ЛитМир - Электронная Библиотека

Стиснутые пальцы Грейс побелели от напряжения. «На ваш собственный склад в Китайском квартале». Впервые с той страшной ночи в доме Уинга ей вспомнились деревянные ящики, которые у нее на глазах рабочие загружали в его Подвал. Он хранил опиум прямо у себя в доме! Ей не терпелось поскорее рассказать об этом Рубену.

– Абсурд, – прошептал Уинг. Но у нее возникло убеждение, что он просто тянет время, мысленно взвешивает все «за» и «против».

– Вовсе нет. Мы берем на себя весь риск, к тому же у нас есть расходы – эти бумаги достались нам небесплатно, равно как и склад на Второй улице. Мы уже проделали всю работу, вам остается только сунуть руку в карман. К тому же нас трое. Какие-то жалкие пятнадцать тысяч на брата. А также на сестру.

– – А что помешает доктору Хэйесу забрать Деньги и скрыться? И вам вместе с ним?

«Хороший вопрос», – подумала Грейс. Сердце у нее стучало, как молот.

– Ничто не помешает. Разве что практические соображения. Мы же не дураки! Не сомневайтесь: мы прекрасно понимаем, что с вашей помощью можем. стать гораздо богаче, чем без вас!

– Другими словами, я должен положиться на вашу алчность.

– Наконец-то вы начали смекать, что к чему. Крестный Отец сложил вместе кончики пальцев; по лицу невозможно было определить, о чем он думает.

Наконец он поднял голову.

– Рад был познакомиться с вами, доктор Хэйес. В наступившей тишине Док бросил ошеломленный взгляд на Рубена. Тот кивнул. Док допил пиво, отодвинул стул, поднялся и вышел. Уинг тотчас же поднял руку, и один из его прихвостней поспешил к столу. Крестный Отец отдал ему тихий приказ по-китайски.

Его приспешник поклонился и ушел.

Грейс догадалась, что ему было велено проследить за Доком, проверить, тот ли он, за кого себя выдает. Оставалось лишь надеяться, что, кроме слежки, ему ничего не поручено и что Док выдержит свою роль до самой Бэлэнс-стрит.

– Ну? – спросил Рубен и забарабанил пальцами по столу, давая понять, что его терпение на исходе. – Мы сделали предложение. Каков ваш ответ?

Наступила решающая минута. Стараясь не ерзать, Грейс выжидательно взглянула на Уинга. Улыбка, расплывающаяся по его лицу, ее ничуть не ободрила.

– Мой ответ «нет».

Она почувствовала, как тело Рубена оседает на стуле, словно из него выпустили воздух.

– Нет? – повторил он, не веря своим ушам.

– Нет. Боюсь, что нет. Видите ли, мистер Смит, я не могу довольствоваться вашим честным словом. Мне потребуется нечто большее, чтобы обеспечить надежность сделки.

К Рубену вернулась надежда:

– Что же именно?

– Мне бы хотелось получить… – Его голос стал мечтательным и напевным, как будто он читал молитву. – Мне бы хотелось получить… Августину.

Глава 19

Люди, как музыкальные инструменты, словно созданы, чтобы на них играли.

С. Н. Бовс

Рубен рассмеялся.

Грейс с трудом подняла руку. Когда подошел официант, она сказала, еле ворочая языком:

– Виски без содовой.

– Неужели мое предложение вас так потрясло? – участливо спросил Крестный Отец. – Вы не могли не заметить, что я питаю к вам глубокое чувство.

– Глубокое чувство? Ты ее опоил и раздел догола, а потом заставил курить дурь, и это называется глубоким чувством? Слушай ты, недоделанный извращенец…

Грейс положила ладонь поверх стиснутого кулака Рубена и крепко сжала его.

– Погоди, Алджернон, не надо выходить из себя. Ты же сам сказал, что мы готовы забыть прошлые обиды.

Он вытаращился на нее, не веря своим глазам, и она взглядом дала ему понять: «Давай послушаем, что у него на уме». Одно из непреложных правил Генри гласило: «Отняв у простака веревку, ты лишаешь его возможности повеситься».

Очарованный ее словами Уинг наклонился ближе, но Грейс отстранилась. Он овладел собой и опять заговорил как деловой человек:

– Ситуация очень проста. Вы требуете много денег и ничего не даете взамен…

– Это не так, – начал было возражать Рубен, но Уинг жестом заставил его замолчать.

