ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Затем над мягкими храпами принца раздался голос:

— Спокойной ночи, Чародей.

Девушка улыбнулась. «Мы добудем Камень».

— Спокойной ночи, Вор.

— … но, ваше милостивейшее величество, если вы хотите сделать это подальше от гавани — мы ищем один-единственный корабль, а океан большой.

Король Харит ткнул мясистым пальцем в карту, квадратный рубин вспыхнул под лампой темно-красным огнем.

— Что тут сложного? «Грифон» идет отсюда, — палец передвинулся, — сюда. Ты велишь кораблю ждать здесь, и когда «Грифон» пройдет мимо, он наш. Все просто.

— Большинство кораблей, ваше милостивейшее величество, — снова попытался объяснить адмирал, — выходят к северному течению где-то здесь…

— Хорошо. — Король кивнул массивной головой. — Отличное место для засады.

— Но, ваше милостивейшее величество, как же мы узнаем, где именно они выйдут на течение?

— Очень легко, — заметил король. — Возьми с собой чародея Седьмого и узнай, куда сегодня ночью дуют ветры. Ты сможешь поставить там пару кораблей к завтрашнему утру?

Адмирал кивнул: что за вопрос!

— Хорошо, пусть чародей определит, где ветры толкнут корабль на течение, и жди там. В конце концов, Седьмой — бог штормов, он уж как-нибудь разберется в нескольких забытых Одной ветрах. Я хочу, чтобы этот корабль и все его пассажиры были полностью уничтожены. Возьми с собой и чародея Четвертого, они поднаторели в такого рода делах.

Адмирал сделал глубокий вдох и сказал самым безобидным тоном:

— А это не может быть истолковано как акт войны, ваше милостивейшее величество?

В настоящий момент Итайли не могла позволить себе войну. Больше того, если они нарушат договор, которому нет еще и года, это вызовет панику у других союзников Итайли, и начнется то, чего они уже не смогут остановить.

— Конечно, это может быть истолковано как акт войны, ты, забытый Одной идиот! — прорычал Харит. — Вот почему, — король улыбнулся, и его глаза хищно блеснули, — вы не оставите свидетелей.

Так или иначе, есть договор или нет, он получит Сизали, если не войной, за которую его народ не желает платить, то менее явными средствами. В конце концов, он помог чародею Палатону украсть Камень, а теперь он не позволит героям Ишии вернуть его обратно.

9

В голове стучало, желудок выворачивался наизнанку, а лекарство осталось там, в милях и милях воды от корабля. Шатаясь, принц добрел до перил, и его вырвало.

— Матрос подгадывает к волне, чтобы не запачкать борт.

— Пусть Девять подгадывают, — пробормотал Дарвиш и сплюнул. Выпрямившись, он сердито посмотрел на помощника, тот в ответ ухмыльнулся. — Что это мы пили прошлой ночью? Надеюсь, Одна пощадит меня?

— Рисовое вино.

— Какое-какое?

— Рисовое. — Помощник усмехнулся еще шире, и ранний солнечный свет блеснул на паре золотых зубов. — Ты купил бочонок из фрахта.

— Да ну? — Дарвиш сжал челюсти при новом позыве рвоты. — Поди, взял с меня двойную цену, а? — прохрипел он, когда вновь смог говорить.

— У тебя не было двойной. Мы тебе малость сбавили.

— Ну, спасибо.

Мозолистая рука весело хлопнула его по плечу, и в голове у принца загудело. Только намертво вцепившись в перила, он устоял на ногах. Помощник, хоть ростом был ниже Дарвиша, отличался такими мощными плечами и руками, что, казалось, в любой момент может опрокинуть. Принц дважды бился с ним на кулаках и надеялся никогда не встретиться с этим человеком в серьезном бою.

— Если хочешь поупражняться, то сейчас я вряд ли гожусь для этого.

— Нет, я пришел спросить, не хочешь ли ты перекусить? У нас есть отличная солонина, поджаренная с крупным луком.

Дарвиш успел прорычать большую часть проклятия, прежде чем его снова вырвало.

— У тебя нездоровое чувство юмора, — пробурчал он отдышавшись.

— Не ты первый это говоришь, — засмеялся помощник. Он облокотился ручищами на перила и прищурился вдаль. — Что это там?

