ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Пищеблок
Девушка в голубом пальто
Роза любви и женственности. Как стать роскошным цветком, привлекающим лучших мужчин
Поступай как женщина, думай как мужчина. Почему мужчины любят, но не женятся, и другие секреты сильного пола
Кристин, дочь Лавранса
Generation «П»
Лес Мифаго. Лавондисс
Наказание жизнью
Дитя
A
A

Оборотень прыгнул, когда его и Хантера разделяло шагов пять. Это было даже красиво. В этом было изящество и грация. Огромная зверюга оттолкнулась от земли так, словно весила не больше пушинки.

Клыки и когти неслись к Хантеру со скоростью атакующего птеродактиля, а он вроде бы даже и не собирался что-то предпринимать. Охотник стоял, вытянув вперед полусогнутые в локтях руки, и лицо у него было спокойным, сосредоточенным, словно он находился где-то далеко-далеко от этого места.

До самого последнего мгновения.

Клыки оборотня были уже возле его горла, когда Хантер шагнул влево. Он сделал это настолько быстро, что даже Христиану, который смотрел на происходящее во все глаза, показалось, будто в этот момент его учитель превратился в тень, просто переместившуюся на полметра в сторону.

Кстати, Хантер успел не только это…

Оборотень все еще проносился мимо охотника в прыжке, когда тот провел правой рукой у него над спиной, словно бы желая ее погладить. И конечно, он мог это сделать. Вот только рука охотника даже не прикоснулась к жесткой серой шерсти хищника. Она ухватила воздух над спиной оборотня, словно в нем что-то было, словно бы поймала некую невидимую нить. И дернула за нее.

Ничего не произошло.

По крайней мере до тех пор, пока волк не опустился на землю. А потом… тут-то это и случилось.

Оборотень опустился на дорогу и, еще не понимая, куда делась добыча, хотел развернуться и все-таки схватить ее, на этот раз наверняка. Но тут лапы у него подогнулись, одновременно все четыре. В результате свирепый хищник плюхнулся на живот. Ударившись животом о твердую, укатанную дорогу, оборотень от неожиданности издал странный кряхтящий звук. Сила инерции влекла его вперед, и еще немного проехав на брюхе по дороге, он ободрал его о валявшиеся на ней мелкие камешки.

Тотчас вскочив, хищник развернулся и прыгнул еще раз.

Во время второго прыжка произошла еще более непонятная вещь. Снова сделав шаг в сторону, уклоняясь от встречи с нападавшим на него хищником, Хантер опять дернул рукой так, будто в ней была зажата невидимая нить, одним концом привязанная к телу оборотня.

Словно повинуясь натяжению этой нити, тело оборотня изменило траекторию движения. Вместо того чтобы приземлиться на дорогу, зверь с размаху врезался в росшее у самого ее края кукишевое дерево.

Это здорово смахивало на корриду. По сути, корридой это и было. Охотник и оборотень словно танцевали на дороге странный, наполненный смертельным очарованием танец. Каждый раз, когда оборотень пытался схватить своего противника, тот с помощью невидимой нити или благодаря быстроте и реакции неизменно избегал встречи с клыками и когтями разъяренного зверя.

Раз за разом.

Оборотень выл, щелкал зубами, бил воздух лапами, но промахивался, неизбежно промахивался. Постепенно вой перешел в глухое, утробное рычание, удары лап стали менее яростными. Теперь уходить от них стало гораздо легче. И наконец – последний прыжок, последняя попытка сомкнуть капкан челюстей на горле ненавистного человека, последняя неудача.

Охотник в очередной раз сделал шаг в сторону, и оборотень, промахнувшись, кубарем покатился по дороге. На этот раз он встал не так, как раньше, а медленно, стараясь несколько шире, чем нужно, расставить подгибающиеся лапы. И он больше не пытался напасть. Стоял себе в паре метров от Хантера, тяжело дыша, поводя из стороны в сторону огромной головой. Бешенство ушло из его глаз. Теперь в них читались только усталость и недоумение.

– Кажется – все, – сказал Хантер.

Христиан наконец-то очнулся и подошел к учителю. В руках мальчик все еще сжимал заостренную палку, хотя и понимал, что схватка закончилась.

– Ты кто? – вдруг провыл оборотень.

– Я тот, с кем тебе не справиться, – объяснил Хантер. – А посему – проваливай. Иначе я передумаю и заберу твою жизнь.

Глаза оборотня сверкнули ненавистью.

– Я вырву тебе горло, – заявил он.

