ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Нанесение серьезного ущерба менее всего входило в ее планы.

— В саду можно подключиться к воде. Возьмите длинный шланг, надо просто как следует увлажнить поле.

— Ну откуда, черт побери, мне это может быть известно?

— Ты мог бы и посмотреть! Боже, неужели я должна все делать сама?

— Нет уж, благодарю. Ты сделала более чем достаточно! — Майк хотел проглотить эти слова в тот самый момент, как произнес их, но, к его удивлению, Вики начала смеяться. Причем это не было похоже на истерику — просто обычный взрыв хохота — Что?

Прошло время, прежде чем она смогла заговорить, и даже тогда вспышка нового приступа смеха казалась неизбежной.

— Я просто думаю, что все трудности позади, можно и повеселиться.

— Да? Вот как?

— Вот так! — Она взмахнула рукой и снова покатилась со смеху. — Итак, теперь все действительно закончилось.

— Вы приедете к нам когда-нибудь? Когда вам будет необходимо сбежать из города?

— Обязательно приеду, — усмехнулась Вики. — Но именно сейчас мир и спокойствие большого города кажутся мне почему-то на редкость соблазнительными.

Надин фыркнула:

— Не знаю, как вы выдерживаете это. Отвратительные запахи и слишком много незнакомых на вашей территории…

Хотя плечи женщины все еще пригибала печать утраты ее близнеца, за последние двадцать четыре часа рана заметно затянулась. Было ли это вызвано смертью Марка Уильямса и Карла Бьена, или спасением жизни Питера, Вики не могла сказать с уверенностью. Но она и не хотела знать этого.

Роза также изменилась, в ней стало теперь меньше от ребенка и уже проявлялось что-то от женщины, и это отражалось у нее на лице. Надин держала ее поблизости от себя и ворчала, как только к ней приближался кто-либо из самцов.

Вики двинулась к двери, где стоял, ожидая ее, Генри; напряженность, возникшая между ним и Стюартом, приобрела почти видимые очертания.

— В амбаре, прежде чем ты появилась, — объяснил ей Генри, — я приказал ему, что у него нет иного выбора, кроме как повиноваться.

— Ты показал ему свою силу?

— Если тебе угодно. Мы оба делаем вид, что этого не было, но ему потребуется немало времени, чтобы забыть то, что произошло.

Тень, в черной шерсти которого скопилось немало пыли, выполз из-под дровяной плиты; челюсти его были сомкнуты вокруг огромной суповой кости. Он приблизился мелкой трусцой к двери и уронил ее у ног Вики.

— Это моя лучшая кость, — торжественно провозгласил Дэниел. — Я хочу, чтобы она была у тебя, чтобы ты меня не забывала.

— Спасибо, Дэниел. — Кость исчезла в бездонной сумке Вики. Она протянула руку и смахнула пыль с его макушки. — Думаю, что могу торжественно заверить, что никогда, никогда тебя не забуду.

Дэниел поежился, затем Тень бросился к ее коленям с восторженным лаем.

«Ох, что за черт», — подумала Вики, присела на корточки и сделала то, что всегда делала с Ураганом с самого начала, — глубоко погрузила пальцы в густой, мягкий мех его воротника и как следует его потрепала.

Трудно было сказать, кому из них это доставило большее удовольствие.

Селуччи облокотился на крыло машины и перекидывал ключи с руки на руку. Прошло полтора часа после заката, и ему уже давно хотелось уехать; после двух последних дней наивные простые преступления метрополии представлялись ему желанным облегчением.

Он все еще не был уверен, почему предложил Вики и Генри отвезти их обратно в Торонто. Нет, это было не совсем так. Он знал, почему предложил подвезти Вики. Он просто не был уверен, почему включил «в тот же пакет» вампира. Ясно было, что его «БМВ» проведет в мастерской еще не менее недели, и это в лучшем случае, но не в этом заключалась настоящая причина.

— Какого черта они застряли там так долго? — бормотал он.

Словно в ответ, задняя дверь распахнулась, и оттуда выскочил, радостно виляя хвостом, Тень. Вики и Генри следовали за ним в сопровождении всех остальных членов семьи, за исключением Питера, остававшегося у доктора Диксона.

