ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Комната поплыла перед глазами, когда Салливан заставил его встать, бормоча:

– Надо было оставить тебя на кровати – вот и ходил бы под себя!

Тяжело дыша, чувствуя ужасное головокружение, скорее от предыдущей потери крови, чем от двойного общения с кулаком санитара, Селуччи попытался изобразить на своем лице презрительную ухмылку. С разбитой губой это было не так-то просто.

– Тебе бы... пришлось... самому... убирать. Хотя кто знает... вдруг ты любишь... копаться в дерьме!

Салливан моргнул своими мягкими щенячьими глазами и улыбнулся. В улыбке таилась жестокость, которой не было в глазах.

– Полагаешь? Сейчас увидишь, что мне нравится!

Первый удар вышиб воздух из легких. Майк упал бы, не удержи его санитар за рубашку. Швы впились под мышками, затем ткань затрещала и начала рваться. Детектив попытался вывернуться и утвердиться на ногах – безуспешно.

Второго удара он не ощутил – лишь осознал его результат. Вот только что он более или менее держался на ногах – а теперь уже ничком на кафельном полу. Все, как он задумывал, только... Селуччи не был уверен, что сможет встать. К сожалению, он предполагал, что у него останется больше сил.

– Знаешь, что я все время забываю?

Смысл слов доходил до него с трудом.

– Ты же легавый!

О черт!

Салливан избивал его долго и методично. Если бы на нем были не кроссовки, а тяжелые ботинки, детектив вполне мог остаться инвалидом. Но им все еще нужны были его почки. Что с ним будет после операции? Об этом лучше не думать. Пока нужно следовать намеченному плану. Стараясь увеличить эффект избиения, Майк попытался встать и снова упал. Ему даже не пришлось сильно притворяться. Все-таки этот ублюдок отменно его обработал! Хныкая – и пытаясь не думать, как это иногда помогает, – он еще раз предпринял попытку подняться и опять упал на живот – на сей раз нарочно. И вовсе не абы куда. Его плечо врезалось в ножку массивного бельевого шкафа, стоявшего в углу. Шкаф покачнулся.

– Больно, ага?

Санитар тоже тяжело дышал – но только не от напряжения.

Пальцы Селуччи шарили по полу под шкафом. Где же ты, черт подери! Неужели все было напрасно?! Но как раз тогда, когда он подумал, что допустил непростительную ошибку, его пальцы обхватили металлический штырь. Майк, стараясь беречь силы, даже не улыбнулся.

– Когда доктор закончит, тобой займутся другие. Но тебе все равно операцию не пережить, поэтому я рад, что мы тут с тобой повеселились. – Санитар нагнулся и, ухватив Селуччи за ремень джинсов, дернул вверх. – А ну вставай на свои чертовы ноги!

Правую руку детектив так и держал под шкафом – до самого последнего мгновения. Наконец ему удалось дотянуться до стойки капельницы. Развернувшись, он вложил все оставшиеся у него силы в один-единственный удар, пришедшийся санитару между ног.

Щенячьи глаза от боли едва не вылезли из орбит. Рот то открывался, то закрывался – как у вытащенной из воды огромной рыбины. Салливан осел на пол, обеими руками держась за ушибленное место.

Ухватившись за край койки, Майк кое-как встал на ноги. Полуобернувшись, он занес железяку для второго удара – теперь по голове, но, к его удивлению, громила-санитар вскинул руку и блокировал удар. Стойка со звоном отлетела в дальний конец комнаты.

Им обоим крепко досталось. Однако без оружия у Селуччи не было ни единого шанса, и он прекрасно это знал.

Прижимая к груди поврежденную руку, он на нетвердых ногах выбрался из спальни и проковылял через следующую комнату. Добрался до входной двери. Пока сражался с ней, слышал, как Салливан подымается с пола, кроя его на чем свет стоит и сыпля угрозами.

Затем ему удалось-таки справиться с засовом, и детектив вывалился из дома в ночь.

* * *

– Этого подлеца нет дома!

От любопытных соседей их скрывал двойной ряд кипарисов. Генри выключил фары и тихо покатил по изгибающейся подъездной аллее. Дом Суонсона стоял тихий, темный; горели только огоньки сигнализации.

