ЛитМир - Электронная Библиотека

– Музыка Гвина – это не сама беда, а только предупреждение о ней, – сказал Гвидион, кладя руку на лоб Тарена. – Будь готовым к ней, но не унывай. Не вбирай в себя грозное эхо. Те, кто сделал это, бродят с тех пор по свету, потеряв надежду.

Тихое ржание Мелингар отвлекло Гвидиона. Он поднялся и пошел к лошади. Тарену показалось, что за кустом мелькнула какая-то тень. Преодолевая страх, он вскочил и нырнул в кустарник. Колючки намертво вцепились в него. Он рванулся, упал на что-то мягкое, что стало яростно отбиваться. Тарен лягнул шевелящуюся под ним массу ногой, ухватил нечто похожее на голову, и вдруг в нос ему ударил резкий запах псины, который ни с чем спутать было невозможно.

– Гурги! – сердито вскрикнул Тарен. – Ты крадешься за нами? – И он принялся с остервенением трясти существо, которое от страха тут же свернулось в клубок.

– Прекрати! Хватит! – остановил его Гвидион. – Не пугай его, не то бедняга и вовсе лишится рассудка.

Гурги, чувствуя защиту, завыл во весь голос. Тарен сердито уставился на Гвидиона.

– Я только хотел защитить тебя, – обиженно сказал он. – Можешь вообще меня прогнать. Пора было бы мне сообразить, что великий воин не нуждается в помощи и защите какого-то жалкого Помощника Сторожа Свиньи!

– В отличие от сердитого Помощника Сторожа Свиньи я не нуждаюсь ни в чьей защите, – спокойно сказал Гвидион. – И ты должен это помнить и не прыгать в кусты, не убедившись, что это безопасно. Побереги свою прыть и свой пыл для лучших целей… – Он помолчал и внимательно поглядел на Тарена. – Однако ты, верно, и впрямь опасался за мою жизнь.

– Если бы я только знал, что это просто глупый, нелепый Гурги… – поник Тарен.

– Вот-вот, именно не знал. А прыгнул, – подхватил Гвидион. – Что ж, это смело. Ты можешь быть кем угодно, Тарен из Каер Даллбен, но я вижу, что ты не трус. Прими мою благодарность.

И он низко поклонился смущенному и втайне довольному Тарену.

– А что будет с бедным Гурги? – заныло существо. – Ему ни улыбки, ни спасибки, одни колотушки да потрепушки от великих лордов! И ни кусочка чавки за следы поросюшки.

– Мы не нашли ее, – сердито ответил Гвидион. – И я еще не уверен, что ты то же самое не рассказал Рогатому Королю.

– Нет, нет! – замахал мохнатыми руками Гурги. – Воин с большими рогами гонялся за несчастным Гурги, всевидом и всеведом. Он устроил попрыгушки и поскакушки за бедным Гурги и хотел задать ему хорошую потрепку. А Гурги страшно боится битенья и колотенья. Он пришел к добрейшим и могущественнейшим защитникам. Верный Гурги никогда не оставит их.

– А что же Рогатый Король? – быстро спросил Гвидион.

– О, очень сердит, – захныкал Гурги. – Воины его наполнены злюками и ворчуками, потому что не могут найти поросюшки.

– Где они сейчас? – не отставал Гвидион.

– Недалеко. Они переплыли воду. Но только умный, ненакормленный Гурги знает, в каком месте. Они там зажгли огонь со страшными шипелками и обжигалками.

– Ты можешь отвести нас туда? – спросил Гвидион. – Я хочу разведать их планы.

Гурги захныкал, протягивая мохнатую руку:

– А чавки и хрумтявки?

– Так я и знал, что он этим кончит, – проворчал Тарен.

Гвидион оседлал Мелингар, и, держась в тени, они пересекли череду освещенных закатным солнцем холмов. Гурги показывал дорогу, несясь вприпрыжку впереди, и его длинные руки беспорядочно болтались, словно две корявые ветки. Они проехали одну долину, другую. Вдруг Гурги остановился на вершине холма. Внизу расстилалась широкая низина, сияющая от света факелов. Тарен увидел большой круг костров, устремляющих к небу острые пирамиды пламени.

– А теперь уже можно немного хрумки и чавки? – робко намекнул Гурги.

