ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Да. — Лорд-канцлер загорелся внезапным энтузиазмом. — И пошлите с ним этого вора, вдруг Камень снова придется украсть. Их души можно связать, чтобы он не сбежал.

«Связать души?» — мысленно фыркнул Аарон. Что за пустая трата колдовства! Почему бы им просто не попросить? Ему все равно нечего делать. Его жизнь до дворца была пеплом, а его жизнь внутри дворца — просто выжиданием.

Обсидиановый взгляд молча заскользил по Дарвишу.

— Это — единственный шанс для Ишии?

Дарвиш мигнул, но никто, кроме Аарона, этого не увидел.

— Это лучший шанс, отец.

— А если люди спросят, где он?

— Мы скажем, возвышеннейший, что он в уединении, готовится к свадьбе.

— И этому поверят?

— Его репутация снова работает на нас, возвышеннейший. Все решат, будто он уединился, чтобы лечиться от дурной болезни, которую он не может передать благовоспитанной невесте.

Король Джаффар кивнул. Эти заверения его не убедили, но раз его наследник и лорд-канцлер пришли к единому мнению первый раз за несколько недель, он согласен.

— Ты и твой вор, — холодно сказал он третьему сыну, — поедете в Итайли и вернете Камень.

Дарвиш поклонился.

— Почту за честь служить, возвышеннейший.

А юноша спросил себя, услышал ли кто-нибудь под насмешкой Дарвиша глубокое звучание правды? Он подозревал, что Шахин услышал. Наследный принц только что дал брату шанс спасти себя, а заодно Ишию.

«Души связаны». Дарвиш исследовал эти новые и беспокойные ощущения, оставленные чародеем. Каждая мысль, казалось, несет с собой слабое эхо. И его вдруг охватило страшное желание почесаться, которое явно не принадлежало ему. «Души связаны». Если Аарон отойдет от него больше чем на десять своих ростов, то упадет, крича от боли, и боль не утихнет, пока расстояние не сократится.

Во время этого короткого ритуала Дарвиш поймал взгляд Аарона, предлагающий сочувствие или товарищество, — он не понял, что именно. К его удивлению, Аарон не сразу отвел свой взгляд, и от его молчаливого признания того, что делалось с ними обоими, у принца стало легче на сердце.

«Души связаны». Дарвиш фыркнул, толкая наружную дверь своих покоев. «А я ведь хотел только друга».

Это был день сюрпризов, и вино, которое Дарвиш выпил на обратном пути через залы, не сумело замедлить бешеный стук его сердца. Его возвышеннейший отец доверил спасение Ишии ему. Ему!

Девять Наверху!

Его смех прозвучал натянуто.

— Должно быть, пропажа Камня действительно испугала его.

— Кого?

— Моего возвышеннейшего отца, конечно. — Его смех больше не походил на смех.

— Почему? — спросил вор, следуя за принцем в гостиную. — Потому, что он посылает за Камнем тебя?

Переход от козла отпущения к победителю не может быть легким. Аарон надеялся, что Дарвиш сумеет совершить его. Хотя какое ему дело?

— Потому, что он посылает за Камнем нас, — поправил Дарвиш. — Вора и пьяницу. Девять Наверху, он, наверное, помешался.

— Вор, чтобы поймать вора. И, возможно, пора доказать, что ты нечто большее, чем пьяница.

Дарвиш остановился и через плечо посмотрел на юношу.

— Я? — Он вздохнул и отвернулся. — Мне надо выпить. «Шахин считает, что ты больше, чем пьяница. Так же думает и лорд-канцлер… иначе он не старался бы так усердно тебя споить».

Хмуро глядя в спину Дарвиша, Аарон вдруг вспомнил о броши, которую нес Фахарре в ту последнюю ночь. «Больше хороших камней испорчено оправами…» Для сумасшедшей старухи она была очень умна.

— Я сказал, — Дарвиш возвысил голос над криками павлинов, — мне надо выпить. — Он нахмурился. Ни один одевальщик не появился из спальни с наполненным кубком на подносе и извинением, что заставил его ждать. Все было тихо и недвижимо.

На мгновение принца охватила паника, что отец забрал их в качестве наказания, которого Дарвишу не дано понять. Потом он обозвал себя глупцом и бесшумно выхватил саблю. Его возвышеннейший отец едва признавал его, своего сына, а слуги были просто пустым местом.

