ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— И сколько же ты собираешься толочься здесь? — сердито крикнул ему вслед Доли. — Не то чтобы очень меня это занимало. Ведь торопитесь-то вы, а не я. Хм-м! — Он сунул топор за пояс, нахлобучил поглубже на свои вихры шапочку и с остервенением стал набирать в грудь воздух.

Тарен опять с благодарностью вспомнил уроки Колла, научившего его разбираться в травах. Он нашёл неподалёку почти всё, что было необходимо. Хен Вен с энтузиазмом помогала ему. Она первой и нашла самые нужные травы.

Гвитант не отбивался и не шипел, пока Тарен накладывал припарку, намочив в горячем отваре лоскут от своей куртки.

Другой лекарственный настой он капля за каплей влил в раскрытый клюв птицы.

— Всё это чудесно, — сказал Доли, чьё любопытство взяло верх над недовольством. Он проследил всю процедуру от начала до конца и проворчал: — Интересно, а как ты собираешься тащить эту гадость? На собственной спине?

— Я не думал ещё, — просто ответил Тарен. — Может быть, завернуть его в мой плащ?

Доли фыркнул:

— В том-то и беда с вами, большеногими увальнями. Вы не видите дальше собственного носа. Но если ты думаешь, что я стану мастерить для него клетку, то жестоко ошибаешься.

— Клетка — это то, что нужно! — оживился Тарен. — Но я не стану беспокоить тебя своей просьбой. Постараюсь сделать сам.

Карлик презрительно глядел, как Тарен подламывал стволы молодых деревцов и пытался их переплести.

— Ох, прекрати! — взорвался наконец Доли. — Не могу смотреть на дурную работу! Давай сюда, а сам отдохни.

Он оттолкнул Тарена, сел на корточки и принялся вязать гибкие прутья. Он искусно подрезал их ножом, ловко связывал тонкими плетьми вьющихся растений, и почти мгновенно в руках его оказалась прочная плетёная клетка.

— Это у тебя выходит намного лучше, чем попытки стать невидимым, — сказала Эйлонви.

Карлик не ответил, а только сердито глянул на неё.

Тарен выложил дно клетки листьями, осторожно положил на них гвитанта, и они двинулись вперёд. Доли шагал теперь намного быстрее, стараясь наверстать потерянное время. Он упорно топал вниз по склону холма, даже не оборачиваясь, чтобы посмотреть на поспевающих за ним спутников.

Тарен видел, что спешка приводит только к тому, что они быстрее устают и чаще останавливаются передохнуть. Но не хотел обижать карлика.

Гвитант постепенно поправлялся. На каждой остановке Тарен кормил птицу и давал ей лекарство. Гурджи всё ещё страшился подойти поближе к клетке. Только Тарену птица позволяла приближаться к себе. Когда Ффлевддур шутя попытался сунуть палец в клетку, гвитант ощерился и нацелил на него свой страшный клюв.

— Я предупреждаю, — продолжал настаивать Доли, — что ничего хорошего из твоей затеи не выйдет. Но ничего, не обращай внимания на слова Доли, продолжай в том же духе. Сами себя губите, потом не жалуйтесь. Я всего лишь проводник и делаю то, что мне приказано. Ничего больше.

С наступлением ночи они разбили лагерь и обсудили планы на завтра. Гвитант совсем выздоровел, и у него появился огромный аппетит. Он яростно и пронзительно кричал и стучал клювом о прутья клетки, когда Тарен не был расторопен и недостаточно быстро приносил ему пишу. Он мгновенно глотал куски, которые кидал ему Тарен, и тут же требовал ещё. Насытившись, гвитант нахохливался на дне клетки и внимательно прислушивался к их разговорам. Глаза его внимательно следили за каждым движением людей. Наконец Тарен осмелился просунуть руку в клетку и погладить птицу по голове. Гвитант больше не шипел и не пытался укусить его. Но все попытки барда подружиться с ним провалились.

— Он отлично помнит, что ты готов был отрубить ему голову, — сказала Эйлонви Ффлевддуру. — Потому ты не можешь обижаться на него за нелюбезный приём. Если бы кто-нибудь пожелал отрубить мою голову, а после совался со своей дружбой, я бы тоже клевала его.

— Гвидион говорил мне, что птиц дрессируют, пока они молодые, — сказал Тарен. — Как мне хотелось бы, чтобы он сейчас был с нами. Он хорошо знает, как обращаться с этими существами. Должно быть, в Каер Датил есть хороший сокольничий. Посмотрим, что сможет он.

