро сведет ее с ума, она поднялась с места, и братья Крокеры вместе с Моргуном тут же, как по команде, вскочили.

– Пожалуй, я поднимусь и скажу мистеру Джонсу, что вы его ждете.

– Спасибо, мэм, – нестройным хором откликнулись они.

Наверху, за дверью ванной, Рубен теперь распевал «Сплотимся вокруг знамени».

– Мистер Джонс? – позвала Грейс, тихонько постучав по дереву.

Дверь так внезапно распахнулась, что ей пришлось отступить на шаг. Он усмехнулся ей сквозь покрывавшие лицо пышные хлопья мыльной пены.

– Привет, Гусси.

У нее перехватило дух при виде его широкой обнаженной груди и длинных, стройных, покрытых темными волосами ног. Верх от низа отделяла лишь интригующая белая полоска обернутого вокруг бедер полотенца.

– У тебя посетители.

– А кто это?

– Братья Крокеры и Моргун.

Его задорная улыбка превратилась в болезненную гримасу: даже под мыльной пеной стало заметно, как он помрачнел. Однако он лишь ответил:

– Скажи им, что я скоро спущусь, хорошо?

– Хорошо.

Но она осталась на месте, пристально изучая его лицо.

– Ты уверен, что все в порядке?

– Конечно! Все в ажуре.

Рубен поднес к щеке бритву, давая понять; что она может уходить. Ей ничего другого не оставалось, как последовать молчаливому совету, но, когда она вернулась к Крекерам, на сердце у нее скребли кошки и их туповатая вежливость больше не казалась ей забавной.

Через несколько минут по лестнице вприпрыжку спустился Рубен и решительно направился к старшему из Крекеров, на ходу протягивая ему руку.

– Линкольн! – воскликнул он с самым сердечным видом. – Какая нечаянная радость!

– Взаимно.

– Вот уж не думал, что увижу тебя с утра пораньше.

– Ну, ты же знаешь, как там говорят про ранних пташек!

– Очень верное и глубокое замечание. Вы познакомились с миссис Руссо?

– Да, мы уже имели честь. А теперь нам хотелось бы побеседовать с тобой наедине. Если, конечно, вдова не возражает.

– Вдова?

– Конечно, я не возражаю, – торопливо вставила Грейс. – Рада была познакомиться со всеми вами.

– Мы тоже очень рады, мэм, – отозвались братья, как всегда, хором.

Грейс послала Рубену взгляд, смысла которого он скорее всего не понял, так как она и сама не знала, что именно хотела выразить, и опять поспешно поднялась наверх. Войдя в спальню, она скинула башмаки и на цыпочках прокралась обратно в коридорчик, ведущий к лестничной площадке. Однако разговор в гостиной не только не разгорелся в ее отсутствие, напротив, он стал еле слышен. Сколько ни старалась, она не могла разобрать ни слова, хотя, судя по тону голосов Рубена и Линкольна, между ними завязался оживленный спор.

Внезапно разговор смолк; все задвигались, а еще через секунду Грейс услыхала скрип отворяемой задней двери и щелчок замка.

Внимательно прислушиваясь, она спустилась вниз.

– Мистер Джонс? Никакого ответа. Добравшись до нижней ступеньки, Грейс убедилась, что гостиная пуста. Безумная мысль промелькнула у нее в голове: неужели Рубен сбежал? Она тотчас же отмела нелепое подозрение. Не мог же он уйти, ничего с собой не взяв, бросив даже свою драгоценную коллекцию вин! Он просто пошел проводить своих странных друзей, вот и все. Интересно, как они проводят время, эти мужчины без определенных занятий? О чем говорят друг с другом? И как это на него похоже: оставить ее одну, без денег, без еды, без объяснений. Ну и пусть! Она сама найдет, чем заняться.