Не обращая внимания на его хныканье, Гвидион жестом приказал спускаться по склону. Соблюдать тишину было ни к чему. Их шагов все равно никто бы не услышал. Беспрерывный глухой ропот барабанов пульсировал над многолюдной равниной. Ржали кони. Крики людей и лязг оружия сливались в один непрерывный гул. Гвидион пригнулся, внимательно вглядываясь в освещенную мерцающими огнями тьму. Вокруг огненного круга костров воины на ходулях били мечами о свои щиты.

– Кто эти люди? – прошептал Тарен. – И что это за плетеные корзины, подвешенные к столбам?

– Это Сыновья Спеси, пешие воины, – ответил Гвидион, – они исполняют танец битвы, древний обряд войны. Он сохранился у них с тех пор, когда люди были еще дикарями. Корзины – еще одна древняя традиция, которую лучше бы забыть совсем. Но взгляни туда! – вскричал он полушепотом. – Рогатый Король! А там, – и он указал на колонны всадников, – там я вижу знамена кантрефа Регед! Знамена Дау Гледдина Зеленого и Большого Маура! Всех кантрефов юга! Да, теперь я понимаю.

Рогатый Король, державший в руке огромный факел, подъехал к плетеным корзинам и ткнул факелом в одну из них. Огонь мгновенно охватил весь ряд ивовых корзин. Клубы едкого дыма заволокли небо. Воины одновременно лязгнули щитами и испустили протяжный вопль. Из корзин вдруг послышались стоны и крики людей. Тарену стало трудно дышать то ли от наплывавшего дыма, то ли от этих ужасных криков. Он отвернулся.

– Мы увидели достаточно, – сказал Гвидион. – Поторопитесь. Надо как можно быстрее скрыться отсюда.

Занимался рассвет. Гвидион наконец остановился у края выжженного солнцем бесплодного поля. До сих пор он не вымолвил ни слова. Даже Гурги молчал, только глаза были круглыми от страха.

– Кое-что из того, что мне следовало узнать, я выяснил, – сказал Гвидион. Его лицо было мрачным и бледным. – Араун осмелился поднять голову. Пока он только пробует силу рук – рук воинов Рогатого Короля. Его могучее войско выступило против нас. Дети Дон не готовы к борьбе со столь сильным врагом. Их надо предупредить. Я должен немедленно возвратиться в Каер Датил.

По ту сторону поля из леса вылетели легким галопом пятеро всадников. Тарен рванулся в сторону. Их заметили. Первый всадник пришпорил коня и понесся вперед. Мелингар пронзительно заржала. Воины выхватили мечи.

Глава пятая

Сломанный меч

Гурги убежал, визжа от страха. Гвидион стоял рядом с Тареном, когда первый всадник устремился к ним. Неуловимым движением Гвидион выхватил из куртки травяную сеть. Неожиданно усохший пучок травы сделался шире, длиннее, засверкал и затрещал, испуская узкие полосы пламени. Всадник занес меч. С воинственным кликом Гвидион швырнул полыхающую сеть в лицо врагу. Вскрикнув, всадник уронил меч и замахал руками. Он вылетел из седла, а испепеляющая сеть окутала его, облепила всего, как гигантская паутина.

Гвидион поволок ошеломленного Тарена к вязу и вынул из-за пояса охотничий нож. Он сунул его Тарену в руку и быстро сказал:

– Это единственное оружие, которое я могу дать тебе. Воспользуйся им.

Прижавшись спиной к стволу дерева, Гвидион повернулся лицом к оставшимся четырем воинам. Огромный меч описал сверкающую дугу, острый клинок, рассекая воздух, запел над головой Гвидиона. Дальше Тарен ничего не видел. Громадная лошадь встала на дыбы, и прямо перед его лицом взвились тяжелые копыта. Всадник злобно ударил Тарена по голове, размахнулся и ударил еще раз. Ослепленный, Тарен наугад ткнул ножом. Закричав от ярости и боли, всадник откинулся назад в седле, увлекая лошадь в сторону.

Гурги нигде не было видно, но по полю к ним стремительно неслось что-то белое.

Мелингар вступила в драку. Ее золотистая грива вздымалась, бока белой кобылы раздувались, а сама она ржала и, выкидывая вперед копыта, бросалась на всадников. Ее могучие бока теснили их, опрокидывали коней, и те в панике, выворачивая синеватые белки глаз, становились на дыбы. Один всадник, желая повернуть, неистово дернул поводья своей лошади. Она присела на задние ноги. Мелингар поднялась во весь рост, ее передние копыта колотили по воздуху, хлестали и топтали всадника, упавшего на землю. Мелингар закружилась над ним, вминая скрюченную фигурку в глину.

8
{"b":"1142","o":1}