ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Трое умерли под утро, четвертый продержался еще день. Их сбросили за борт в парусиновых саванах, без обычной в подобных случаях церемонии. Если бунтарский дух и зарождался на «Джоржетте», он умер с ними. Стражники понесли наказание, хотя у всех было такое чувство, что на их месте мог оказаться любой.

Иные мысли овладели умами, когда на горизонте возникли пики гор Земли Ван Дьемана. «Джоржетта» снова взяла курс на север, ветер стал теплее, временами весеннее солнце было даже горячим. Путешественники наблюдали береговую линию континента с изрядной настороженностью. Они видели только длинные извилистые песчаные отмели и растительность сероватого и тускло-зеленого оттенков. Те, кто этого раньше не видел, то есть все, кроме Брукса, не спешили с суждениями. Команда судна приветствовала это зрелище с облегчением, подсчитывая меж собой, как скоро они смогут отделаться от обременительного груза и направиться в гораздо более привлекательные торговые районы Индии и Китая.

II

В кают-компании Эндрю сложил карты и откинулся на стуле. Он бегло оглядел других мужчин: Гардинга, Брукса и Уайлдера, сидевших с ним.

— Ну, джентльмены, — сказал он, — боюсь, мне придется удалиться. Я заступаю на вахту через пятнадцать минут.

Они ничего не ответили. Уайлдер поерзал на стуле и подавил зевок, Гардинг возился со своей сигарой. Когда Эндрю смотрел на них, подобие улыбки тронуло его губы.

— Веселенькая компания, господа! — заметил он, не обращаясь ни к кому в особенности. — Никто из вас не хочет пожелать мне удачи? Это моя последняя вахта на борту «Джоржетты» в море — кончается моя служба в Ост-Индской компании.

Снова никто не отозвался, молчание стало гнетущим. Когда Эндрю обводил их взглядом, все они опускали глаза.

— Ну что ж, — сказал он, — я вижу, вы предпочитаете ничего не говорить, когда полагаете, что человек собирается угробить свою жизнь, совершив один безумный поступок. — Он пожал плечами. — Возможно, вы правы. Но безумец никогда не внемлет советам.

Он склонился над счетом. Вокруг царило молчание.

Потом он выпрямился, протянув листок Гардингу.

Офицер посмотрел на итоговую сумму со смиренным выражением: губы его шевелились, когда он проверял подсчеты Эндрю. Наконец он неторопливо кивнул и передал листок Бруксу, который сидел слева от него.

— Похоже, везенье вам никогда не изменяет, Маклей, — устало заметил он. — Боюсь, что эта игра оставляет меня в долгу перед вами.

Брукс обошелся без комментариев: он просто кивнул и передал листок Уайлдеру. Тот взял его с довольно безразличным выражением, затем нахмурился и выпрямился на стуле.

— Не может быть, Маклей, чтобы я проиграл вам так много!

— Это не только за сегодняшнюю игру, — сказал Эндрю. — Вы же не забыли, надеюсь, своего невезенья с того момента, как мы покинули Кейп? Это общая сумма вашего долга мне.

— И вы ожидаете, что я вам все это выплачу до отплытия из Порт-Джексона?

— Естественно. — Эндрю отвернулся от Уайлдера, чтобы включить в разговор других. — Я получил удовольствие от вашего общества и от игры с вами, джентльмены, но всему этому, очевидно, пришел конец. В течение ближайших дней я покидаю корабль и остаюсь в Новом Южном Уэльсе. Вы все продолжите путешествие. Никто не в силах сказать, когда мы встретимся снова, если вообще когда-нибудь встретимся.

Уайлдер воскликнул:

— Но, черт возьми, вы же понимаете, что я не могу выплатить такую сумму сразу! Я все свободные деньги вложил в груз, который собираюсь продать здесь и на Востоке.

Выражение лица Эндрю не изменилось, пока он слушал Уайлдера. Он тасовал карты, как будто не замечая присутствующих. Он знал, что каждый из них ждет его ответа, но он не торопился уладить дело с Уайлдером: пусть еще немного подумает о своем положении и о том, где ему взять денег. Эндрю заметил, что на лбу Гардинга собираются складки нетерпения. Он отложил карты и обернулся к Уайлдеру:

— Часть вашего груза составляет скот, не так ли? Насколько мне помнится, это три коровы и восемь свиней?

