ЛитМир - Электронная Библиотека

Нет, это глупо. Подумаешь, всего лишь пустая каюта. А кроме того, если Рэм узнает, что я делаю, то можно себе представить, что тут начнется. Нет, попытаюсь справиться сама.

Приняв решение, Мери поставила ногу на следующую ступеньку и застыла, услышав шум в коридоре внизу. Кто-то громко разговаривал рядом с ее каютой. Она начала осторожно подниматься по лестнице.

Добравшись до очередной площадки, она посмотрела вниз. О Господи, кто-то идет. Приглядевшись, она узнала египтянина с нависшими веками. Опять он! С ней чуть не случился разрыв сердца, пока она взбегала вверх по лестнице и, вся дрожа, опять пряталась за пальму в кадке.

Зажмурив глаза, с бешено колотящимся сердцем, Мери сидела и ждала.

Кто-то прошел примерно в полутора метрах от ее убежища. Она подождала еще.

Ей показалось, что прошло уже две недели, прежде чем она решилась открыть глаза и посмотреть сквозь густую листву. Она увидела, что Нависающие Веки открывает дверь каюты в конце коридора.

Закрыв глаза, Мери прижалась спиной к стене, пытаясь успокоить сердце.

– Мисс…

Опять этот идиот в белом кителе.

– Мисс, что-нибудь не в порядке?

Она сделала попытку улыбнуться:

– Абсолютно ничего. Я… я медитирую. Если вы не возражаете, я продолжу.

Он поклонился:

– Разумеется, мисс.

Как только он ушел, она быстро подкралась к лестнице и заглянула за угол.

Рэм и Марк стояли в холле рядом с ее каютой.

– Марк, ты дождешься, что я сломаю тебе шею! Тебе поручили простейшую вещь: не спускать глаз с этой женщины. Всего несколько минут! Я же предупреждал тебя: не позволяй ей никуда уходить. А ты что наделал, идиот!

Мери почувствовала укол совести, когда посмотрела на Марка. Он стоял понурив голову, – плечи опущены, – и тихо бормотал:

– Извини, Рэм.

Ей хотелось помочь Марку, но нужно было обязательно посмотреть эту каюту. Она сняла туфли и прокралась на следующую палубу.

Коридор был пуст. Мери приложила ухо к двери каюты 316. Все тихо. С туфлями в руках она медленно повернула ключ и толкнула дверь.

В каюте было темно, как на кладбище в полночь. И очень холодно.

Над всем витал кислый запах плесени и застоялого табачного дыма.

Едва сдерживая дрожь, она вошла и прислонилась к двери, собирая в кулак все свое мужество. Затем положила ключ в карман и нащупала на стене выключатель. При мягком свете здесь все выглядело примерно так же, как и в других каютах. Такое же самое покрывало на кровати, такие же шторы и голубые кресла. Она подошла к окну, почувствовав босыми пальцами, что ковер действительно мокрый.

На влажном ворсе виднелись следы. Присев на корточки, чтобы лучше их рассмотреть, Мери обнаружила, что здесь побывали два человека. Одни следы были вроде бы от обычной обуви – мужской, конечно, другие оставили, по-видимому, туристские ботинки, причем слишком маленькие для мужчины и в то же время слишком большие для женщины.

Стараясь не затоптать следы, она положила свои туфли и внимательно осмотрела окно. На раме было несколько длинных царапин. Возможно, от веревки. За что же ее можно было зацепить? Осмотревшись вокруг, она решила, что веревку привязывали к кровати.

Почти уверенная в своей догадке, она откинула покрывало и снизу ощупала пальцами деревянные перекладины. На них были следы, какие обычно оставляет завязанная веревка, если туго натянута. Главное, конечно, установить обитателя – а возможно, и обитателей – этой каюты.

Надо искать. Не может быть, чтобы совсем не осталось следов.

Пройдя на цыпочках в ванную, она повернула выключатель. Там все было чисто и аккуратно, кроме, пожалуй, одного: крышка унитаза была поднята. Сомнений не оставалось – здесь жил мужчина. Они всегда забывают опустить крышку. Посмотрев в унитаз, она увидела плавающий окурок сигареты.

