ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Сплин. Весь этот бред
Строим доверие по методикам спецслужб
Книга челленджей. 60 программ, формирующих полезные привычки
Мастер клинков. Клинок заточен
Приватир
Кто сказал, что ты не можешь? Ты – можешь!
Совет двенадцати
Проклятый ректор
Шесть столпов самооценки
A
A

— Мой ум? — наступила очередь фыркнуть его подруги. Она выбралась из кресла, поморщившись: потная кожа отделялась от винила с неприятным рвущимся звуком — Я не поднимала этого вопроса. Но видя, как ты…

Он воспринял ее следующий ход как отвлекающий, как попытку отвлечь его внимание от Генри Фицроя. Пока продолжался этот маневр, все было очень даже неплохо, и он решил, что протестовать, пожалуй, не стоит. Было еще предостаточно времени, чтобы позже провести еще одно небольшое расследование на предмет этого таинственного мистера Фицроя.

На полпути в спальню Селуччи спросил с насмешливой серьезностью — или так близко к ней, как смог, учитывая затруднение с дыханием, которое он сейчас испытывал:

— А как там насчет игры?

— Наши на две пробежки впереди, у них в запасе полтора розыгрыша, — пробормотала Вики. — Не сомневаюсь, что они смогут победить и без нашего участия.

Как только зубы Генри прокусили вену на запястье Тони, он взглянул вверх, чтобы встретиться с глазами молодого человека. Зрачки расширились от испытываемого им оргазма, веки отяжелели, но несмотря на это Тони с интересом наблюдал, как вампир пил его кровь.

Когда все было закончено и он удостоверился, что коагулянт, содержащийся в его слюне, остановил кровотечение, Фицрой приподнялся на локте.

— Ведь ты всегда на это смотришь? — спросил он.

Тони сонно кивнул:

— Это увеличивает наслаждение. Видеть, как вы это делаете.

Генри рассмеялся и сбросил с его лба мокрый завиток каштановых волос. Он высасывал кровь Тони течение последних пяти месяцев столь часто, насколько это было безопасно для его здоровья, с тех пор как Вики убедила этого молодого человека помочь спасти ему жизнь.

— И за остальным тоже наблюдаешь?

— А вы возражаете? — усмехнулся Тони.

— Нет. Приятно не скрывать того, кем я являюсь.

Окинув взглядом все тело Генри, парень зевнул.

— Не так много осталось скрывать, — удовлетворенно пробормотал он. — Вы будете здесь в этот уик энд?

— Нет, — сказал Генри. — Вики и я едем в Лондон. У моих друзей возникли неприятности.

— Тоже вампиры?

— Нет, вервольфы.

— Жуть… — Слова путались, голос Тони был едва слышен. Затем его глаза закрылись, и он отдался во власть сна.

«Было весьма приятно не скрывать, кем я являюсь», — размышлял Фицрой, наблюдая за замедлившимся пульсом на шее Тони. Уже много лет он не мог позволить себе такую роскошь — ничего не скрывать перед другим человеком, а теперь даже не один, а двое смертных знали, кем он является.

Он улыбнулся и погладил нежную кожу на запястье юноши большим пальцем. Поскольку он не мог пить кровь оборотней, эта поездка может, наконец, позволит ему и Вики… немного лучше узнать друг друга.

3

«СОЙКИ ПРОИГРАЛИ В ДЕВЯТОЙ».

— Проклятье!

Вики посмотрела на заголовок, и решила, что не стоит отдавать тридцать центов, чтобы узнать, как именно «Сойки» продули на этот раз. Трамвая поблизости не было, и она прислонилась к газетному автомату, причем мгновенно пожалела об этом: ящик весь день провел, купаясь в лучах августовского солнца, и его металлическая поверхность раскалилась настолько, что его можно было использовать в качестве гриля.

— Ну вот, именно этого мне и не хватало, — проворчала Вики, потирая обожженную руку. Глаза ее отчаянно зудели вследствие комбинированного действия капель и нажатий, которому она только что подверглась во время очередного визита к офтальмологу, а теперь вдобавок шесть квадратных дюймов собственной кожи поджарены. Трамвая по-прежнему не было видно.

— Ну и черт с ним! Пока еще вижу тротуар, можно и пешком дойти.