Хантер покачал головой:

– Сказано же тебе – не выйдет. Уходи. Сегодня ночь странных воспоминаний. В эту ночь охотники не должны убивать. Если только у них нет другого выхода для спасения собственной жизни. Поэтому повторяю еще раз – уходи.

– Ага, стало быть, ты охотник… – пробормотал оборотень.

– Да, именно так, – подтвердил Хантер.

И все-таки оборотень попытался сделать еще один прыжок. Вовремя заметив, как напружинились мускулы зверя, охотник крепко сжал конец невидимой нити, который все еще держал в руке.

Лапы оборотня вновь отказались ему служить, и хищник рухнул на живот, скуля от боли.

– Прочь! – крикнул Хантер. – Прочь, шелудивая собака, способная лишь нападать на беззащитных путников. И учти, ночь странных воспоминаний бывает раз в году. Если ты мне встретишься еще раз – не пощажу.

– Хорошо, – прохрипел оборотень. – Я уйду. Отпусти меня.

Хантер разжал пальцы и промолвил:

– Я тебя больше не держу.

Почувствовав свободу, зверь зарычал и снова изготовился к прыжку.

Хантер вздохнул и покачал головой.

– Не надо. Думаешь, так трудно тебя поймать еще раз?

Какую-то секунду они смотрели друг другу в глаза, человек и зверь, а потом оборотень отвернулся и молча исчез в кустах.

– Уф, – сказал Хантер и вытер со лба пот.

– Здорово ты его, – промолвил Христиан. – Неужели и я когда-нибудь этому научусь?

– Конечно. Только учти, этот фокус лучше всего удается с оборотнями. Будь на его месте другая нечисть, он мог и не получиться.

– Почему?

– У оборотней очень толстые и прочные нити судьбы. Их удобно хватать. Что я и сделал. А вот у какого-нибудь вампира – попробуй поймай. Не получится.

Отбросив палку на обочину дороги, Христиан удовлетворенно улыбнулся и сказал:

– Кстати, оборотень и в самом деле ушел. Пора нам продолжить свой путь.

– Именно так. Пошли, малыш.

И они двинулись по дороге дальше.

В небе уже появились первые звезды. От сугробов, мимо которых то и дело проходили путники, ощутимо веяло холодом. Нежный аромат зимняков будил воспоминания о чем-то вкусном и свежем, мягком и ласковом, а также обязательно безопасном, о чем-то связанном с домом, с настоящим домом.

– Жаль, что ты его не убил, – вздохнул Христиан.

– Возможно, возможно.

– А если на нас завтра ночью или, может быть, послезавтра нападет еще один оборотень… Ты его убьешь?

Хантер вздохнул и сказал:

– Вероятно. И все-таки лучше бы этого не случилось.

– Нет, пусть он нападет снова, – решительно заявил Христиан. – Пусть только попробует.

– И все-таки лучше бы этого не произошло.

– Почему? – спросил Христиан, забежав вперед и загородив охотнику дорогу.

– Видишь ли, убить оборотня не так-то легко, – тоже останавливаясь, сказал Хантер. – Даже охотнику. Для этого надо иметь меч с серебряным лезвием, или стрелу с серебряным наконечником, или осиновый кол, или… Кстати, палка, которой ты вооружился, для этого совершенно не годилась.

– Значит, ты обманул оборотня? – спросил Христиан.

– Нет, – ответил охотник. – Я мог его убить. Но только для спасения чьей-либо жизни. Оружие, которым это можно сделать, мне хотелось бы приберечь для особого случая. Более серьезного.

– Магический кинжал?

– Да. И он у меня сейчас остался один. Мне кажется, он пригодится для более серьезного дела.

Через полчаса, с вершины небольшого холма, они увидели огни города. Лес кончился, и по сторонам дороги потянулись возделанные поля. Это означало, что очень скоро путники попадут в тепло какой-нибудь гостиницы. Там можно будет поесть и отдохнуть.

– Может быть, с этим оборотнем вовсе не стоило связываться? – задумчиво сказал Хантер.

– Еще как стоило, – решительно заявил Христиан. – Когда бы еще я мог увидеть, как оборотень пытается забодать кукишевое дерево?

– Это точно, – согласился Хантер.

И они тихо засмеялись.

2

Слишком роскошной гостиницу назвать было нельзя. Конечно, того гадкого запаха, который, казалось, навечно поселился в убогих, постепенно разоряющихся приютах побродяжек, в ней не ощущалось, но все-таки имелся некий на него намек, некое предощущение.

2
{"b":"114351","o":1}