ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Управляй гормонами счастья. Как избавиться от негативных эмоций за шесть недель
Заветный ковчег Гумилева
Корпорация «Русская Америка». Форпост на Миссисипи
Кронпринц мятежной галактики 2. СКАЙЛАЙН
Иллюзия греха. Разбитые грёзы
На краю пылающего Рая
Проделки богини, или Невесту заказывали?
Письма к утраченной
Медвежий сад

– Ты веришь в переселение душ? – спросила она напрямик.

– Что?!

– Я спросила…

– Да нет, я слышал, что ты спросила. – Бретт уже стоял перед ней, и мягкий свет ночника золотил его кожу. – Отвечу. Не просто «нет», а «нет, черт побери, мать твою так»! Я не верил и никогда не поверю в такую чушь!

Дженни не понравилась его презрительная улыбка, но особенно тот глубочайший скептицизм, с которым Бретт это произнес, не дававший ни малейшего шанса, что он сможет в это когда-нибудь поверить.

Тем не менее она продолжала:

– А почему?

– Потому что не верю во всякий бред и сказки для наивных придурков! – Бретт снова плюхнулся на кровать рядом с Дженни. Что-то похожее на любопытство промелькнуло в его взгляде.

– По-твоему, так плохо снова воскреснуть после собственной смерти, только в ином обличье?

– Плохо! Все это мешок дерьма! Если ты умер, значит, умер, и все тут!

– Миллионы людей думают иначе.

Неожиданно Бретт сел на кровати и всплеснул руками.

– Постой-постой. А почему ты, собственно, начала говорить на эту тему? Ты что, хочешь меня уверить… Господи, Дженни, ты ли это? Как я не догадался с самого начала?

Бретта бросило в озноб. Кто она? Сумасшедшая, маньячка или кто-нибудь еще похуже? Она послала записку, содержание которой гарантировало ей внимание с его стороны. Дальше. Встретилась с ним во французском квартале, где после не слишком долгой беседы изобразила драматический исход. После этого она уже была уверена, что Бретт ею заинтересуется всерьез. Затем в нужный момент вышла на балкон и, использовав ситуацию, заманила его в постель, где и…

– Тьфу! – Бретт потряс головой. Так можно далеко зайти. Откуда она взяла сюжет, родившийся в его собственной голове? Он сам себе выбрал жилье в комплексе, где она уже давно жила. И не могла же Дженни предугадать, что Бретт именно в ту ночь выйдет подышать воздухом под ее балкон!

В голове неожиданно, словно вспышкой, высветилась картинка, кольнуло где-то у левого уха, потянуло болью. Гроб, убранный цветами. Чьи-то заплаканные лица. Внезапная тошнота комом подкатила к горлу. Бретт явно услышал жалобный плач, доносящийся будто бы откуда-то из темных уголков его сознания. Плач животного, страдающего от невыносимой боли. Тихое бормотание. Что-то похожее на пение псалмов… Дерьмо!

– Думаешь, я в это поверю? – Он очнулся от звука собственного голоса, открыл глаза и моргнул, не сразу сообразив, что рядом находится Дженни, что он в своей квартире в Новом Орлеане. – Вернее, как ты сама можешь верить в такое?

– Что же мне прикажешь думать, когда, сидя в своей комнате и читая книгу, написанную тобой в последние год или два, тобой, человеком, которого я никогда не встречала, я узнаю в ней свой собственный сон, виденный мной двадцать лет назад и описанный слово в слово? А потом, когда я увидела тебя на презентации… Ты что, ничего тогда не почувствовал? Просто так шел, шел и вдруг стал глазеть на незнакомую женщину? Тебе напомнить, что было потом?

Бретт и сам помнил, как резко остановился, сразу выделив ее взгляд в толпе. Да, тогда ему показалось, что он узнал в ней кого-то очень близкого, но давно потерянного. Черт! Может быть, он такой же чокнутый, как и сама Дженни?

– Ничего не было.

– Может быть. Для тебя, – мягко уточнила Дженни. – А для меня было, когда я проснулась в прошлую субботу и обнаружила тебя в своей постели. Ты смотрел на меня, и мне казалось, что ты свалился с неба.

– Послушай, я же не отрицаю, что нас чертовски сильно тянет друг к другу. Я не смог бы это отрицать, даже если бы сильно захотел. Почему бы не считать, что наши отношения возникли именно из-за этого? Зачем ты стараешься выжать что-то большее из того, что есть на самом деле?

