ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Долина драконов. Магическая Экспедиция
Миф. Греческие мифы в пересказе
Книга о власти над собой
Хочу ребенка: как быть, когда малыш не торопится?
Железные паруса
Лолита
Гнездо перелетного сфинкса
Как быть, а не казаться. Викторина жизни в вопросах и ответах
Смертный приговор
A
A

Это всё примеры обычных, рядовых сновидений, в которых сознание подёрнуто пеленой бессознательности. Ночью на протяжении подобных сновидений во мне не появляется никаких сомнений по поводу того, что я – вовсе не я, а утром возникает ощущение, что я видела не свои сны. Сейчас у меня есть предположение, откуда берутся такие сновидения, но об этом речь пойдёт немного позже.

Случаются и такие сновидения, в которых меня самой вообще нет. При этом «я», которое наблюдает сновидение, воспринимает происходящее как само собой разумеющееся: во мне-наблюдателе нет никаких сомнений по поводу подлинности собственного существования. Очевидно, такие сновидения транслируют мысль, что истинное «я» находится вообще вне потока жизни. Говорят, что такие сновидения наиболее благоприятны, так как бесстрастный наблюдатель – это и есть наша истинная суть, то самое, что всегда знает: «я есть». Возможно из таких вот снов, пришло к людям понятие об особой части себя – о душе, которая обитает и в теле человека, и животного, а иногда даже и растения. Понятие, которое восходит к представлениям об особой силе, покидающей человека во время сна или после смерти.

Сегодня слово «душа» часто употребляется для обозначения внутреннего мира и самосознания человека. Я же предпочитаю пользоваться терминами «сознание» или «психика», имея в виду, что это более широкие понятия, чем самосознание отдельного человека. К тому же понятие о «душе» неразрывно связано с религией, а мне бы не хотелось связывать свою работу с религией, хотя с большим уважением отношусь ко всем религиям без исключений.

Когда-то, когда человеческие знания ещё не сложились в отдельные науки, религии были их аккумуляторами и хранителями. Под их сенью зародились и науки о природе, и науки о человеке, и медицина, и философия. Там, в самых древних верах, находятся и корни истинной психологии. Однако не стоит забывать, что все религии – это исключительно человеческие институты. Они возникают, развиваются, достигают своего пика, а потом умирают и уходят со сцены, уступая своё место другим человеческим институтам, которые соответствуют новым временам. Разве не очевидно, что в современном мире религии превратились в источник конфликтов и раздоров? Их служители, взявшие на себя смелость говорить от имени Бога, и назвавшиеся посредниками между Богом и людьми, почему-то забыли, что путь к Богу всегда идёт через собственное сердце, и искать его надо индивидуально и исключительно внутри себя самого. Никто не ближе к богу. Ни у кого нет с ним более доверительных отношений. Уже и не говорю о ритуальности церкви, которая убивает живые порывы, формализируя любую связь. Я-то уверена, что больница и школа ближе к Богу, чем церковный храм. И как бы ни казалось, что, например, в России возрождается православие, оно, как и все остальные религии, стоит сейчас на своей финишной прямой. Возникновение новых духовных институтов, которые вместят в себя опыт всех прошлых и настоящих религий, неизбежен, даже если это произойдёт и не завтра. Конечно же хочется, что бы будущий духовный институт стал единым для всех людей на Земле.

В связи со снами я увлеклась самым новым направлением в современной психологии – трансперсональной психологией, которое ближе всего к изначальной психологии – к науке о душе, об устройстве сознания. Сейчас психологией называют очень многие отделы знания, которые имеют весьма отдалённое отношение к науке о «психе» (гр. душа). В этом очередной парадокс нашего времени: новейшее направление в психологии, по сути, является самым старым, самым древним, с которого когда-то эта наука начиналась.

Самоанализ

Я занялась снами, намериваясь узнать, как мне к ним относиться, куда уходит треть жизни, что скрывается за их причудливыми сюжетами, и что за необыкновенный сон приснился мне, а теперь обнаруживаю, что вообще плохо знаю саму себя. Сны рассказывают мне про меня же, а анализ сновидений, как правило, превращается в самоанализ. Все смыслы в основном крутятся вокруг меня самой, отражая мои бытовые или душевные проблемы.