Вики оказалась права в отношении полицейского расследования. Все дело казалось настолько необычным, а свидетели внушали такое доверие, что полиция провинции Онтарио довольно быстро согласилась с объяснением, предоставленным Вики, и постаралась замять все остальное. Полицейское досье на Марка Уильямса также никого не удивило, особенно когда из Ванкувера поступил отчет о его последних противозаконных спекуляциях.

Селуччи пришлось взять себя в руки, когда Тень вспрыгнул ему на грудь, дважды облизал лицо, а затем принялся описывать широкие круги вокруг группы, приближающейся по тропе. Оборотни. Он никогда уже не сможет снова смотреть на кого-нибудь совершенно так же, как ранее. Если существуют вервольфы, кто может заявить с уверенностью, что не появятся и другие мифические создания…

Казалось, Вики преодолела все эти барьеры без труда, но он всегда знал, что она — непостижимая женщина. Несносная, надменная, самонадеянная большую часть времени, но все же — совершенно замечательная. С другой стороны, думал он, Вики знала Генри еще с Пасхи, так что, может быть, не находила в нем для себя ничего нового. Кто знает, во что были вовлечены они оба?

Во время прощания и благодарностей к нему с протянутой рукой приблизился Стюарт.

— Благодарю вас за неоценимую помощь.

Тон не был особенно любезен, но Селуччи понимал цену гордости. Он улыбнулся, заботясь о том, чтобы не показать зубы, и пожал предложенную руку.

— Рад был оказаться полезным.

Рукопожатие поначалу было умеренно крепким, но вскоре так усилилось, что вены на предплечьях обоих выступили над мускулами, и Селуччи, несмотря на то что был почти на десяток дюймов выше, стал беспокоиться, как бы костяшки его пальцев окончательно не расплющились.

Надин, уловив запах соревнования, слегка подтолкнула Вики, и они обе повернулись, чтобы посмотреть на соперников.

— Уж не собираются ли они продолжать до тех пор, пока кто-нибудь не сломает другому руку? — сухо удивилась Вики, покосившись на сдвоенный силуэт напрягшихся борцов в свете передних фар машины.

— Трудно сказать, когда имеешь дело с самцами, — в тон ей отозвалась Надин. — Когда мозги отключаются, их тела способны часами продолжать в таком духе.

Вики кивнула:

— Я заметила это.

Внезапное освобождение произошло без каких бы то ни было видимых сигналов, которыми обменялись мужчины; по крайней мере, Вики этого не заметила. Какую-то секунду они еще смыкались в своеобразной позе армрестлинга, а в следующее мгновение уже хлопали друг друга по плечам, словно наилучшие друзья. Вики представила себе, что ими, наконец, было сброшено внутреннее напряжение и жизни дозволено было идти своим чередом, — но она не намеревалась спрашивать, так ли это, потому что на самом деле знать этого не хотела.

Пока Стюарт добивался, чтобы его подруга сказала, над чем она смеется, Селуччи неожиданно для себя обнаружил, что его занимает некая проблема чисто технического характера: кто будет сидеть возле него на переднем сиденье на пути домой. Казалось, это чистое ребячество — беспокоиться на подобную тему, хотя переднее пассажирское сиденье по всем правилам предназначалось Вики, которая была выше ростом и, следовательно, имела бы там большее пространство для размещения ног, — он не хотел, чтобы Генри Фицрой сидел позади него в темноте на протяжении трехчасовой поездки.

Вики приняла решение самостоятельно. Перебирая пальцами вдоль борта машины, она нашла заднюю дверную ручку, открыла ее, забросила свою сумку и забралась сама вслед за ней, осторожно избавившись от Тени, который пытался чуточку продлить свое удовольствие, продолжая облизывать ее, прежде чем закрыть за собой дверь. Она знала Майка Селуччи уже на протяжении восьми лет и весьма четко представляла, что происходит в его голове по этому поводу. Если он воображал, что она собирается вмешиваться в отношения между ним и Генри, ему следовало подумать об этом снова.

Вампир, сохраняя невозмутимое выражение, разместился на переднем сиденье и пристегнул ремень безопасности.

73
{"b":"11444","o":1}