Мери потянулась к дверце аптечки, но остановила себя. Отпечатки пальцев. Довольная, что вспомнила об этом, она вытерла все предметы, к которым прикасалась, куском туалетной бумаги, и только после этого решительно открыла зеркальные дверцы. На полке стояли два стакана и валялся кусок мыла. И больше ничего.

Вернувшись в комнату, Мери методично обыскала ящики стола и тумбочек. В нижнем ящике тумбочки она нашла большой моток нейлоновой веревки, а в дальнем углу ящика стола, за брошюрами, – бумажную сумку. Из здешнего магазина сувениров.

Сначала Мери подумала, что сумка пуста, но когда она перевернула ее вверх дном и встряхнула, оттуда посыпались «M&M's». В основном желтые.

Вот сволочь!

Мери собиралась продолжить поиски в стенном шкафу, но вдруг услышала шум в коридоре. Она затаила дыхание. Ее глаза расширились. Сердце стучало со скоростью миля в минуту.

Затаив дыхание, О Господи, надо отсюда поскорее выбираться. Но как? Просто выйти в коридор? А вдруг там кто-то меня караулит? По веревке? Но я же не Сильвестр Сталлоне. К сожалению, мало занималась гимнастикой в школе.

А вот карате – это другое дело. С карате у меня полный порядок. Имею коричневый пояс. Так что будем выбираться через дверь.

Мери заняла позицию у двери, готовая атаковать любого, кто войдет.

Ждать ей пришлось долго.

В конце концов, она решила немного подумать, и тут же догадалась. Пылесос. Это же шум пылесоса. Шум, который она слышала в коридоре, был шумом пылесоса.

Она расслабилась, схватила туфли и открыла дверь.

Тихо, очень тихо Мери закрыла дверь и сунула ключ в карман. Повернула голову, и… ее плечо схватила железная рука.

Сердце ее подпрыгнуло до горла. Она была парализована. Дыхание остановилось.

Глава 21

Проснись, о мое сердце, чтобы оплакать землю, откуда ты вышел!

Проснись же, проснись и посмотри, что у тебя перед глазами!

Пророчество Нефероху, 20 век до Рождества Христова

Приготовившись к встрече с Творцом, Мери проглотила комок, скопившийся в горле.

Но без борьбы я не сдамся. Умирать будем весело.

Она бросила на пол туфли, издала воинственный крик и, схватившись обеими руками за мощное запястье на своем плече, ударила ногой. Нападавший отлетел к стене. Она повернулась и, готовая нанести еще один удар, застыла на месте.

На полу лежал Рэм.

– Какого черта!

– Я защищалась, только и всего. Карате. У меня коричневый пояс.

– А у меня черный, но я же не знал, что тебе вдруг взбредет в голову устраивать здесь соревнования. – Он поднялся.

– Ты напугал меня. Это получилось совершенно автоматически. Извини. – Она виновато улыбнулась.

Однако он в ответ не улыбнулся.

– Где ты была все это время? Я перевернул вверх дном весь пароход.

– Перестань на меня кричать, Рэмсон Габри! Я вовсе не обязана перед тобой отчитываться. Какое твое дело? Я вольна ходить там, где хочу и когда хочу. Ты меня слышишь? – Бормоча ругательства, она подхватила туфли и побежала по коридору.

– О, шакар, извини. Я просто был вне себя, когда не мог тебя найти.

– А тебе не надо было меня искать. Я никуда не терялась.

Она поднялась по лестнице и направилась к своей каюте.

Рэм следовал сзади. Ее пальцы так дрожали, что она не могла попасть ключом в замочную скважину.

– Позволь мне, шакар. – Рэм дотронулся до ключа.

– Что ты все шакар да шакар. Надоело. Я устала от твоего твердолобого собственничества. Посмотри на меня. Я что, выгляжу слабой и беспомощной? Я отлично могу позаботиться о себе. И еще: мне не надо никаких сторожевых псов. Если понадобится, я куплю немецкую овчарку. И не смей распекать Марка, Рэмсон Габри. Он не виноват, что я от него убежала.

– А если я пообещаю не ругать Марка, ты меня простишь?

– Это что, шантаж?

Он широко улыбнулся и пожал плечами.

– Но, Рэм, мы уже не раз об этом говорили. Ты забыл первый, второй и третий пункты соглашения? Зачем ты выводишь меня из себя?

46
{"b":"11436","o":1}