Оказывается, посмотреть сновидение – то же самое, что посмотреть на себя со стороны. Каждый образ, событие и ощущение сна это метафора какой-то части собственного внутреннего содержания, это символ собственной внутренней жизни и собственного характера. Психологи уже давно обнаружили, что все элементы сновидений не что иное, как отражение различных сторон личности самого сновидца, среди которых, кстати, много и таких, которые в бодрствующем состоянии отвергаются и не признаются. Даже если персонаж сновидения кто-то другой он всё равно демонстрирует нечто скрытое в тебе. Когда какой-то образ сновидения атакует другой образ, это ты сам – тот, кто видит сон, – буквально атакуешь самого себя. Наши сновидения – полная картина нас самих, нарисованная с натуры, нравится нам это или нет. То есть любой сновидческий образ, в том числе и необычный, страшный или отталкивающий, – это проявляющая себя часть тебя же, поэтому буквально каждый отдельный образ сна даёт возможность больше узнать о самом себе.

Из дневника

Дата

Сновидение «Тигрята».

Я сижу на картонных коробках среди горы тюков, чемоданов и сумок. Похоже, что готовится какой-то переезд. Рядом со мной возникла бабушка. Мы с ней открываем две коробки и достаём из них двух маленьких тигрят. Оказывается, что одного из них я придавила, когда сидела на коробках, а второй здоровый и крепкий. Мы с бабушкой отпускаем этих тигрят в большую комнату нашей трёхкомнатной квартиры (квартира из моего детства).

Я вхожу в большую комнату, а в ней уже выросшие, взрослые тигры. Тот, которого я не задела при переезде, находится в клетке – он меня не беспокоит. А вот второй, на которого я когда-то села, на свободе, и я его сильно боюсь. Он идёт на меня, а мне некуда спрятаться и уже не убежать. Тогда я вся внутренне собираюсь и приказываю: «Лежать»! Вкладываю в эту команду всю свою волю. К моему удивлению, тигр слушается. Он отступает в угол комнаты и покорно ложится.

Тигр – сильный и опасный хищник, естественно, что он олицетворяет агрессию или те сферы жизни, которые вышли из-под контроля. Это сновидение совершенно отчётливо призывает меня обратить внимание на проявления собственных страхов и агрессии. Смысл сна довольно прозрачен. Мне угрожает не тот тигр, который рос сильным и здоровым, а тот, которого я же «придавила», когда он был ещё маленьким тигрёнком. Подавленная когда-то агрессивность обернулась в сновидении угрозой и естественной реакцией на неё – страхом. Эпизод с приручением этого тигра говорит о проявлении самодисциплины. Такое развитие событий сновидения может являться признаком гармонии и даёт надежду на «гладкие» межличностные отношения в жизни наяву.

На самом деле эта тема для меня сейчас очень актуальна, так как в театре начались «разборки» в связи с назначением нового главного. Очень уж мне не хочется в них участвовать.

Дата

Сновидение «Дорога на карте».

На стене напротив меня висит карта, она привлекает моё внимание, и я подхожу к ней ближе. Через всю карту от нижнего левого до верхнего правого угла извилистая дорога. Я всматриваюсь в неё и вижу машины, которые едут по этой дороге. На карте, напечатанной на листе бумаги, абсолютно реальная дорога! Я понимаю, что в этом какая-то несуразность, но осознания не происходит. Смотрю на дорогу с высоты птичьего полёта, она как бы подёрнута голубоватой дымкой и становится похожей на реку. Действительно, на карте уже и не дорога вовсе, а река. Рядом со мной Танюша (моя родная сестра).

Мы с Таней спускались в подвал – там располагается обувной магазин. Теперь мы поднимаемся по лестнице к выходу. Танюша несёт много коробок, они еле помещаются у неё в руках, а я иду с пустыми руками, хотя половина покупок моя.

Мы с Таней располагаемся в номере отеля, у которого странное название: «Ничто».

Сновидение «Грязная шея».

Смотрюсь в зеркало. У меня на шее грязь, которую я снимаю как плёнку, напоминающую кожуру молодой картошки. Заходят какие-то молодые мужчины и говорят, что сейчас начнутся съёмки, или какое-то выступление и надо срочно гримироваться и одеваться. Я пытаюсь каким-то образом грязь сделать гримом, и мне так не хочется переодеваться, что я раздумываю, как бы мой собственный наряд выдать за театральный костюм.

Сновидение «Старое общежитие».