– В вашей стране, как и в моей, принято, чтобы сторона, требующая денег, предлагала что-то в залог. В качестве дополнительного обеспечения, как это у вас называется.

– И вы хотите получить Гусси в качестве дополнительного обеспечения?

– А почему бы и нет? Все, что я знаю о вас, мистер Смит, – это то, что вы мошенник, однажды пытавшийся меня обокрасть. О вашей сестре мне известно несколько больше. Я знаю, что она тоже занимается воровством, но для меня это не имеет значения. Для меня важно только одно: она моя судьба.

Привалившись к стене, Рубен вытащил из кармана манильскую сигару, зажег ее и выпустил дым к потолку.

– Ну, если это так, что ж вы сразу не сказали?

– Это правда. Она моя золотая богиня, вся моя жизнь, и мои чресла предназначены ей.

– Ваши… что?

– Так и будет, мистер Смит, – с фанатичным упорством повторил Уинг. – Таков путь Дао[53].

– Ах вот как? Ну тогда скажите мне, Марк: что бы вы стали делать с моей сестрой, если бы вам удалось ее заполучить?

Рубен прислушался к ее молчаливому совету и бросил простофиле веревку, однако ход его мыслей ее совсем не порадовал.

Уинг вновь обратил на нее свой взгляд. В его черных глазах светилось такое дьявольское, нестерпимо самодовольное чувство хозяина, любующегося своей собственностью, что она поежилась. Но даже он сам, по-видимому, осознал, что раскрывать все свои непристойные планы прямо сейчас было бы по меньшей мере нескромно, и ответил просто:

– Я буду наслаждаться счастьем с ней.

– Да, но на каких условиях? Сделаете ее своей наложницей? Белой рабыней? Содержанкой? Будете время от времени наведываться к ней в отель в нижней части города? Каковы ваши намерения в отношении моей сестры?

Уинг стукнул кулаком по столу с таким грохотом, что оба они подскочили.

– Вы меня оскорбляете, сэр! – воскликнул он, побагровев. – Мало того, вы оскорбляете и унижаете мою будущую невесту! Августина не будет белой рабыней или любовницей, она будет моей женой!

Они оба уставились на него, лишившись дара речи.

– Моей возлюбленной спутницей жизни, матерью моих сыновей. – Он жадно потер руки. – Многих, многих сильных сыновей. Они будут возносить молитвы, приносить жертвы, бить поклоны. Они проложат мне путь в нирвану.

Грейс и Рубен обменялись взглядами полного взаимопонимания. Они имели дело с психом, по которому плакала смирительная рубашка.

А на него между тем опять накатил приступ тошнотворной нежности.

– Августина, обожаемая моя, я дам тебе все, что пожелаешь – все! Моя королева, моя богиня, в моем доме не будет никого выше тебя по положению! Богатые наряды, бесценные украшения, армия слуг в полном твоем…

– Деньги?

Уинг оторопел и уставился на нее с открытым ртом.

– Как насчет денег? – еще суровее переспросила Грейс.

– Да-да, деньги, а еще…

– Сколько?

– Сколько пожелаешь! И все…

– На моем собственном счету? Открытом на мое имя?

Ей хотелось знать, как далеко он готов зайти. После недолгих колебаний он сказал:

– Да, хорошо.

– Сто тысяч долларов, – безжалостно продолжала Грейс. – На личном счету. Чтобы на нем стояло только мое имя, и больше ничье!

Уинг расплылся в улыбке от уха до уха, заранее предвкушая счастливый конец.

– Ну, конечно, – с готовностью согласился он.

– Эй, полегче! – возмутился Рубен, старательно подыгрывая ей. – А как же я?

Улыбка исчезла с лица Уинга.

– А при чем здесь вы?

– Как насчет нашей сделки? – Если Августина согласится стать моей женой, я готов вступить в партнерство с вами и с. доктором, мистер Смит. Скоро, возможно, уже завтра, доктор Хэйес нанесет визит на таможню и оформит перевод груза на склад, которым вы так своевременно обзавелись. Мой Главный Оруженосец будет повсюду его сопровождать: сначала в банк, потом на таможню. Доктор ни на минуту не останется наедине с моими деньга-. ми; любая попытка скрыться с ними будет не только бесполезной, но – я должен вас предупредить – и очень опасной.

вернуться

53

Дао – центральное понятие древнекитайской философии даосизма: не познаваемая разумом первопричина вселенной, предопределяющая жизненный путь человека

78
{"b":"11411","o":1}