– Вики, он с тем же успехом может спать. Мы узнаем наверняка, когда выйдем из машины.

– Его нет! – повторила женщина – в ее голосе слышались истеричные нотки.

И почему она так уверена? Вики сама не понимала. Однако темные окна говорили ей: дом пуст. Суонсон не спит и не сидит, затаившись, в темноте. Его просто-напросто нет. Едва машина остановилась, женщина моментально выскочила наружу. Постояла, прислушиваясь к своим ощущениям.

– Нужно было сразу же слушать, что я говорю, и ехать к доктору Муи, – прорычала она через секунду.

– Вики, мы же с тобой решили, что доктор может быть с. – Тут Фицрой замер, высунувшись из машины и принюхиваясь к ночному ветерку. – Вики! Ты чувству...

Вампиру не было необходимости заканчивать фразу, так как его подруга уже со всех ног понеслась куда-то.

* * *

У Селуччи было две возможности. Можно попробовать уйти от Салливана по незнакомым тропкам в надежде, что успеет добраться до людей. А можно свернуть в густые заросли и попытаться в них затеряться. Но не успел он пройти и десятка футов, как понял, что сбежать будет неимоверно трудно. Его качало из стороны в сторону, как корабль в шторм, голова кружилась. Стиснув зубы, пытаясь хоть как-то руководить непослушным телом, детектив упрямо двинулся вперед, в темные заросли.

Но едва он углубился в гущу деревьев, как осознал свою ошибку. Темно – хоть глаз выколи. Листва деревьев заслоняла даже тот скудный лунный свет, что просачивался сквозь облака. Зачем я только сюда сунулся? Но возвращаться было уже поздно.

Какой-то звук; в зарослях заставил его отскочить назад. Конечно, Салливан разглядит в этой тьме не намного больше, чем он. Так что Майку оставалось лишь надеяться, что его преследователь не догадался захватить карманный фонарик. В этом случае у него останется пусть слабая, но все-таки надежда.

Селуччи спотыкался о торчащие из земли корни, палки, падал, снова вставал, полз... Зарослям конца-края не было. И никакого намека на дорогу, человеческое жилье. После долгих блужданий детектив обнаружил, что бредет по какому-то крутому склону. Куда лучше – вверх или вниз? Пожалуй, вниз: пусть работает сила земного притяжения.

По лицу вдруг хлестнула ветка, да с такой силой, что он оступился, потерял равновесие и покатился вниз. Камни, колючие ветки с шипами, стволы деревьев в кровь раздирали руки. Склон становился все круче, и Майк катился все быстрее и быстрее.

Он вытянул руку, чтобы загородиться от надвигающейся на него тени, и его крик заглушился ударом о безразличный ко всему ствол дерева. Боль насквозь пронзила тело. Затем навалилась тошнота; тени вокруг закружились в бешеной пляске. Из последних сил Селуччи поднялся на ноги и заковылял в сторону дороги.

Казалось, что скалы и деревья всей своей тяжестью давят на него, пытаясь преградить ему путь и не позволить двигаться дальше. Ему удалось перебраться через какие-то кусты, к счастью, у них не было шипов – это его беспокоило сейчас больше всего – и детектив уже собирался пересечь небольшую поляну, как вдруг с разгону врезался в бетонную стену.

Мир вокруг него куда-то исчез...

– Надеюсь, ты не повредил себе потроха, урод!

...и со звуком доболи знакомого голоса снова вернулся.

Майк глубоко вздохнул, прислушиваясь к своим ощущениям. Не так больно, как он ожидал. Могло быть гораздо хуже. Луна проглянула из-за облаков, и Селуччи смог разглядеть лицо человека, который сидел рядом на корточках. На тупом лице Салливана читалась тревога.

– Доктор... сильно рассердится, если... с моими... почками что-то... произойдет. Правда, она... всегда сможет... заменить... их... твоими!

– Заткнись! Заткнись, кому говорю!

Санитар ударил его по голове, но у Майка уже все так болело, что он ощутил не удар, а лишь движение мотнувшейся в сторону головы.

– А теперь ты пойдешь назад, и я привяжу тебя так крепко, что и дышать не сможешь, понял, ублюдок поганый?!

– Тебе придется... нести меня... на руках.

66
{"b":"11441","o":1}