В общежитии. На стенах совсем старые обои. Приглядываюсь и вижу, что на них сделаны заплатки из обычной бумаги, хотя и в тон. Края этих заплаток не проклеены и кое-где откровенно торчат. Тяну за торчащий край, пытаясь оторвать заплатку, но со стены отлетают все обои целиком. Обнажается старая стена с облупившейся краской. Рядом Н. Г. (очень недолго была актрисой в нашем театре и вскоре ушла из профессии вообще), она берёт розовую краску и собирается красить стену в розовый цвет. Краска капает у неё с кисти. Кто-то говорит, что поскольку эта комната принадлежит аптеке, то аптека и должна заниматься ремонтом.

Сновидение «Картофельное пюре».

Я на кухне. Здесь Н. К. со своей дочкой. Они очень толстые, и обе измазаны картофельным пюре, даже их ноги испачканы. Мне неприятно. На столе стоит большущее блюдо с горячим картофелем и мясом, очень аппетитное на вид, но я ухожу в комнату, потому что столовая там.

Сижу за обеденным столом. Передо мной тарелка, на которой один небольшой кусочек мяса и совсем мало пюре.

Совсем недавно в Интернете наткнулась на сайт с любопытными материалами о реальности и о границах. Там говорилось, что сам термин «реальность» лишен смысла, пока мы не начинаем говорить о её границах. К ним обращает нас любое размышление о реальности.

В сновидении меня привлекла карта. Карта – это рукотворный символ, описывающий определённую сторону конкретной территории, то есть реальности. На карте извилистая линия – дорога, а любая линия может символизировать границу. Таким образом, это сновидение отправляет меня к устройству мира наяву.

Дорога – это всегда путь. К тому же моя сновидческая дорога на карте трансформируется в реку. А известно, что реки в человеческой истории часто служили первыми дорогами, то есть идея о пути как бы усиливается появлением реки. И образ реки, и образ дороги в сновидениях практически всегда благоприятны. Поклонники Кастанеды сказали бы, что эти образы – дар силы. Однако чуть позже возникло сновидение о старой стене. Стена – это тоже граница, но которая, возможно, единственная из всех, не может стать путём.

В сновидениях этой ночи несколько очень разных персонажей: сестра, которую я очень люблю и с которой мы очень близки; какие-то молодые актёры театра, которых я не могу даже идентифицировать; Г. Н. – человек, который оказался в профессии по ошибке; мама с дочкой, которые и в реальной жизни не вызывают у меня симпатии. Я понимаю, что все эти персонажи на самом деле отражают какие-то стороны меня самой. Как всегда сон демонстрирует мне мой же «состав» – ту множественность, которая составляет сознание Люды Белоусовой. Одна из этих частей мне близка и знакома более других – моя родная сестра. С ней мы спускаемся в подвал – образ, который ассоциируется и с прошлым, и с закоулками подсознания. В подвале находится магазин – место материальных, вещественных приобретений. Все покупки несёт она одна. Выходит, что хотя я понимаю, что материальные блага не могут быть целью человеческой жизни, но в реальности именно этим занята большая часть моей личности, более того, это та сторона, которая мне ближе всех и которую я люблю. Во втором сновидении идёт речь об ошибках и болезни. Дело в том, что грязь в сновидениях обычно символизирует болезни, а повреждённая шея – ошибки. Персонаж следующего сновидения пытается приукрасить действительность – розовая краска вызывает ассоциации с «видеть всё в розовом свете». Г. Н. пытается привести старую стену в порядок, но выясняется, что стена принадлежит аптеке. Аптека – учреждение, опять же связанное с темой нездоровья, правда, аптека это и путь к излечению.

Подытоживаю смысл сновидений. Само по себе стремление постичь реальность – безусловно, дар силы. Но на пути познания существует множество разнообразных мест, которые не всегда оказываются путями. Поскольку первая и безусловная реальность для каждого – он сам, то речь может идти об устройстве собственной личности. Я, как и любой человек, объединяю собой множество разных качеств и стремлений. Большая часть меня самой несёт груз материальных приобретений, но с ней я попадаю в отель «НИЧТО». Материальные накопления – это ошибочное представление о ценностях, это болезнь, которая как шелуха картофельная, как грязь на шее должна быть смыта. Причём нет смысла в том, чтобы что-то частично подправить, подкрасить, поставить заплатку. Сон говорит, что в этом направлении пути для развития нет – здесь стена. В этом направлении может быть место только для той части меня, которая связана с телесным насыщением, увеличением биомассы, размножением. Конечно, мне приходится отведать и этого блюда, но, слава богу, на моей тарелке его не очень много.

8
{"b":"114354","o":1}