Подозревая, что он уже нашел Камень и ночью кто-то сунул эту реликвию ему в череп, Дарвиш всмотрелся в ту сторону, куда глядел помощник.

— Земля, — сказал он наконец.

— Да, это берег Итайли. На севере есть сильное течение, в котором капитан очень любит ходить. Но посмотри туда, у той огромной белой глыбы что ты видишь?

Темная полоса земли сливалась с морем в одном конце и исчезала в серой пелене утреннего тумана в другом. Принц, стараясь игнорировать боль в голове от напряженного разглядывания, наконец отыскал «белую глыбу». Вероятно, это утес, и огромный, раз его видно даже с такого расстояния. Перед ним покачивалась на волнах крошечная черная крапинка, нет, две крапинки.

— Корабли? — предположил Дарвиш.

— Не могу придумать, что еще это может быть. А ты можешь? Но возникает вопрос, — продолжал помощник, не дожидаясь ответа, — что они там делают и почему стоят?

— Рыбу ловят? — Дарвиш сморщился от резкой боли, вызванной этим непродолжительным энтузиазмом.

— Могли бы. Только там нечего ловить: слишком близко к течению. — Помощник нахмурился и оттолкнулся от перил. — Лучше сообщить капитану. — Бросив еще один хмурый взгляд вдаль, он ушел.

— На что ты смотришь?

Накануне Чандра нашла одному из матросов его пропавшее шило, и он расплатился с ней ярко-красной шелковой рубашкой. Обычно чародейка не слишком интересовалась одеждой, но раньше ей никогда не приходилось носить одну и ту же простую серую тунику почти целых девять дней. Девушка остановилась рядом с принцем, ветер раздувал ее новые широкие рукава.

— Корабли, — коротко ответил Дарвиш, больше занятый капризами своего желудка.

Чандра прищурилась, опасно перегнувшись через перила.

— Где?

— Там. — Аарон возник по другую сторону от нее. — У белых утесов.

— Откуда ты знаешь, что это утесы? — осведомился принц. Ему стало любопытно, действительно ли Аарон видит так далеко.

— А что еще это может быть?

Дарвиш пожал плечами и тотчас пожалел об этом.

— Не очень-то это весело, — заметила Чандра, когда он вытирал рот.

Принц бросил в нее свирепый взгляд.

— И ты училась пять лет только для того, чтобы понять это?

Ветерок пролетел между ними, и Чандра замахала рукой, отгоняя смрад.

— Почему ты это делаешь, если потом происходят такие вещи?

— Почему я это делаю? Ты имеешь в виду, почему пью?

— Да, почему?

Дарвиш зло улыбнулся.

— Потому что у меня это так хорошо получается. — Он ернически поклонился и, развернувшись, ушел.

Чандра со вздохом закусила губу.

— Я снова это сделала, да?

— Ты задаешь слишком много вопросов, — тихо сказал Аарон, глядя на далекие корабли.

Поднявшееся солнце выжгло с земли туман, когда «Грифон» подошел ближе к белым утесам. Странные корабли стали больше, но еще не настолько, чтобы можно было их разглядеть, и все так же качались на волнах, чего-то ожидая.

— Они нас видят? — Дарвиш появился у перил с сухарем в одной руке и винными мехами на другой. В этот миг принц как никогда был близок к блаженству. Двор отступил в прошлое, и он мог не думать о Камне, пока корабль не пришел в Тиволик.

— Видят, но не лучше, чем мы их. — Помощник отказался от предложенной выпивки.

— Это могут быть пираты, заманивающие нас в ловушку?

— Могут. А могут быть и корабли, терпящие бедствие. Лучше бы нам оставаться здесь и обойти их подальше, но капитан не хочет упускать течение. Без течения это будет проклятущая гребля, если ветер спадет. — Он кашлянул и сплюнул за борт. — Отсюда не разберешь. Придется подойти.

— Но если это пираты, а вы подойдете…

— … то наверняка станем забытой ветром кучей дерьма. А если это не пираты, если они в беде и мы не подойдем, то точно такую же помощь мы получим, когда сами будем в ней нуждаться.

— Значит, это могут быть корабли в беде или пираты, притворяющиеся, будто они в беде, чтобы подманить вас ближе?

28
{"b":"11442","o":1}