Но на следующее утро клетка оказалась пустой.

Доли, который проснулся задолго до остальных, первым заметил это. Взбешённый карлик размахивал клеткой перед лицом Тарена. Решётка из молодых побегов была измочалена и разорвана клювом гвитанта.

— Вот ты и получил! — вопил Доли. — Я это предвидел! Не говори, что я не предупреждал! Теперь уже коварная тварь на полпути к Аннувину, подслушав и прознав всё, о чём мы толковали. Если Аровн не знал, где мы, то теперь он достаточно быстро узнает. Ты хорошо поступил, о, ты просто замечательно поступил! — фыркал Доли. — Избавьте меня впредь от дураков и добреньких Помощников Сторожа Свиньи!

Тарен понурился, не в силах скрыть своего разочарования и страха. Ффлевддур не сказал ни слова, но лицо его было мрачным.

— Я опять совершил ошибку, как всегда, — уныло сказал Тарен. — Доли прав. Нет никакой разницы между дураком и Помощником Сторожа Свиньи.

— В этом ты, возможно, и прав, — хихикнула Эйлонви. — Но я терпеть не могу людей, которые тычут другим в нос: «Я про это говорил, я предупреждал…» Это хуже, чем если бы съели твой обед, а потом рассказывали тебе, какой он был вкусный. — Она не глядела на Доли и сердито продолжала: — Я уверена, что Доли всё это выложил потому, что беспокоится о нас, а не из-за своего дурного ворчливого характера. Он похож на дикобраза, у которого мягкое брюшко, стоит только перевернуть его. Если бы он только не очень старался стать невидимым, это сразу улучшило бы его характер.

Времени на сожаления и перепалку не оставалось. Доли повёл ещё быстрее. Они почти бежали. Но все ещё продолжали следовать вдоль долины Истрад. После полудня карлик вдруг резко повернул на запад и снова принялся спускаться вниз, на равнину. Небо стало серо-свинцовым и тяжёлым. Сильные порывы ветра хлестали им в лицо. Бледное солнце, словно, растворённое за пеленой облаков, не грело. Мелингар беспокойно ржал. Хен Вен, до сего момента спокойная и безмятежная, начала выкатывать глаза и что-то бормотать.

Пока путники делали короткий привал, Доли пошёл вперёд осмотреться и разведать предстоящую дорогу. Спустя короткое время, он вернулся и повёл их вверх на самый хребет высокого холма. Там беззвучно приказал лечь на землю и показал вниз, в сторону Истрад.

Равнина была усеяна воинами, пешими и конными. Чёрные знамёна трещали на ветру. Даже на таком расстоянии Тарен мог слышать лязг оружия, мерный тяжёлый грохот марширующих ног. Во главе извивающихся колонн ехал верхом Рогатый Король.

Книга Трех - i_51.png

Гигантская его фигура возвышалась над вооружёнными всадниками, галопирующими следом. Ветвистые рога тянулись к небу, как хищные когтистые лапы.

Книга Трех - i_52.png

Пока Тарен, как заворожённый, смотрел на текущее по долине войско, голова Рогатого Короля вдруг медленно повернулась в сторону вершины холма, на котором они притаились. Тарен распластался на земле. Он был уверен, что защитники Аровна не могут видеть его. Это всего лишь призрак страха, гнездящегося в его сердце, бросает его в дрожь. И всё же ему казалось, что глаза Рогатого Короля отыскали его и вонзились двумя холодными кинжалами.

— Они догнали нас, — прошептал Тарен обречённо.

— Быстрее, — твёрдо сказал карлик. — Давайте поторапливаться, вместо того чтобы терять время на стоны и причитания. Мы не более чем в одном дне пути от Каер Датил. И они тоже, кстати. И всё же мы можем двигаться быстрее. Если бы вы не теряли время на этого неблагодарного посланца Аннувина, мы бы теперь были далеко впереди. Не говорите, что я не предупреждал вас.

— Надо бы вооружиться получше, — сказал бард. — У Рогатого Короля дозоры, идущие с обеих сторон долины и впереди.

Тарен снял оружие со спины Мелингара и каждому вручил лук, стрелы и короткое копьё. Король Эйддилег дал им круглые бронзовые щиты, но они были карликового размера, а после внушительного вида воинов Рогатого Короля и вовсе показались игрушечными. Гурджи опоясался коротким мечом. Из всего отряда он был больше других возбуждён и взбудоражен.

32
{"b":"1142","o":1}