ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Сервомеханизмы и автоматическая система датчиков, прикрепляемых к ногам, рукам и торсу, позволяли носить скафандр, как обычный комбинезон (это при его-то весе!). Я мог без труда развить скорость в 60 км/час (покрывая расстояние гигантскими скачками), прыгать, ползать, словом, делать все, что захочу.

Я полюбовался скафандром пару минут, потом решительно в него влез, проверил датчики и загерметизировался. Затем пошел в шлюз, нажал на две кнопки – дверь сзади закрылась, а дверь во внешний мир медленно отъехала в сторону – и я оказался на пороге нового, неизведанного, таинственного, манящего чужого мира.

* * *

Недолго думая, я установил связь с Кэти и приказал ей включить мне «Бурано» Орфа. Кэти «проехалась» насчет моего нездорового интереса к классической музыке, но Орфа включила.

И вот, под коварную прелюдию, я принялся изучать окрестности с высоты 5 метров над уровнем озера. Впереди, насколько хватало глаз, простирался сосновый бор. Практически, земной, по крайней мере, я никаких разительных отличий не заметил. Вдали, в дымке, белели вершины гор; небо было звеняще голубым, а местное солнце слепило лучами.

Я предусмотрительно спустил к воде выдвижную лестницу, прикинул расстояние до берега и прыгнул в воду.

Погрузившись метра на четыре, я коснулся дна и уверенно зашагал к берегу. В принципе, я мог бы и поплыть (чудо-скафандр способен и не на такое), но мне было лень. Вода оказалась прозрачной, водорослей на песчаном дне не наблюдалось, рыба в этом озере, похоже, не водилась (а может, я ее всю угробил при приводнении «Кречета», хотя рыбьих трупов на поверхности я не заметил).

Беспрепятственно добравшись до берега, я несколько минут пытался подняться по илистым камням наверх. Удалось это минут через пять, после десяти неудачных попыток и тридцати нецензурных ругательств.

Кэти, которая все это слышала, попыталась возмущаться, но мне было не до словесных реверансов, и я быстро приструнил ее, употребив еще одно оставшееся в моем запасе крепкое выраженьице.

После этого Кэти надулась и не разговаривала со мной минут десять.

Я тем временем зашагал по лесу, ориентируясь по компасу, который постоянно маячил у меня перед глазами на дисплее внутренней стороны забрала. Я решил идти строго на запад, наслаждаясь чудесной природой вокруг.

Впрочем, наслаждаться мне вскоре наскучило (подумаешь, эка невидаль – сосны, хиленькие кустики да опавшая листва, вперемешку с хвойными иголками), и я перешел на бег прыжками.

Тут я должен кое-что объяснить относительно бега в СИЧУПе, поскольку в будущем вы убедитесь, что бегал я часто, и у вас обязательно возникнет вопрос, как это мне удавалось.

Дело в том, что внутри СИЧУПа человек находится в уютном «коконе», который установили, чтобы он смягчал возможные удары. Руки и ноги, несмотря на «кокон», двигаются совершенно свободно, а потому, если бы я просто бежал в бронированном СИЧУПе со скоростью 60 км/час, мое причинное место истерлось бы в пыль – никакая внутренняя защита не помогла бы (хотя в районе промежности «кокон» отличался наибольшей мягкостью и прочностью). Именно благодаря заботе наших инженеров об интимных местах космонавтов, в СИЧУПе установили мини-реактивный ранец, который при режиме «Бег» выдавал короткие импульсы, вследствие чего скафандр делал прыжок: максимально – метров на пять-шесть.

Таким образом, я не бежал в прямом смысле этого слова, а прыгал, словно кузнечик-переросток. Правда, такие прыжки иногда бывали несколько неудобны, в чем я убедился в первый же день испытания СИЧУПа – достигнув скорости в 20 км/час, я обнаружил, что мне все труднее уворачиваться от стволов, поэтому пришлось чуть сбавить ход.

В этот момент, Кэти внезапно сказала:

– Иван.

Она редко при общении пользовалась моим именем, да еще и с такой официальной интонацией, поэтому я насторожился.

– Чего?

– Твой локатор ближнего действия передает мне какие-то странные сигналы… Не могу разобрать. Очень слабые отметки, к северо-западу от тебя, метрах в тридцати.