— Да, — сказал Уайлдер.

— Я приму скот в счет уплаты долга, — произнес Эндрю тихо.

— Ну уж нет! — быстро ответил Уайлдер. — Я не согласен. Продав скот, я могу выручить сумму гораздо большую, чем этот долг.

Эндрю пожал плечами.

— Это, конечно, ваше дело — подобный риск. Вам могут предложить и более низкую цену за них.

Он придвинул к себе чистый лист бумаги и быстро произвел на нем какие-то подсчеты. Когда он закончил, то послал его через стол к Уайлдеру.

— Последние сведения о ценах в колонии, которые мы имеем, прошлогодние. Но исходя из этих цен, стоимость вашего скота не покрывает долга.

Уайлдер молча уставился на цифры. Гардинг подался вперед, наблюдая за лицами молодых людей.

Эндрю сказал:

— Выходит, вам выгодна эта сделка, Уайлдер. Но когда мы завтра прибудем в Порт-Джексон, может оказаться, что цены выросли — в таком случае вы останетесь в накладе.

Он резко ударил по столу кулаков.

— Вы готовы сыграть на это? Я должен вас предупредить, однако, что когда я встану из-за этого стола сейчас, я потребую полной выплаты долга, даже если мне придется взять часть вашего груза, предназначенного на Восток.

Уайлдер вспыхнул от злости.

— Вы так жестоки в своих требованиях, как не подобает джентльмену, Маклей.

— Я не собираюсь вести дела в этой колонии по-джентльменски, — резко сказал Эндрю. — Вы не замечали разве, как мало джентльменов умеют делать деньги? — Он снова пробежался пальцами по колоде. — Ну так как? Принимайте или отвергайте, а мне пора на вахту.

Уайлдер взглянул на Гардинга, на Брукса, но не увидел в их глазах поддержки. Он повернулся к Маклею.

— Хорошо, — сказал он угрюмо, — я согласен.

— Дело сделано! — Эндрю позволил себе слабую улыбку и потянулся за новым листком бумаги. — Так, подпишите, пожалуйста, акт передачи. — Он склонился над листком и начал писать.

Губа Уайлдера презрительно скривилась.

— Я вижу, вы не теряете времени даром.

— Конечно, — ответил Эндрю, не поднимая головы. — Я не для того решил здесь поселиться, чтобы терять время даром.

Уайлдер ничего не сказал. Скрип пера был единственным звуком в комнате, пока Гардинг, прочистив горло, не заговорил:

— Не хотели бы вы также принять в уплату моего долга скот, Маклей?

Эндрю лишь на миг оторвал голову от бумаги.

— Конечно, сэр.

Брукс отодвинул свой стул и, ухватившись за край стола, оторвал от пола передние ножки. От этого движения стол покачнулся.

— Что ж, кажется, я единственный, долг которого так невелик, что может быть уплачен наличными… Я позабочусь, чтобы вы его получили до того, как покинете корабль, Маклей.

Эндрю кивнул.

— Спасибо, Брукс.

Брукс поднялся из-за стола.

— Один лишь раз, — сказал он, — знал я человека, которому так чертовски везло в карты. Он сделал себе состояние и пропил его, отчего и умер. — Он наклонился к Эндрю. — Я искренне надеюсь, что вам удастся достичь первого без второго.

Эндрю перестал писать, положил перо, внимательно глядя на Брукса. Вдруг Брукс протянул руку, Эндрю с готовностью пожал ее.

— Счастливо, Маклей! Я старше вас и не смог бы сделать того, на что вы решились. Но я завидую вашей отваге!

Акт передачи был подписан, и Эндрю отправился заступать на вахту. Уайлдер, Брукс и Гардинг остались, обмениваясь взглядами. Брукс снова сел и стал барабанить пальцами по столу. Глаза Уайлдера снова пробежали по колонкам цифр, написанных Эндрю.

— Да, — произнес он, — он, конечно, получил это по дешевке.

Гардинг лениво шевельнулся.

— Я не уверен, что вы правы. Никто из нас не может сказать, каковы будут цены на скот в Сиднее. Для него это такой же риск, как и для вас. Возможно, он на этот раз проиграет.

Уайлдер сказал:

— Я все равно считаю, что так поступать недостойно. Он воспользовался преимуществом нечестно.

Брукс пожал плечами.

26
{"b":"11417","o":1}