Вики пнула ящик с газетами и пошла под желтый свет через Камаро-стрит на ее пересечении с Бродвью. Человек за рулем отчаянно засигналил, когда ей чудом удалось увернуться от неизбежного столкновения с передним бампером. Выражение лица, с которым она повернулась к водителю, заставило парня, уже собиравшегося высказать все, что он думает по поводу безмозглых куриц, прущих куда ни попадя, прикусить язык. Должно быть, не все молодые люди, водившие автомобили по Камаро-стрит, стремились к неминуемой мгновенной смерти.

Вики двигалась как в тумане, стараясь не дать эмоциям окончательно взять над собой верх. До сегодняшнего дня ей казалось, что она сможет смириться со своим недугом, вынудившим ее уйти со службы в полиции Торонто. Она отнюдь не восприняла поразившую ее напасть с кротостью, но злость и жалобы на судьбу уже перестали быть основными побуждающими факторами ее жизни, как было поначалу. Многие люди с прогрессирующей дегенерацией сетчатки — retinitis pigmentosa — находились в худшем состоянии, чем она, но было трудно сохранять спокойствие, когда только за последний месяц ее периферийное зрение еще более сузилось, а то скудное видение в темноте, которое до сих пор сохранялось, сейчас сошло почти к нулю.

Мир быстро сокращался до размеров слайда. Щелчок проектора, и кадр возникает перед тобой. Поверни голову. Щелчок, и перед тобой другая картинка. Поверни голову. Щелчок, и картинка снова другая. И, пожалуйста, хоть кто-нибудь, будьте так любезны включить свет.

«Что полезного, черт побери, могу я, так или иначе, сделать для этой стаи оборотней? Как, предполагается, я остановлю убийцу, которого не смогу увидеть? — Наиболее рациональная часть разума Вики пыталась доказать, что вервольфы наняли ее — учитывая, разумеется, рекомендацию их друга вампира, что ей можно доверять, — за способности детектива и опыт следовательской работы, а не за острое зрение. — Быть может, мне повезет, и хотя бы одного из них обучали как собаку-поводыря для слепых… »

— Эй, Победа!

Нахмурившись, она оглянулась. Ярость довела ее почти до перекрестка Парламент и Джерард — куда дальше, чем она намеревалась.

— Что ты делаешь в этой части города?

— Я тоже рад вас видеть. Привет, как поживаете? — К ней, усмехаясь, медленно приближался Тони.

Вики вздохнула и попыталась не впутывать в свои проблемы хотя бы этого парня. Когда она обратилась к нему за помощью и они вместе спасли Генри, их взаимоотношения изменились, поднялись от уровня полицейский — беспризорный ребенок, и не потому, что Тони действительно давно уже не был ребенком Четыре года назад, когда она впервые арестовала его, он был костлявым пятнадцатилетним хулиганом. По прошествии пары лет парень стал ее лучшими глазами и ушами на улицах Торонто. Теперь, казалось, они продвинулись в направлении, поставившем их на равные позиции, но старые привычки отмирают с трудом, и Вики все еще чувствовала себя ответственной за него.

— Отлично. — Она стряхнула каплю пота с подбородка — Привет. А ты как поживаешь?

— Как это получается, — спросил Тони, как бы продолжая разговор, и совершенно естественно попадая с ней в ногу, — что когда ты, Победа, спрашиваем «Как поживаешь?» — это звучит как: «В какое дерьмо ты вляпался?»

— Ну и как глубоко на этот раз?

— Вовсе нет.

Вики повернула голову и посмотрела на него. В ответ Тони с видом оскорбленной невинности послал ей очаровательную улыбку. Она должна была признать, что парень выглядел просто замечательно: ясные глаза, чисто вымытые волосы, и к тому же он понемногу начал мужать.

— Вижу, дела у тебя идут неплохо. А теперь вернемся к моему первому вопросу. Что ты делаешь в этой части города?

— Я теперь живу здесь. — Он обронил эту сногсшибательную новость с видом напускной беспечности, какую может себе позволить двадцатилетний юноша.

— Что ты сказал? — Это восклицание было как раз то, на что парень, очевидно, и рассчитывал. Вид преуспевающего Тони способствовал некоторому повышению ее настроения.

— Ну, это всего лишь комната в подвальном помещении. — Он пожал плечами. — Не бог весть что. Но зато с собственной ванной и туалетом — прежде ничего подобного у меня никогда не было.

10
{"b":"11444","o":1}