Северо-запад, судя по компасу, находился справа от меня, поэтому я повернулся, одновременно наблюдая за своим локатором. Ничего.

– Может, это белка какая-нибудь? – наивно спросил я.

– Ты на другой планете, дорогой. Забыл? – Кэти опять язвила.

– Не забыл. Ну, не белка. Какой-нибудь маленький зеленый человечек, местный аналог белки…

Тут что-то звякнуло о мою броню. Внешние шумы подавались в скафандр в нормальном режиме, и я услышал протяжный свист. Что-то мелькнуло у меня перед глазами и с глухим стуком врезалось в сосну рядом со мной. Взглянув на ствол, я обнаружил, что из него торчит стрела. Настоящая стрела – длинное и тонкое древко, тройное оперение…

Проследить траекторию полета стрелы с моим супер-СИЧУПом оказалось плёвым делом. Я повернулся в сторону, куда указывал прибор, и инстинктивно дернулся, когда в забрало ударила очередная стрела, выпущенная невидимым лучником. На мгновение я представил себе, что было бы, если б наконечник вонзился мне в глаз, но долго размышлять над этим вопросом мне не дали.

– Да вы что, обалдели?! – завопил я, когда по броне застучали еще с десяток стрел.

Я переключился на увеличение и вскоре разглядел одного из стрелков. Стрелок оказался человеком, что повергло меня в шок. За двести лет исследования космоса гуманоидов пока что не находил никто: выходит, я стал первым! Что ж, при первом контакте надо вести себя по возможности дружелюбно, поэтому я лихорадочно вспоминал, что в таких случаях говорят в кино. Ничего, кроме «Темного Ангела» мне в голову не лезло, я поднял руки и, включив громкоговоритель и универсальный переводчик, крикнул:

– Я пришел с миром! Не стреляйте!

В ответ очередная стрела чиркнула по моей броне. Быстро сообразив, что стрелки меня не понимают, я вздохнул, с сожалением вспомнив, что не сделал «интеллектуальный укол» перед выходом. Но кто ж знал?..

Кстати, эта сыворотка – чудо генной инженерии. Позволю себе немного вам о ней рассказать.

Испокон веков самой большой проблемой в международном общении считалось незнание языков. Я не говорю о культурных традициях каждого народа, это вообще отдельная тема. Простое и элементарное незнание языка часто оборачивалось для невежд крупными неприятностями. А потому люди постоянно мучались и придумывали, как бы им лучше понять друг друга.

До недавнего времени ничего более универсального, чем язык жестов, придумать не могли. Даже специально изобретенный федеральный язык, как я уже говорил, успеха среди населения не имел. Но когда расшифровали геном человека, у ученых появилась уникальная возможность делать людей мгновенными полиглотами. Очень удобная вещь. Тебе вводят «интеллектуальную сыворотку», и ты спокойно можешь разговаривать на любом языке безо всякого акцента – стоит только пару минут послушать носителей языка. Сыворотка эта стоила бешеных денег и, что самое удивительное, со временем не дешевела, а дорожала.

Ее существование держалось в секрете, но вездесущие журналисты о ней прознали. Разразился скандал, поскольку вводили ее себе исключительно миллионеры, военные, летчики, дипломаты, президенты и космонавты, а простой люд ученые послали куда подальше. Это, разумеется, вызвало общественный резонанс, но ситуацию не изменило. Чудо-сыворотка по-прежнему оставалась под контролем Правительства Федерации и отпускалась лишь избранным.

Я оказался в числе счастливчиков, потому что был космонавтом; нас вообще часто пичкали всякими диковинками, на всякий случай. Нам эту сыворотку включали в стандартный набор медикаментов, хотя использовать ее лично мне ни разу не доводилось. Дело в том, что вакцинацию объявили делом сугубо добровольным, а раз так – то на фига мне колоть себе какую-то малопонятную чудо-сыворотку? Ведь федеративный язык я и так знал, а с инопланетянами до сегодняшнего дня знаком не был.

Теперь же все изменилось, и я горько пожалел, что не сделал себе укол перед выходом. Надо при первой возможности, как пропел классик, «уколоться и забыться», а пока обойдусь и обычным универсальным переводчиком, встроенным в СИЧУП. Кэти уже должна расшифровывать их язык – я видел, что гуманоиды о чем-то переговаривались, изредка выпуская в меня свои никчемные стрелы.

4
{"b":"114369","o":1}