– Ты думаешь, это что-то большее, Бретт? Если мы оба чувствуем, что когда-то знали и любили друг друга в прошлом, зачем заниматься самообманом? И это прошлое все, что мы имеем, это то… – Она зажмурилась и замолчала.

– Это то, что?

– Ничего. Это не важно.

– Если ты начала об этом говорить, значит, для тебя это важно.

– Но не для тебя! Ты же не поверил ни единому моему слову.

– Дженни! Эта поганая книжка – сказка! Я ее написал, понимаешь? Я! Эти люди никогда не жили на свете. Даже если бы я и верил в существование этого чертова переселения душ, то все равно никогда бы не поверил в возможность второй жизни вымышленных персонажей!

– Если ты так настаиваешь, что сам выдумал эту книгу, объясни мне, пожалуйста, как я узнала ее конец.

– Ну и вопрос, а? Черт! Ну бывают же на свете самые невероятные совпадения!

– То, что ты видел сон о тех же самых людях, что и я, правда, когда мне было десять, я так понимаю, тоже совпадение?

Бретт пошевелил губами, не зная что ответить.

– Ладно, Бретт. Забудем это. Просто забудь все, что я говорила.

– Давно бы так, – проворчал Бретт значительно миролюбивее. – Нет никакой прошлой жизни, и все это полная чушь! Смерть есть смерть, и этим все сказано. – Он немного помолчал и добавил совсем другим тоном: – Умерший человек не может вернуться назад.

Дженни сосредоточилась на интонации Бретта, с которой он произнес последнюю фразу. Создавалось впечатление, что он сам пытается убедить себя в сказанном.

– Ты кого-то имеешь в виду, Бретт?

– Что? – вздрогнул тот.

– Кто умер и не может вернуться назад?

От его глаз повеяло холодом, и взгляд сделался невероятно жестким.

– Я не понимаю, о чем ты. – Такая невысказанная боль промелькнула в его интонации, что Дженни почувствовала себя сейчас лишней.

– Мне очень жаль, Бретт, но я… пойду. – Дженни начала отодвигаться к краю кровати.

Внезапно паника охватила Бретта. Он никогда не мог даже думать об этом без содрогания со времени смерти отца, но значительно страшнее будет, если Дженни сейчас покинет его.

– Почему ты уходишь? – спросил он. – Потому что я не верю в прошлую жизнь?

Дженни повернула к нему удивленное лицо.

– Конечно, нет. Если для тебя не важно, что я в это верю, то отчего для меня должно быть важно, что ты в это не веришь?

– Тогда почему же ты собралась уходить? Ты делаешь неправильные выводы, Дженни. Да, действительно я не верю, что человек живет множество жизней. Но я верю в другое. Я верю в случающееся между нами каждый раз, когда мы вместе. Это вполне реально. Тебе не достаточно?

Видимо, для Дженни этого было достаточно, потому что она придвинулась назад к Бретту, и их губы встретились. Если он не верит – пусть так и будет. Она-то знала правду. Она знала и помнила Бретта сердцем. Сердцем, а не головой, и эта память была значительно прочнее и глубже. Может быть, когда-нибудь она избавит его от боли, мелькающей в родных глазах. А сейчас… Сейчас Дженни просто любила его.

Глава 10

Бретт не видел особой нужды разубеждать Дженни. В конце концов, если ей так хотелось быть сторонницей этой идеи – пожалуйста, это ее дело.

На следующее утро он проснулся оттого, что кто-то колотил в его дверь.

– Вот и оживший дядюшка с того света приехал, – пробормотал он.

Бретт со стоном повернулся, раздраженный назойливым стуком. Они слишком мало спали этой ночью, занятые то кошмарами Дженни, то обсуждениями того, что из этих кошмаров следовало.

Звук повторился. Похоже, в дверь уже не стучались, а ломились. Проснулась Дженни и, что-то пробормотав, попыталась подняться.

– Ложись, не вставай. Я пойду посмотрю, кто ходит в гости по утрам. – Он натянул джинсы, помня конфуз с Кэй. Убедившись, что молния находится в нужном положении, он открыл дверь и с удивлением обнаружил за ней великолепного Роба (или как там его зовут?). Друга, и ничего больше, как говорила Дженни, Но Бретт вовсе не собирался записывать его в число и своих немногочисленных друзей.

– Ну, и?.. – не слишком приветливо спросил Бретт осипшим после сна голосом.

– Прошу прощения у обоих, – ухмыльнулся Роб, – но я уже был у Дженни, и там никто не отвечал. Мне нужны ключи от ее квартиры.

24
{"b":"11438","o":1}