За неимением лучшего Грейс решила обследовать его письменный стол. Замки на ящиках оказались пустяковыми: она открыла их при помощи пары шпилек. Внутри, рассортированные по папкам с завидной аккуратностью и даже педантичностью, лежали записи, относившиеся к различным мошенническим аферам. Судя, по конвертам, корреспонденция поступала одновременно в семь абонентских ящиков, арендованных в нескольких почтовых отделениях в разных районах города.

В числе прочего мистер Джонс держал фальшивое справочное бюро газетных вырезок. Эта фирма периодически прогорала и вновь возрождалась под различными названиями. В настоящий момент она именовалась «Редиклип Инкорпорейтед». Он торговал поддельными лотерейными билетами и мнимыми ставками ирландского тотализатора[10]. Кроме того, Рубен, занимался розыском наследников несуществующих богатых семейств. Это была довольно сложная и запутанная афера, требующая составления генеалогического древа. Грейс вспомнила, что Генри тоже когда-то этим баловался, но в конце концов вынужден был отказаться: это стало слишком опасным.

А вот махинация, о которой она раньше не слыхала, – компания по ремонту крыш «Скайтоп Лимитед». Красочный проспект сулил всем желающим новую крышу по смехотворно низкой цене в обмен на право для потенциальных клиентов осмотреть ее в рекламных целях, когда она будет готова. Фокус заключался в том, что смехотворно низкую цену счастливый заказчик платил авансом, после чего представитель фирмы «Скайтоп Лимитед» бесследно исчезал.

Время от времени Рубен помещал в газетах рекламное объявление – подлинный шедевр мелкого мошенничества. «Пришлите доллар по такому-то адресу. Возможно, вас ждет сюрприз». Грейс сразу поняла, в чем заключается сюрприз: откликнувшийся на объявление простак терял доллар. Это даже нельзя было считать правонарушением, так как Рубен, в сущности, ничего не обещал.

Однако больше всего ей понравилось «Международное общество любителей литературы, науки и искусства» – заочные курсы по воспитанию талантов. Доверчивые дилетанты с творческими амбициями направляли в адрес «Общества» свои сочинения, рисунки, чертежи изобретений, а Рубен за тридцать долларов давал им консультации по «дальнейшему улучшению» присланных работ перед тем, как представить их на суд издателя или патентного бюро. А за небольшой дополнительный гонорар снабжал желающих дипломами, грамотами, почетными знаками, сертификатами и заверенными свидетельствами, подтверждающими право владельцев указывать перед своей фамилией ученые степени и звания членов «Общества».

Грейс перелистывала архивы ."Общества" с циничной ухмылкой, пока не наткнулась на незаконченный ответ Рубена автору на редкость бездарной автобиографической прозы. Это была некая дама из Сакраменто, по всей видимости, старая дева. Он писал, что возвращает ей деньги, и в самых деликатных выражениях советовал попробовать свои силы в выращивании цветов или вышивании.

Глубоко задумавшись, Грейс привела в порядок содержимое ящиков и вновь заперла их при помощи все тех же шпилек. Через несколько минут, когда входная дверь открылась, она с невинным видом сидела на продавленном диване, углубившись в газету, и даже не подняла головы, пока Рубен пересекал комнату. Только когда он повернул к лестнице, она бросила на него случайный взгляд, и этого оказалось довольно, чтобы заставить ее вскочить.

– Силы небесные, что с тобой стряслось? – вскричала она, отбрасывая газету.

Вместо ответа он продолжил путь наверх, еле втаскивая ноги на ступеньки и держась рукой за ребра, словно боялся рассыпаться на части. Очутившись на площадке, Рубен повернул прямо к ванной, и Грейс, ни минуты не колеблясь, прошла туда вслед за ним.

вернуться

7

Живи сегодняшним днем (лит.).

вернуться

8

Что за времена, что за нравы! (лат.). Слова из книги Екклезиаста.

вернуться

9

Слова Бенджамина Франклина

вернуться

10

Система игры, когда все собранные деньги объединяются в общую сумму, а лошади, на которых делают ставки, определяются жеребьевкой

13
{"b":"11411","o":1}