Если б они могли, они бы ответили на его зов. Что-то помешало им.

Он жестом велел Аарону ходить по гостиной. Вор вскинул кусты бровей, но подчинился. Под шум его шагов Дарвиш прокрался вдоль стены и заглянул через арку в спальню.

На ближнем углу кровати скрестив ноги сидела девушка, спокойно заплетая водопад каштановых волос.

Кончик сабли глухо ударился о ковер.

— Кто ты такая? — грозно спросил принц.

Девушка выглядела смутно знакомой: хорошенькая, стройная и серьезная. Он назначил ей здесь свидание, а потом забыл? Это было бы не в первый раз, хотя обычно Дарвиш предпочитал женщин постарше. Он шагнул в спальню. За девушкой, растянувшись бок о бок на его кровати, лежали все трое одевальщиков.

Сабля снова поднялась воинственно.

— Что ты с ними сделала?

— С кем? — Девушка заплела косу и бросила ее за плечо. — А, с ними? Они отдыхают. — Она встала с кровати и потянулась. Ее макушка едва доставала принцу до середины груди. — Я уложила их спать. Когда я уйду, они даже не вспомнят, что произошло. — Карие с золотыми крапинками глаза на секунду остановились на лице Дарвиша. — А твой портрет довольно точен. Они упустили мешки под глазами, но у тебя и правда очень голубые глаза. Так что же вы сделали с Камнем?

— … и когда я обнаружила, что больше никто не знает, что его нет, я вернулась сюда.

Чандра раскинула руки, ясно давая понять — рассказ окончен, и выжидательно посмотрела на принца. Она не упомянула о том, как попала в плен чародея Четвертого. То, что ее, Чародея Девяти, испугал чародей меньшей магической силы, было, было… Ну, это в любом случае не их дело.

Дарвиш набрал в грудь побольше воздуха, открыл рот, но, вместо того чтобы заговорить, глотнул вина. «Ну и денек сегодня выдался», — вздохнул он.

— Слушай, — молвил он наконец, расхаживая по комнате, — я тоже не хочу жениться на тебе, но, рискуя ранить твои чувства, должен заметить, есть более важные вещи, происходящие прямо сейчас.

— Почему это должно ранить мои чувства? — Уж не думает ли принц, что она сочтет договорной брак, которого обе стороны не хотят, более важным, чем Камень Ишии? — Так что случилось с Камнем?

— Его украли. Перед самым рассветом. — Дарвиш не видел смысла скрывать правду. Ему уже мерещилось, как Чандра врывается в тронный зал и требует сведений от его возвышеннейшего отца. Если б ситуация не была столь серьезной, он бы, пожалуй, не решился ей мешать. — Вор мертв. Мы думаем, Камень у чародея, который нанял этого вора в Итайли…

— Конечно, у чародея, где же еще ему быть? Но Итайли — большая страна. — Чандра саркастически вскинула брови. — Надеюсь, у вас есть более ценные сведения, чем это.

Дарвиш устало вздохнул:

— Все указывает на Тиволик и кого-то из королевской семьи. Мы с Аароном отправляемся туда.

— Вы с Аароном? — Чандра перевела взгляд с принца, действительно высокого и мускулистого, но с признаками распутства, на худощавого вора, который при всей ширине его плеч ростом был чуть выше нее и двигался так, словно ему больно дышать. — Почему вы?

— Потому что именно мы выследили его до Итайли. Потому что у нас лучшие шансы на успех. Потому что чем меньше людей знает, тем меньше вероятность паники. Потому что… — Он поискал еще одну причину. — Потому что мы можем ускользнуть незаметно.

«Говори что-нибудь слишком часто, слишком настойчиво, и ты в конце концов убедишь себя, — подумалось Дарвишу. — Они знают, что это невозможно сделать, вот и посылают меня».

— О-о! — Чандра рассмотрела варианты. Это имело некий смысл. Она повернулась к Аарону, лежавшему на тюфяке. — Ваши души связаны. Почему?

— Я вор. — Юноша только чуть повернул голову. Он чувствовал себя совсем слабым, слабее ребенка. Все тело болело, в голове стучало, а они еще должны поймать вечерний отлив из Ишии. — Они думают, что я сбегу.

— А ты сбежишь?

— Сомневаюсь.

— Я никогда раньше не встречала вора.

23
{"b":"11442","o":1}